Чтение онлайн

— Здравствуй, Таня!

— Здравствуй!

Алексей перевел взгляд на девочку: славная малышка со вздернутым носиком и такими же белокурыми волосами, как у матери.

— Ирочка, поздоровайся с дядей Лешей.

Логинов протянул ей руку, она спрятала свою за спину, но осторожничала недолго, похвастала:

— А мы с мамой вербы наломали! — Повертела веточкой с пушистыми сережками. — Моя мама учительница, я пойду учиться вот в эту школу.

— Очень хорошо!

Пошли к селу. По дорожным колеям торопливо катились ручьи, перед мостом скопилась лужа, и поверх льда на Сотьме снег наводопел. Ирочка бежала впереди, ширкая прутышком по ручейку, как будто подгоняя его.

— Я просил областное начальство открыть у нас восьмилетку — обещали, — сказал Логинов.

— Это было бы замечательно, только у нас всего тридцать учеников.

— Надо когда-то начинать, второе здание построим. Будут ученики.

Первоначальная скованность показалась Логинову преодоленной. Татьяна совсем не выказывает своей обиды на него: чего уж теперь? И вот идут они втроем, а люди небось приткнулись к окнам. Пусть посудачат.

— Значит, у нас теперь будешь работать, — как бы рассуждая сама с собой, произнесла Татьяна.

— Не одобряешь?

— Какое это имеет значение? Мы друг другу не помешаем, — ответила она, бесхитростно глядя ему в глаза: дескать, обиды на тебя не держу.

Логинов остановился против своего дома, Татьяна с Ирочкой пошли дальше. С потревоженным сердцем он смотрел им вслед и думал о том, что в судьбах людей много случайного и что его жизнь могла сложиться совсем по-другому и вот эта славная девочка, которую Татьяна ведет за руку, могла быть его дочерью…

Внимание белореченцев привлекли большущие ящики, появившиеся на краю села, на самом угоре к реке. Их каждый день подвозили со станции на тракторах с прицепами, и наконец перевозка была закончена: управились до распутицы. Все теперь знали, что в ящиках этих находятся детали сборных домов, и всем было любопытно увидеть, какими они будут, привозные дома. Кое-кто уже толковал осведомленно про удобства, про мансарду и террасу. Другие высказывали сомнения, дескать, лучше традиционной избы ничего не придумаешь: проверено веками. Надо сказать, в Белоречье ни одного стандартного дома еще не было.

Как-то вечером позвонил Балашов, предупредил о том, что приезжает первый секретарь обкома и, может быть, заглянет в совхоз. А на другой день прикатили сразу четыре «уазика»-вездехода.

— Здравствуй, Алексей Васильевич! — подал руку Воронцов, когда Логинов встретил приехавших у крыльца конторы. — Приглашай гостей.

Грузный, кряжистый, в распахнутой дубленке, он первый вошел в кабинет и, окинув его взглядом, сразу заметил:

— Подзапущено… Дел у тебя много, но тем не менее начни с кабинета, приведи его в порядок, потому что плох тот хозяин, который согласен сидеть в любой неприхотливой обстановке: себя не уважает, и другие уважать не будут.

— Вот сделаем панели из деревоплиты, — Логинов показал на листы, составленные у стены, — покрасим пол, окна.

— А само помещение крепкое — звонкая сосна! — Воронцов ударил кулаком по бревну, словно проверяя его на звук.

Кто-то вызвался принести минеральную воду. Логинов предложил свою.

— Михаил Иванович, а вы отведайте нашей — лучше не найдете.

Вода в графине казалась хрустальной.

— У нас есть тут под горой Никольский родник, на котором раньше стояла часовня. Говорят, попы брали из него в готовом виде святую воду: вероятно, есть содержание серебра.

Воронцов выпил полный стакан, удовлетворенно крякнул.

— Отменная водичка! Ты, Алексей Васильевич, налей-ка мне с собой хоть банку трехлитровую, если не затруднит.

Следом за Воронцовым к графину потянулись другие, так что в момент осушили…

Когда шли по селу, Воронцов ткнул пальцем в сторону недостроенного здания из белого кирпича: торчали столбики простенков, а между ними — пустые оконные и дверные проемы.

— Что это?

— Детсад начали строить еще лет пять назад.

— Это же все пропадет! Можно ли теперь довершить?

— Сначала нужна проверочная комиссия.

— Ну, деятели!

Побывали на полигоне совхозных мастерских.

— Да-а… Наглядный пример полной бесхозяйственности, — резко произнес Воронцов. — Машины стоят где попало, нет простейших навесов. Посмотрите, сколько металлолому: ведь всю окрестность захламили! Точно ни разу не вывозили. Алексей Васильевич, организуй это дело немедленно, как только установится дорога.

— Займемся, Михаил Иванович, — пообещал Логинов. Не стал валить все беды на предшественника, не стал жаловаться на то, что половина тракторного парка не готова к посевной. И Балашова не хотелось подводить. Но Воронцов сам высказал ему замечание:

— Анатолий Павлович, здесь недоработка райкома. Чего дожидаетесь? Когда я приеду да укажу, что так, что не так? Логинов только принял хозяйство, его упрекать пока не за что, но надо выправлять положение, товарищи.

— Никаноров, конечно, последнее время руководил спустя рукава, — вяло оправдывался первый секретарь райкома.

Остановились около ящиков со сборными домами.

— Значит, все перевез?

— Все.

— Где собираешься ставить эти дома?

— А здесь, вдоль по угору, в один ряд, окнами на реку и на большую дорогу.

— Места хватит?

— Хватит. Мы с техником-строителем уже прикинули. С архитектором согласовано.

— Что же, пожалуй, подходяще? Как, товарищи?

Послышались одобрительные реплики.

— Подъезжаешь с той стороны к реке, и первое, что бросается в глаза, — шесть новых домиков. Хороший выбор места, — согласился Воронцов. — Непременно здесь и собирайте их. Вообще село ваше на редкость красиво расположено. Да, я не спросил, сам-то где живешь?

— У отца с матерью: вон их изба, — показал Логинов.

— А семья?

— Жена пока в Ермакове.

— Это плохо. Уж не рассчитываешь ли на попятную? — усмехнулся Воронцов.

— Нет, Михаил Иванович. Как только соберем первый дом, привезу жену.

— Ну что ж, ставь поскорей да устраивайся основательно.

— Может быть, зайдете к отцу, он рад будет, — предложил Логинов.

— Спасибо. Некогда, надо ехать. Вот уж справишь новоселье, если будет путь, загляну. Желаю успехов, Алексей Васильевич.

— Вам спасибо, что нашли время заехать.

Машины покатились под угор, потом через мост и — на подъем к большой дороге. Логинов, щуря от солнца глаза, проводил их взглядом до самого леса. Тронуло внимание со стороны первого секретаря обкома. Было желание работать, оправдать надежды, которые возлагает на него начальство. А прежде всего по собственной потребности хотелось сделать жизнь на родной земле лучше. Что бы ни случилось, он никуда не отступит с нее.

Солнце щедро обливало белореченский угор, пойму Сотьмы, потемневшие леса. По дорожной колее бежали резвые ручейки. Начиналась весна, а вместе с ней прибавлялось забот. Их было много у нового директора совхоза…