Чтение онлайн

Завтрак был очень скромный и состоял всего из куска жареной козлятины и нескольких бананов, запитых бутылкою воды. Розеида Сумера только прислуживала неграм, а потом скрылась в хижине, без сомнения, для того, чтобы позавтракать там с детьми.

Когда аппетит Марселена, сильно разыгравшийся от продолжительной прогулки и особенно от ночной пляски, был наконец удовлетворен, Флореаль-Аполлон, все время исподлобья наблюдавший за ним и сам почти не евший ничего, подал знак негритянке, которая принесла из хижины огромную бутылку рома.

– Теперь, – проговорил Вуду, наливая полный стакан этого крепкого напитка, – не худо и выпить!

– Ничего не может быть приятнее, – весело отвечал юноша, – я умираю от жажды!

– За твое здоровье, брат, – проговорил Вуду, чокаясь с ним стаканом.

– И за ваше, папа Вуду! – отвечал Марселен, залпом опрокидывая стакан и щелкая языком от удовольствия.

– Как ты находишь это, товарищ? – спросил Флореаль.

– Превосходно, если не ошибаюсь, это настоящий ямайский ром!

– Да, и притом такой, который дважды сделал путешествие вокруг света.

– О, да этот ром путешествовал больше, чем я! – смеясь, отвечал Марселен.

– Правда, но разве ты путешествовал, товарищ?

– Я? Нет! – отвечал юноша с самым добродушным видом.

– А я думал, что ты родился на твердой земле, – заметил Вуду, наливая ему второй стакан рома.

– Прежде всего позвольте узнать, что вы называете твердой землей? – проговорил юноша, ставя пустой стакан.

– Черт возьми! Ну Америка, Техас, вообще все, что нельзя назвать островом!

Марселен насмешливо улыбнулся.

– Постойте, товарищ, вы не договорили. Куда же девать Африку? Разве это тоже не твердая земля?

– Черт возьми, правда! Но ведь ты не африканец?

Юноша прыснул от смеха и молча протянул свой стакан, который Флореаль поспешил наполнить до самых краев.

– За ваше здоровье, товарищ! Гм, славная вещь ром! Дьявол побери всякого, кто будет утверждать противное!

С этими словами он залпом осушил и этот стакан.

Крепкий напиток стал уже оказывать на него действие: язык стал заплетаться, глаза засверкали как раскаленные уголья.

– Не хочешь ли еще? – спросил его Флореаль, который сам пил очень мало и все время наблюдал за тем действием, какое оказывала убийственная жидкость на юношу.

– Отчего же?! – весело отвечал тот.

Стакан был снова наполнен и выпит. Флореаль отбросил опустевшую бутылку и открыл другую.

– Итак, ты из Африки?

Юноша не отвечал. Прошло несколько минут молчания, во время которого оба негра исподтишка наблюдали друг за другом.

– Умеете ли вы читать? – спросил наконец Марселен насмешливым тоном.

– Черт возьми, надеюсь! – отвечал Вуду.

– Тогда прочтите-ка это! – и, отворотив левый рукав рубашки, юноша показал свою руку, на которой было нататуировано голубой краской какое-то изображение.

Заметив его, Флореаль вздрогнул от изумления и, с живостью схватив руку юноши, с глубоким вниманием стал всматриваться в нее.

– Возможно ли! – вскричал он наконец в крайнем изумлении.

– Ну, – важно проговорил юноша, – поняли вы теперь, что это означает?

– Да, да, – бормотал Флореаль с задумчивым видом, – это знак Пурра.

– Вы угадали!

– Я все разобрал, – продолжал Вуду, ты не только сын Ардра, но ты имеешь отличительный знак главных оби – Пурра. И такой молодой! – прибавил он, задумчиво опуская на грудь свою голову.

Марселен опустил рукав рубашки и с важностью взглянул на своего собеседника.

– Что за важность возраст! – заметил он коротко и презрительно. – Разве ты не знаешь, царь Вуду, что Пурра – самые могущественные между детьми жгучей Африки, и что оби, вожди поклонников змеи, с самого рождения посвящаются божеству и наследуют это звание по прямой линии?

– Ты прав, я совершенно забыл об этом. Взгляни, – с живостью прибавил он, протягивая свою левую руку, на которой был изображен такой же знак, – я также оби!

– Я это знал, – с важностью ответил Марселен, – иначе разве я открылся бы тебе?

– Да, мы теперь братья! Но скажи, пожалуйста, зачем вместо того, чтобы сразу открыться, ты подвергался испытаниям?

– Да потому, что в глазах других я не хотел раскрывать свое высокое звание!

Флореаль молча склонил голову.

– Пить! – проговорил юноша, протягивая стакан.

Вуду поспешил наполнить его ромом.

– Что, ты все еще подозреваешь меня в измене? – насмешливо спросил Марселен, поднося стакан к своим губам.

– Прости, брат, я не звал тебя! Твое положение у наших врагов возбуждало у меня подозрение в твоей искренности.

– У всякого своя слабость, – поучительным тоном проговорил юноша, – однако ты должен был бы знать, что там, где неприменима сила, пускается в ход хитрость.

– Я был неправ, сознаюсь в этом; но всякий бы на моем месте поступил так же. Однако ты не можешь отрицать того, что я дал тебе доказательство высшего доверия, проведя тебя сюда.

– Может быть, папа Вуду! Но кто знает, для чего вы привели меня сюда и что случилось бы со мною, если бы я не открылся вам!

– Ты, вероятно, не вышел бы отсюда живым! – откровенно отвечал Вуду.

– Благодарю за откровенность, – рассмеялся юноша, – ну, а теперь?

– Теперь у меня нет секретов от тебя; ты будешь знать все!

– Ты что-то хотел узнать от меня? – небрежно спросил Марселен.

– Да, вот за этим я и привел тебя сюда! Впрочем, зачем мне больше скрываться от тебя?! Скажу прямо, моим намерением было – привести тебя сюда и заставить говорить.

– Напоивши меня пьяным… – проговорил юноша, протягивая свой стакан, который был снова наполнен, – а когда я бы рассказал тебе?..

– Убить тебя, брат, если бы я увидел на твоем лице какой-либо след колебания или волнения! – холодно отвечал царь Вуду.

– Послушай, – заметил юноша, поставив на стол пустой стакан, – я также хочу кое-что сообщить тебе, брат: ты слишком скоро действуешь и потому твое мщение бывает не полное; из двух твоих жертв только одна умерла.

– Которая? – с живостью вскричал Вуду.