Покидая «Марракеш»
Шрифт:
– А как же остальные? – всхлипнула Лиза. – Разве эвакуацию не объявили?
– Наниматели ни за что не объявят эвакуацию, – пояснил я, не оборачиваясь. – Потеря корабля – немыслимый убыток. Наниматели надеются, что «Марракеш» сможет прыгнуть, и поэтому будут защищать его до конца. Но «Марракеш» обречен.
Лиза заплакала. Я устроился в ложементе перед пультом управления, защелкнул ремни.
«Отделение будет произведено через десять… девять…» – принялся отсчитывать компьютер.
Гравитационные гасители сработали превосходно. Мы не ощутили перегрузку. Просто за узкой щелью носового иллюминатора вдруг заклубилась зеленоватая муть. Спасательный бот отделился от «Марракеша» и отправился в самостоятельный полет через туманность.
Как ни странно, не мы одни решили улизнуть с гибнущего корабля по-тихому. Наш бот нашел и опознал сигналы восьми спасательных капсул.
А еще – сигналы кораблей землян-радикалов, продолжавших войну с Нанимателями.
Крейсер «Адмирал Ушаков», крейсер «Кубань», фрегаты «Гордый», «Безжалостный», «Ловкий» и «Яростный».
Они держали «Марракеш» в кольце диаметром в несколько сотен миль и обстреливали его из всех орудий.
А потом активировался гипер, и сражение в один миг осталось далеко за кормой. Эфир очистился от радиосигналов, а пространство – от газовой мути и космических кораблей.Мы остались наедине с планетой, на которой нам суждено провести непродолжительный остаток своей жизни.