Чтение онлайн

Я не привык доверять слухам. Я знаю, что с людьми делают слухи и сплетни. Знаю, как рушатся жизни только от одного лживого слова. Поэтому к сведению принял, но не поверил. Решил понаблюдать.

Можно было конечно, навести справки и уже через сутки я бы знал, что связывает Катю и Мирона, но не рискнул. Вдруг отчетливо понял, что не хочу знать об их отношениях. Если Мирон и вправду трахает Катю, то я точно не хочу знать этих подробностей.

Поэтому молча продолжал изводить себя и с каждым днем еще больше разочаровывался в Барби. Хотя это мне совсем не мешало видеть ее по-прежнему в своих снах. И я даже однажды рискнул и намекнул на то, что знаю о ее связи с Мироном. А эта дрянь даже отрицать не стала. Надменно улыбнулась и послала меня к чертям.

Ее колючки позволяли мне держаться от нее подальше, но это давалось мне с трудом. И я очень был благодарен Дане Яроцкому, когда он позвал меня принять участие в разработке проекта спортивного комплекса. Я целую неделю пропадал в его офисе допоздна. А потом вернулся Влад из Германии и отхватил от отца Маши знатных люлей. Таких, что мне пришлось ехать за ним и везти его в больницу. Торопов ныл, что он умирает без Маши. Маша чуть ли не плакала от беспокойства за этого балбеса. Они жить друг без друга не могли, но найти общий язык тем более. Так и хотелось посадить их рядом и втолковать им что к чему, но права у меня такого не было. Поэтому я всего лишь попросил врача уколоть Владу обезболивающего и снотворного и отвез домой. Всю дорогу вбивал ему, что сегодня ему нужно остаться дома. Что разговор нужно отложить до лучших времен. И даже обрадовался, когда увидел Катю в квартире друга. Не знаю тому, что мне не придется оставаться у Влада и приглядывать за ним, и можно даже выспаться, не знаю тому, что увидел ее опять домашнюю и тихую, в удивлении раскрывшую рот.

Я не остался в квартире ни на секунду. Мог наговорить ей гадостей при Владе. А она этого не заслуживала. Да и я для нее был никем, чтобы учить ее жизни.

Сбежал, а потом полночи опять ворочался и не мог уснуть. Катя не выходила из моей головы. Она была такая разная. То холодная и надменная. То домашняя и милая. И я понимал, что я не знаю где правда, а где ложь. Не понимал, что я чувствую к ней и чего хочу.

Долгожданный сон был коротким. Меня разбудил звонок Маши Савельевой, которая попросила приехать за Владом, потому что он спал в машине около ее дома и вряд ли сам мог управлять машиной в случае пробуждения. Конечно, не мог! После лошадиной дозы снотворного.

На улице было темно и холодно. Слишком поздняя ночь или уже слишком раннее утро. И ярость, бьющая через край. И опять на эту чертову блондинку. Ну, вот какого хрена она отпустила Влада? Почему просто не уложила его спать? Снова слиняла в клуб? К своему женатому любовнику?

Мне не сложно было доехать за Владом и отвезти его домой. Но я просто зверски замерз, устал, хотел спать и в тот момент мне казалось, что Барби специально дразнит меня. Сначала не давала мне уснуть, поселившись в моей голове, а теперь устроила засаду с невменяемым Тороповым.

Злился я знатно. К тому моменту, когда я привез Влада домой, я едва себя сдерживал. Пока нашел его, пока пересадил на пассажирское место, пока довез, пока дотащил до дивана... В общем, Катя попалась под горячую руку. Знаю, что проблема была во мне и в моей голове, но я не смог удержаться и вытащил ее в подъезд, а уже после первого прикосновения все перестало иметь значение.

Я видел ее распахнутые глаза, чуть приоткрытые губы и чувствовал сбившееся дыхание. Не замечал, что рядом с ней зверею, но уже не от злости. От желания, охватившего меня с ног до головы. Желания быть рядом, обнимать, трогать и целовать. Желания, от которого я не смог отказаться.

У меня было ощущение, что все это со мной в первый раз. Что никогда не целовал таких сладких губ. Терзал рот блондинки и не мог остановится. Хотелось еще больше. Так, чтобы захлебнуться в ней.

