Чтение онлайн

Естественно, судмедэксперт знает, что означает это «характерно», и с удовольствием расскажет вам. С цинизмом, присущим врачам вообще и патологоанатомам в особенности, он охотно и подробно описывает трупные окоченения, вздутия, пятна, помутневшие глаза и прочие посмертные явления, имеющие место на теле любого умершего или погибшего человека. Всё это сделано для усиления отталкивающего эффекта.

В конце своего эссе доктор пускается в длительные рассуждения о социальных последствиях самоубийств для родных и близких, для общества и для государства в целом. Государству вы таким не нравитесь, ибо оно хочет, чтобы люди честно, до пенсии трудились в конторе или на заводе, оплачивая своими налогами их благосостояние. А по выходу на пенсию вам предписывается быстренько умереть от какой-либо из приобретенных за годы честной работы болезней типа инфаркта, инсульта, рака и проч., – дабы не обременять государственный бюджет чрезмерными выплатами пенсий. Таким вы понравитесь государству и станете украшением любого гроба, патологоанатом подтвердит.

А можно не ждать до старости – есть способ ускорить процесс смерти, угодный государству. Например, можно отправить человека воевать за нефть или демократизацию в качестве пушечного мяса. Наш доктор ничего не имеет против вас, разорванного на моджахедской мине или с отрезанной головой. Это, безусловно, красиво и несет в себе положительные социальные последствия. А уж как семья обрадуется!

– Он опездол, – делает вывод Топ-лузер.

– Чувак, тебя очень расстроит, если ты будешь выглядеть некрасивым в гробу?

– Нет, мне это будет совершенно пофигу, – не задумываясь, отвечает Топ-лузер.

– Даже если у тебя не будет половины черепа? – пугаю я. – Даже если твой труп вздуется так, что не влезет в гроб?

– Похуй! Главное, чтобы после этого мне не надо было платить кредиты.

– Нет, чувак, тебе уже ничего не надо будет платить. По крайней мере, до этого пока не додумались.

– Отлично! Значит, двадцать шестой этаж…

Идея эта запала в душу Топ-лузеру, но лишь как веселая шутка, а не как план действий. Он обожал дешевые эффекты, и сцена на двадцать шестом этаже рисовалась ему красивым эстрадным номером.

Впоследствии Топ-лузер частенько повторял:

«А может, уже пора на двадцать шестой? Или пока рано?»

Суп оказался обжигающе вкусным, под него так хорошо пьётся ледяная загустевшая водка. Топ-лузер с наслаждением закурил после очередной комбинации холодного напитка и горячего блюда.

«Черт возьми, все-таки жизнь в чем-то очень приятная штука! – подумалось ему. – Самое интересное, что это складывается, всего лишь из таких мелочей как запотевшая рюмка водки, горячий суп и сигарета. Даже и умирать как-то не хочется…»

Топ-лузер не спеша докурил, в философской задумчивости разглядывая прибывающую в ресторан публику.

– Ну что, – произнес он, решительно затушив окурок, – пора? Жизнь ведь состоит не только из приятных моментов.

Взяв пачку сигарет с собой («выкурю еще одну напоследок»), Топ-лузер встал, попытался гордо расправить плечи… И вынужден был констатировать предательскую дрожь в коленках и учащенное сердцебиение. Можно, конечно, сесть, но в следующий раз встать будет еще труднее. Чтобы не передумать, он понесся на ватных ногах в сторону туалета.

Возле писсуаров никого не было. Топ-лузер рывком распахнул окно, сел на подоконник и достал сигарету. Но тут же понял, что все-таки он в туалете не один. Из какой-то кабинки донеслись громкое пускание газов и вздох облегчения. Топ-лузер не выдержал и громко, нервно захохотал:

– Нет, я не хочу, чтобы мой уход из жизни сопровождался подобными звуками! Это уж слишком.

Пердение не прекращалось. Топ-лузер фыркнул и подошел к кабинке. Помявшись, постучал в дверь со словами:

– Уважаемый, вы не могли бы заткнуться!

В ответ раздалась заливистая трель непотребных звуков, и голос облегченно произнес:

– This is nice…

Через две минуты из кабинки вышел уже знакомый нам иностранец и сказал, что он «really sorry [9] », и вообще он ничего такого не имел в виду. Заграничный гость быстро вымыл руки и удалился, продолжая виновато улыбаться.

Оставшись один, Топ-лузер вернулся к окну и снова сел спиной к городу. Он понимал, что надо торопиться, поскольку народу в ресторане прибывает и в любой момент сюда могут зайти.

«Ну что, это надо делать уже прямо сейчас? – спросил себя Топ-лузер. – Или все-таки выкурить последнюю сигаретку?»

Естественно, он выбрал сигарету и, не спеша, с расстановкой покурил. Но эти «последние сигаретки», имеют свойство заканчиваться слишком быстро. Артистичным щелчком Топ-лузер отправил окурок за окно, продолжая просто сидеть на подоконнике. Ничего не происходило… И тут зазвонил телефон…

Да, совсем как в плохой комедии: за секунду до финального трагического шага раздается телефонный звонок, приносящий спасение. Так и у Топ-лузера в кармане заиграл, завибрировал мобильник… Однако звонок этот не был похож на спасительный: высветившийся номер выглядел угрожающе.

«Странно, кто это? – подумал Топ-лузер, но все-таки решил ответить. – А хули мне терять-то?»

Он успел произнести только «алло», после чего рта открыть ему больше не дали. Из трубки посыпался отборный мат вперемешку с угрозами физической расправы. Это был Валдис.

«Чего он так раскричался? – грустно размышлял Топ-Лузер. – «и всего-то я ему должен тридцать евро или сорок, не помню… Подумаешь…»

– Ты думал, я тебя не найду? Думал, самый умный, да? – кроме мата в монологе Валдиса проскальзывали и адекватные фразы. – Думал, сменил номер телефона, и все, бля? Так просто? Да, бля?

– Валдис, когда ты закончишь ругаться, дай мне минуту для объяснений, – пытался вставить свои три копейки Топ-лузер.

– Каких еще объяснений?! Ты че, издеваешься?! Где мои бабки? – орал Валдис. – Бабки плюс проценты, бля! Плюс штрафные санкции, нах! Плюс пиздюлей тебе полагается! Ты знаешь сколько там уже натикало? Ты, походу, не въезжаешь, что тебе пиздец?!

Топ-лузер пытался придумать ту фразу, которая моментально заткнула бы фонтан ругательств. Валдис меж тем продолжал: