Чтение онлайн

Небольшое здание в промрайоне Петербурга внешне казалось вполне неприметным. Окна были заклеены бумагой изнутри, что говорило или намекало на внутреннюю отделку. Внешне дом был в относительном порядке. Не было на нём ни вывесок, ни даже номера дома. Люди в него входили каждый день и почти не выходили. В случаях же пополнения запасов еды и питья в обеденное время выходили двое-трое человек в рабочей одежде и закупались в соседнем магазине на целую бригаду. Внешности они были неприметной и никаких подозрений не вызывали.

Если считать вместе с весьма просторным подвалом, то здание было трёхэтажным, и на всех трёх кипела работа. В подвальном этаже расположились учёные различных специальностей, таких как судмедэксперты, которые препарировали и изучали «серых» и «бурых», радиотехники, теоретики и прочий народ, который оперативники «любовно» за глаза именовали крысами. Лабораторными, разумеется.

На первом этаже находились ищейки. Две комнаты пришлось отдать под серверные, в которых до сих пор исходили на нецензурные ругательства техники — слишком уж сроки им дали сжатые. Про дизайн мало кто думал, главное функционал внести, подключить и откалибровать. Также на первом этаже была своеобразная кухня, она же и столовая.

На втором этаже, который по площади уступал первому и подвальному, была только одна комната — зато большая. Она стала неким штабом, куда стекалась вся информация, где шли обсуждения планов на ближайшее время, стратегия следствия, доклады и прочее — командный пункт, в общем.

Одна из стен без окон стала той самой стеной, на которой в фильмах расклеивают фотографии подозреваемых, схемы движения преступников, планы строений и так далее.

Сейчас всё это предприятие под негласным кодовым названием «Первое дело» ещё только раскачивалось, так как техники в экстренном порядке приводили место в соответствие с требованиями будущих местных работников, которые уже толклись здесь, чем особенно раздражали рабочих.

Сегодня последний день их работ, в этот срок они должны были уложиться. Лейтенант Морев пришёл сюда во второй раз — первый был при знакомстве с географией местности. Сегодня нужно принять рабочий объект, удостовериться, что всё как надо и на следующий же день приступить к работе.

Как он и надеялся, всё, что должны были сделать техники, они соорудили в срок и ровно настолько качественно, насколько позволяло время. И поэтому в комнатах с драными стенами стоит дорогущая аппаратура, над доводкой которой сейчас работают иные рабочие. В подвалах уже пищат странные агрегаты. На крыше вырос лес антенн, которые спрятали от ненужных глаз строительными лесами и маскировочной сетью.

Окна на всех этажах были заклеены бумагой. В каждой оконной нише была лампочка, которая создавала иллюзию присутствия там людей в дневное время и их отсутствие в ночное. Дабы не выдать своё нахождение внутри помещения, оконные ниши были забиты панелями из ДСП. С помощью этих банальных хитростей днём и ночью «ЦПД» (Центр Первого Дела) работал, но об этом никто со стороны сказать не мог.

Утром следующего дня был объявлен полный сбор всех тех, кто попал в список секретного сыскного мероприятия. Сегодня «ЦПД», как его окрестили сами же избранники, начинал функционировать в полную силу.

На втором этаже собрался весь народ. Морев, будучи главой этого подразделения, сидел за столом и ожидал, когда подойдут скрупулёзные товарищи из отдела судебной медицины. Им только что доставили тела «серых» и «бурых», по паре каждого, и они оформляли их. Обещали быть вот-вот.

Всего в «ЦПД» попало двадцать три человека. Отбора особо строгого не было, но те, кто сюда был определён, и так стояли на особом счету, а ввиду кризиса ситуации после захвата, выбирать-то было и некого больше, а про то, чтобы успеть вырастить новые кадры, речи и быть не могло.

В дверь протиснулись три человека в белых халатах, один из них махнул рукой Мореву. Тот увидел знак того, что можно начинать летучку.

— Всем доброго утра. Кто меня не знает — я лейтенант Владислав Морев. Обращаться просто Влад или Морев — нам тут работать, думаю, долго, так что официоз только при начальстве. Договорились? — Ответом стали одобрительные кивки. — Отлично.

Наша главная задача — расследование инцидента двухнедельной давности, названного «Захват», «Осада», «Вторжение» и как только ещё не обозвали. Суть произошедшего всем понятна — благо непричастным остаться было невозможно.

У нас уже имеются некоторые наработки, они пока что представляют гору неразобранного материала, поэтому первоочередной задачей будет исследование имеющихся данных, сортировка и расследование тех направлений, которые могли остаться после исчезновения захвативших планету…существ.

Наша работа не ограничена временными рамками, но медлить не стоит. То, что случилось однажды, имеет свойство повторяться. А мы хотим быть, на сей раз, готовыми дать отпор.

Собственно, я закончил. Вопросы есть?

Народ переглянулся, но пока что вопросов не было. Надолго ли?..

— В таком случае, я могу пожелать нашим людям в белом приятного вскрытия, радиотехникам тоже. — Собравшиеся захихикали, поняв тонкую иронию. — Сейчас мне нужны ищейки — есть для вас «след».

Дождавшись, пока все ненужные ему на данный момент люди уйдут, Влад подозвал ищеек — их было семеро, включив проектор, он вывел прямо на стену фотографию объекта «Ангел 1».

— Знакомьтесь — Объект «Ангел 1». В миру Хильда Торесен.

— Симпатичная. — Кивнул один из ищеек, невысокий очкарик с блокнотом в руках.

— Да, предположительный возраст объекта триста лет. Зафиксированная биография составляет 23 года, всё, что раньше, чистый лист. Погибла при невыясненных обстоятельствах месяц назад. Наш эксперт обнаружил её случайно. Вот модель её скелета, как видит его полностью доктор Светлов. — Он переключился на следующий слайд. Тишина, наступившая после оглашения возраста, стала троекратно тише, когда на стене появилось изображение крылатого скелета. Очкарик с блокнотом даже стянул очки к краю носа, чтобы своими глазами посмотреть на это. Затем он и остальные перевели взгляд на Влада.

— Издеваетесь? — Спросила девушка лет, на вид, восемнадцати.

— Увы, но нет. Все данные на неё есть в этих коробках. Также у неё есть сын — Арвинг Енгельссон Торесен — двадцать два года отроду. Судя по заключениям врачей, имеет нехарактерный скелет. Нехарактерный, естественно, для человека. Светлов утверждает, что это абсолютно работоспособный скелет летающего вида. Это и есть ваш «след» — нужно выяснить всю подноготную этой Хильды. Основной момент — когда она здесь появилась, какие связи, знакомства имела — кто отец ребёнка?