Чтение онлайн

Мих подумал: — Принадлежали ли эти двое к напавшей на них с Кириллом троице? Скорее всего да, но точного ответа он пока не знал.

— Серьёзное обморожение, — прокомментировала для Миха занимающаяся бледным пиратом Аня: — Скорее даже ожог. Ожог холодом. Мы вкололи обезболившее, но повреждённые ткани однозначно нужно убирать.

— Что у второго? — спросил Мих.

— Ничего серьёзного.

— И вы просто оставили его здесь?

— Прикажешь связать и посадить под замок?

Мих скривился. Никто не предусматривал в конструкции жилого модуля помещений для содержания заключённых. Конструкторам это не могло прийти в голову. Да и самому Миху не могло. Всего одну неделю назад.

Мих неприязненно посмотрел на растерянно улыбающегося пирата. Точно американец. Они вечно улыбаются к месту и не к месту.

— Что мне с ним делать?

— Напои чаем, — посоветовала Оля: — У них обезвоживание. И сними тяжёлый скафандр, пока не поломал здесь что-нибудь.

Чаем!

Вы когда-нибудь гоняли чаи с космическим пиратом летя чёрт знает куда верхом на ядерной бомбе?

Так себе вышло чаепитие. Мих смотрел на пирата тяжёлым взглядом. Тот вертелся, ёрзал, но сидел смирно, придавленный взглядом Миха. Жадно пил чай и с ещё большей жадностью опустошил банку мясных консервов.

— Спасибо, — поблагодарил пират.

Не переставая сверлить тяжёлым взглядом, Мих галантно ответил: — Всегда пожалуйста.

— И что дальше?

— В смысле?

— Не станешь же ты целиться в меня глазами сутки напролёт? — поинтересовался пират: — У вас есть здесь какое-нибудь запирающееся снаружи помещение? Честно говоря, я ужасно хочу спать.

Ошарашенный его наглостью, Мих приоткрыл рот, но не нашёл, что сказать.

— Ты отлично сражался, — похвалил пират. — Увёл артефакт из под носа. Сделал нас, словно котят. Если бы мы знали заранее…

— Это вы убили Егора и Дениса? — спросил Мих.

Будто не слыша вопроса, пират сказал: — Майк был отличным парнем. Не без закидонов, но без придури. Насколько мне известно, у него остались на Земле родители и, кажется, сестра. Он как-то показывал её голографию. Не специально, просто не успел спрятать, когда я вошёл. Девчушка лет десяти в костюме ковбоя. Кто вообще придумал наряжать на костюмированный школьный бал девчонок в костюмы ковбоев?

Мих ударил по столу руками: — О чём ты говоришь?!

— Разве я не сказал? Майк Ринк. Тот парень, которого ты размазал артефактом. Скафандр остался цел, но то, что внутри превратилось в отличную отбивную.

— А скольких убил ты сам?! — вскричал Мих.

Пират снова свернул улыбкой: — Я это я. Но готов спорить, что хороший парень Майк Ринк был твоим первым. Первым убитым тобой. Как говориться: с почином! Пожалуйста, отведи меня туда, где я мог бы прилечь. Глаза закрываются сами собой. Хороших снов. Надеюсь, Ринк присниться тебе. Поговорите о том и о сём. И, ещё, спасибо за то, что спасли нас, разумеется.

Он улыбался и явно чего-то ждал. Может быть того, что Мих выйдет из себя и ударит его. Но Мих лишь указал на ложемент в углу: — Ложись там.

— Премного благодарен! Ещё раз большое спасибо за то, что спасли меня. Ты отлично сражался. Майк мог бы лично это засвидетельствовать. Если бы остался жив, конечно.

Через четыре часа, с «Басова» прилетел транспортный модуль и забрал пленников. Кирилла тоже забрали, чтобы долечить уже на корабле. Военные привезли «астероидным пастухам» огромные запасы всякой всячины. Инженеры с «Басова», весёлые, смешливые парни тут же начали монтировать привезённое добро. Ребята бросились помогать им, но те вежливо отправили всех троих отдыхать. Мол, вы своё дело уже сделали и сделали отлично. Теперь отдохните, наберитесь сил.

Мих ложился спать в тот самый ложемент, который недавно занимал пират.

— Я убил человека, — думал Мих: — В бою, пирата, но всё равно настоящего человека.

Он не сожалел. Знал, что поступил правильно. Знал, но отчего-то было невыразимо пакостно.

Мих долго ворочался. Когда уснул, видел во сне какую-то гадость. При этом проснулся он отдохнувшем и, относительно, свежем. Утро оказалось мудрее вечера. Может быть Майк Ринк и был отличным парнем, но при этом он также «работал» космическим пиратом. При жизни Майк вполне мог заявить «ничего личного, только бизнес». Теперь не получиться. Это личное. В его, Миха, родной солнечной системе не должно быть ни пиратов, ни террористов. Это личное, для каждого сознательного советского человека. Никаких: «только бизнес». Это личное.

Военные с «Семёна Басова», казалось, были везде и всё успевали. Они забрали к себе раненых с «Зари». Обследовали сам корабль, решили, что он ещё послужит. Повесили на него огромную, словно башня, транспортную ракету и отправили тихоходом, в автоматическом режиме, по энергосберегающей траектории к Луне. Лететь «Заря» будет больше двух лет.

Вот странно, экипаж «Зари» уже получит новый корабль или разойдётся по другим кораблям — ещё не было решено. А сам корабль останется медленно плыть сквозь космос, изредка отвечая на контрольный сигнал. Будут россыпью мигать огоньки на пульте. Будет бодрствовать управляющая система.

«Басов» обследовал скопление, собирая следы пребывания пиратского корабля. Заодно зачистил парочку уцелевших дронов.

Ребята с «Зари», в память о погибших товарищах и произошедшем сражении, вырезали на самом крупном астероиде скульптурную композицию. Скульпторы они были так себе, поэтому черты лиц вышли излишне грубыми, а формы не всегда соразмерными. Но всё же они остались там — павшие в сражении с пиратами юнкомомовцы и комсомольцы. На средних размеров астероиде. Преимущественно состоявшем из пустой породы. Продолжающем своё вечное кружение вокруг солнца. Остались там и ещё в памяти товарищей.

В холоде и пустоте, как символ пылающего человеческого сердца, плыл крохотный огонёк — запитанный от батареи фонарь горящей в ногах вырезанных из реголита юношей и девушек. Ещё один памятник. Ещё одно напоминание о цене, которую приходится платить за то, чтобы быть человеком.

Мих побывал у памятника перед отлётом. Вместе с Аней и Олей, только втроём. Последний раз помолчать вместе с ребятами, многих из которых он совсем плохо знал раньше, но хорошо узнал в часы боя. «Вечная» лампа — крохотной яркой звездочкой, пылающим, вынутым из груди сердцем Данко, горела у них в ногах. До тех пор пока в батареи оставался заряд, слабый передатчик, в ответ на входящий сигнал, оставался готовым поведать имена и дату.