Я ведь знал, что так и будет. Знал, что не сдержусь. Знал, что меня не остановит ни ее дерзкий язычок, ни океан язвительности в ее голосе. Она шипела гадости в мой адрес, отвечала на мои колкости ехидными шпильками и стонала в мой рот, так что я едва сдерживался, чтобы не взять ее прямо здесь. В этом холодном и пустом подъезде под носом у родного брата.

Не знаю, как остановился. В очередной раз наговорил ей грубостей. Но нисколько не жалел. Почему-то был уверен, что скажи я ей в тот момент что -то нежное, приласкай я ее тогда, и мы бы оба отключились, а потом точно бы сожалели и снова жалили бы друг друга ядом и не только. Мне нужно было, чтобы она оттолкнула меня. Сам я не мог. Струсил. В глубине души я уже тогда понимал, что Катя имеет надо мной такую власть, какой обладала только одна девушка в моей жизни. Понимал, но признавать не хотел.

Поэтому и игнорировал Катю. Бежал, как собачка в клуб, видел, что она снова с Мироном, и изводил себя. Я старался держаться от нее подальше, но она словно ведьма приворожила меня. Я готов был за ней по пятам ходить.

Слава Богу у меня хватало сил и терпения не показывать этой кукле, как я на ней двинулся. Спасибо моему детдомовскому опыту. Презрение и равнодушие сыграть мне не составляло особого труда. Но вот совсем от нее отказаться не мог. И ведь знал, чем пахнет, и давно поклялся, что я в отношения и тем более какие-то чувства про любовь ни ногой, и даже сейчас, чтобы не нарушить свои клятвы, старался очернять Катю в своих глазах. Фантазировал, как низко она пала, кувыркаясь с женатым мужиком. Как ужасно выглядят ее встречи с Мироном перед братом, который ее любит и хочет, чтобы она была счастлива, но точно уж не с Мироном. Для пущей убедительности я ей даже об этом напоминал при каждой случайной встречи. Но все впустую. Катя лишь смеялась, а я злился еще сильнее. Пока не оказался к ней снова так близко, что чувствовал ее нежный аромат и наконец понял, что вместо того, чтобы уйти и забыть ее, избавиться от этого наваждения, я жутко ревную.

Я. Ревную. Катю. Торопову.

Мучительно, неистово и безрассудно ревную.

Ну разве не трындец всему?

Это уже была точка невозврата.

И чтобы совсем не погрязнуть во всей этой истории я согласился на предложение Киры и уехал в Сочи на все новогодние праздники. Да и как можно было отказаться? Она заявилась к нам в офис и очень удачно поймала меня там, потому что в нашей компании теперь я был редким гостем. Кира ворвалась туда так, словно за ней гнались свора собак, а потом краснея попросила меня выйти и поговорить с ней наедине.

Я, конечно, удивился такой просьбе, но отказать не смог. И слушая ее уговоры и доводы о том, что Новый год в Сочи с бывшими одноклассниками - это что ни наесть самое лучшее событие в моей жизни. Я, конечно, так не думал, но был уверен, что это лучший способ сбежать от своих проблем, поэтому согласился. Мне нужно было побыть подальше от Кати.

Кира ушла, довольно сверкая счастливой улыбкой, а я неожиданно подвергся страстному допросу от друзей и был несказанно удивлен сделанными ими выводами.

Эти двое решили, что я влюбился в Киру.

– Ээээ...

– Да хорош. Уж нам то не ври, - довольно усмехался Головин.
– По тебе все видно.

– Нервный, невыспавшийся и злой, даже взбледнул и схуднул - поддержал его Влад.

А я чуть не рассмеялся. Знал бы он, что все это далеко не из-за Киры. Мои нервы на пределе, недосыпы и приступы ярости - это только потому что я не могу еще раз трахнуть его сестру и едва сдерживаюсь, чтобы не сорваться.

Но об этом я говорить ему, конечно, не стал. И разубеждать тоже их не стал. Да и как? Как только я им сказал, что уезжаю в Сочи с этой самой Кирой, меня вряд ли бы кто услышал. Друзья лишь понимающе переглянулись, а мне ничего не оставалось, как поехать готовиться к поездке, которая была запланирована уже на ближайшие выходные.