Покажи мне любовь
Шрифт:
Весь этот год Фэй чувствовала себя такой потерянной и никому не нужной! Ее гордость заставляла переносить все страдания в одиночестве, но это шло ей только во вред.
Чейз еще сильнее обнял Фэй и крепко прижал ее к себе. Теперь она ощущала его тепло всем телом. Ей было так приятно чувствовать его близость, что вдруг стало абсолютно все равно, любит она его или нет. Впервые за долгие месяцы она испытывала настоящее наслаждение. Через несколько мгновений остатки гордости, которые еще могли помочь Фэй остановиться, покинули ее. Желание ощутить полноту жизни окончательно лишило ее воли к сопротивлению.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Чувство покоя и благополучия было таким глубоким, какое бывает только после полноценного сна. Фэй зарылась поглубже в одеяло, стараясь хоть ненадолго продлить сон, принесший ей такие приятные ощущения, но заснуть у нее не получилось. Она с разочарованием подумала о том, что впереди ее ждет очередной длинный, тоскливый день. Через несколько секунд Фэй вспомнила события вчерашнего дня и поняла, откуда на самом деле взялось это удивительное ощущение тепла и покоя. В один миг она окончательно проснулась.
Фэй судорожно огляделась по сторонам. Рядом с ней лежал Чейз, его рука покоилась на ее плече. Лампа около кровати все еще горела, и воспоминания о вчерашней ночи замелькали у девушки перед глазами, как яркие картинки. Фэй резко отбросила тяжелую руку Чейза и выскочила из кровати, но, осознав, что из одежды на ней ничего нет, тут же пожалела об этом. Смешок, раздавшийся позади, заставил ее вспыхнуть от стыда. Затем она услышала ленивый и слегка хрипловатый голос Чейза:
— С добрым утром, милая Фэй.
Фэй сложила руки, стараясь прикрыть грудь, и повернулась к кровати боком, чтобы хоть как-то заслонить вид, которым в это время любовался Чейз. Она сделала шаг в сторону ванной комнаты. Внезапно ей под ноги попалась какая-то тряпка. Наверно, это моя шелковая сорочка, догадалась Фэй. Она подняла ее и быстро надела через голову. Чейз тем временем сел в кровати и облокотился на подушку.
— Боюсь, эта уловка вам не поможет. У меня слишком хорошая память.
Фэй тряслась от злости и раздражения, а довольная ухмылка Чейза взбесила ее еще больше.
— Тем лучше для тебя. Будет что вспомнить в ближайшие лет шестьдесят.
— Шестьдесят?! — Он состроил недовольную гримасу.
— Как минимум! — бросила Фэй, хлопая дверью ванной так сильно, что висевшая на ней картина чуть не свалилась.
Чейз откинулся на подушку. На его лице сияла довольная улыбка. Он немного полежал в кровати, потом встал и направился к шкафу за одеждой. Он успел заметить: несмотря на то, что Фэй так сильно хлопнула дверью, она не смогла закрыть ее плотно, под дверью виднелась маленькая щелочка.
Если бы Фэй не была такой сумасшедшей, Чейз непременно зашел бы к ней в ванную и принял душ вместе с ней. Впрочем, у них есть еще годы и годы, они все успеют. Сейчас будет лучше дать ей немного остыть и прийти в себя. Он тем временем примет душ в другой ванной.
Выходя из спальни, Чейз осознал: внутри него что-то поменялось. Прошлой ночью он сделал Фэй своей, но и она в то же время сделала его своим. Даже происшедшее утром нисколько этого не умаляет.
Фэй была девственницей, и именно поэтому секс с ней оказался совершенно особенным. Описывая подобные тонкие материи, Чейз обычно не использовал слов вроде «основательный», но сейчас это определение было единственно подходящим.
Все-таки женитьба — неплохая штука.
Только, кажется, из них двоих Чейз был единственным, кто с нетерпением ожидал наступления следующей ночи. Он в очередной раз порадовался тому, что у него такая хорошая память. Фэй вела себя именно так, как ему хотелось: сначала была упрямой, потом робкой, затем нежной и в то же время невероятно страстной.
Фэй оказалась очень мягкой и податливой. Она дарила Чейзу такие сладкие поцелуи, что не оставалось никаких сомнений: она также счастлива, как и он.
Фэй не из тех женщин, которые легко меняют свою жизнь. Наверно, сейчас она испытывает жгучий стыд. Но сегодня она скорей всего будет вести себя как обычно: холодно и отчужденно и обязательно бросит в сторону Чейза пару ядовитых фраз. Но это, впрочем, не имеет никакого значения. Прошлую ночь уже никто не сможет забрать назад. Теперь он знал совершенно точно: Фэй относится к замужеству так же серьезно, как и он. Рано или поздно она примирится с фактом происшедшего. Да, вчера она потеряла контроль над собой, и именно поэтому сегодня ведет себя так агрессивно. Она, вероятно, даже не предполагала, что способна на подобное.
Чейз улыбнулся и включил душ. Он испытывал смешанные чувства: с одной стороны — смущение, с другой — ликование.
Фэй вылезла из ванной, вытерлась и замотала голову сухим полотенцем, затем вышла в холл. Дверь в спальню оказалась прикрыта. Фэй вытащила из своего чемодана, стоящего в коридоре, джинсы, футболку и белье и быстро натянула их на себя, потом все-таки заглянула в спальню и, убедившись, что там никого нет, зашла, плотно закрыв за собой дверь. Она быстро обвела комнату глазами. Нужно подобрать вещи, подумала Фэй. Да, именно подобрать. Ее платье комком лежало на стуле, лифчик и чулки валялись на полу, а трусики нашлись в ногах кровати, они были заботливо прикрыты одеялом. Нервы Фэй сдали окончательно.
Меня же вчера никто не принуждал принимать во всем этом участие! Меня никто не соблазнял! Мы с Чейзом стали мужем и женой.
Сколько бы Фэй ни говорила, мол, в их браке нет ничего, кроме бизнеса, видимо, вчерашние клятвы, произнесенные у алтаря, открыли какую-то невидимую дверцу, которая сделала эту ночь неизбежной.
Фэй присела на край кровати. Она чувствовала себя совершенно подавленной. Если раньше у нее и были какие-то сомнения насчет своего решения, то теперь их стало несравнимо больше. Она сама превратила свою жизнь черт знает во что, и сделала это намеренно. Фэй предполагала: брак с Чейзом хорошенько ее встряхнет. Да ее жизнь не просто встряхнулась, а перевернулась с ног на голову, и она сама во всем виновата! И теперь из-за собственной трусости Фэй усиленно направляла свою злость на Чейза, вместо того чтобы направить ее на саму себя. Ей вдруг безумно захотелось убежать домой, но гордость заставила ее остаться и принять все последствия как должное. Слава богу, одним из последствий точно не станет беременность, это были безопасные дни ее цикла. Но все равно через пару недель стоит зайти к врачу и проконсультироваться.
Фэй совершенно не хотелось встретить своего новоиспеченного мужа. Вспоминая вчерашнюю ночь, она все еще заливалась краской, а смятое постельное белье, представшее ее глазам в спальне, делало эти воспоминания еще ярче. Фэй сама заправила постель и выключила лампу у кровати, не желая, чтобы Ильза видела беспорядок. Внезапно на пороге возник Чейз.
— Все еще сердишься на меня? — спросил он. В его голосе прозвучали теплые нотки. Сам он был гладко выбрит, с мокрыми после душа волосами.