Чтение онлайн

Цветущие деревья купались в бледном лунном свете, а шелковое платье Тины казалось самым крупным цветком.

— Какой прекрасный вечер, — произнес наследник Арана. — Вы позволите мне еще когда-нибудь навестить вас?

Тина пожала плечиком.

— Может быть.

Он подошел ближе.

— А если я приглашу вас в Ланарк, вы приедете?

— Вероятно.

«Ну что ж, если она еще раз так ответит, будет превосходно», — решил юноша и задал волнующий вопрос:

— А если я поцелую вас, вы ответите мне тем же?

Губы девушки сложились в смешную гримаску.

— Возможно.

Положив руки ей на талию, Патрин притянул Тину к себе. Ее запах кружил ему голову, он был взволнован и возбужден с того момента, как они остались вдвоем. Молодой лорд нежно, едва касаясь, поцеловал девушку. Он слышал учащенное биение своего сердца, ощущал, как ее рот слегка приоткрылся под его губами. Оторвавшись, Патрик хрипло прошептал:

— Дорогая, когда вы говорите «может быть», вы всегда подразумеваете «да»?

— Наверное, — игриво ответила Тина, выскальзывая из его рук.

Гамильтон снова поймал ее в объятия, прижав так, чтобы она почувствовала его возбуждение.

— Проказница, ты же знаешь, что делаешь со мной?

— А что? — с невинным личиком спросила девушка.

Патрик был опытен в обращении с женщинами, но он всегда придерживался строгих правил с незамужними леди. Однако Огненная Тина сводила лорда с ума, как никакая другая представительница слабого пола, независимо от происхождения.

— Ты дразнишь меня, — прошептал он Тине на ухо.

— И у меня это хорошо получается? — прозвучал жестокий вопрос.

— Великолепно! Думаю, в этом у тебя большой опыт. Говорят, ты отклонила шесть предложений?

Огонек рассмеялась в красивое лицо молодого лорда.

— Шесть предложений руки и сердца и еще огромное количество других, непристойных предложений.

Гамильтон перевел дыхание, она явно к нему неравнодушна, но, пожалуй, не позволит ничего лишнего.

— Ты знаешь, чем привлечь мужчин. А отклоняя предложения, привлекаешь их еще больше.

— Вовсе нет, Патрик, я действительно не хотела за них замуж.

Одной рукой он обнял Тину, другой взял за подбородок, заставляя смотреть себе прямо в глаза.

— А как насчет меня?

— Знаешь, мне тан уютно в твоих руках.

— Смогу ли я превратить леди Кеннеди в леди Гамильтон?

— Патрик, я буду честна с тобой. Отец знает о моем нежелании выходить замуж, но настаивает. Пока выбор за мной. Иначе меня насильно обвенчают, а с кем — решат Арчибальд Кеннеди или король.

Наследник Арана подумал, что сейчас держит в объятиях самую красивую девушку, которая, как он чувствовал, обладала еще одним немаловажным качеством — она наверняка не будет стесняться в постели. Больше всего на свете он хотел бы открыть для нее все секреты секса.

— Милая, ты пытаешься сказать, что остановила свой выбор на мне?

— Я пытаюсь объяснить, что не спешу замуж. Но, может быть, мне понравится, чтобы ты за мной поухаживал, а уж потом мы смогли бы обвенчаться. Говорят, это ведет к счастливому браку.

Патрик со стоном накрыл ее губы своими.

— Тина, неужели мне придется ждать так долго?

Охранник у замка Дун увидел одинокого всадника и поднял решетку ворот, смеясь про себя при мысли, что пожаловал еще один жених для Валентины. При свете факела он заметил, что гость темноволос и в темной одежде, и решил, что это или Кэмпбелл, или Гордон. Интересно посмотреть на лицо незадачливого поклонника, когда тот узнает, что место уже занято.

Рэм Дуглас с холодной решимостью проехал по мосту, затем надежно привязал Бандита и хозяйской походной вошел в замок. Слуги расступились, пропуская его в зал.

— Донал Кеннеди! — Голос Рэма прозвучал уверенно и твердо.

Донал поднял глаза от кружки, и Черный Дуглас увидел перед собой коренастого рыжебородого противника. Старший брат Тины с удивлением уставился на владельца угнанного скота. Бог ты мой, как он догадался? Оружие лежало рядом, но Донал тан и не успел до него дотянуться. Обеими руками Рэм поднял свой палаш и обрушил его плоской стороной на рыжую голову. Старший Кеннеди свалился замертво.

Дункан, выйдя из кухни, не поверил своим глазам. Он узнал Черного Дугласа со спины и с кинжалом в руке бросился вперед. Рэмсею не потребовалось даже оборачиваться, чтобы отразить эту атаку. Его локоть погрузился в живот Дункана, опрокидывая того, а затем тяжелая рукоятка кинжала ударила младшего Кеннеди в челюсть. Кровь была повсюду.

Дэви на верхнем этаже замка бренчал на лютне, когда услышал шум. Решив, что Донал, перепившись, затеял драку с Гамильтоном, и не желая пропустить такого зрелища, мальчишка, перескакивая через ступеньки, сбежал в зал. При виде Рэма его лицо посерело. Незваный гость выхватил лютню из рук Дэвида и шварк-нул ее об стенку. Деревянная дека инструмента отлетела, а грифом с остатками струн Рэм съездил мальчишку по шее.

Несмотря на разбитый рот, Дункану удалось позвать на помощь, и теперь рыжие Кеннеди сбегались со всех сторон. Одной рукой Дуглас схватил Дэви, другой размахивал палашом. Никто не смел приблизиться к нему. Время для нападения было выбрано исключительно удачно, тан как все члены семейства уже успели напиться и не могли противостоять натиску. Голос Рэма прогремел по всему замну:

— Верните мой скот, или я не ручаюсь за последствия! А если хотите грабежа, то вы его получите!

Направляясь в замок, он собирался вновь захватить мальчишку заложником и потребовать за него выкуп, но сейчас презрение охватило его. Дугласу были противны эти трусы, совершающие набег и знающие, что обвинение падет на другой клан. Он отшвырнул младшего Кеннеди прочь, бесстрастно наблюдая, как тот, ударившись головой о камин, сползает на пол.

Рэмсей отвернулся и направился к выходу, разочарованный тем, что здесь для него не нашлось достойного противника. За распахнутой дверью послышался чарующий женский смех, там целовалась какая-то парочка. Пропуская ее в замок, Дуглас столкнулся взглядом с Патриком Гамильтоном.

— Погляди-ка! Как здорово снюхались паршивые Гамильтоны и подлые Кеннеди! — Рэм сплюнул на пол.

Патрик не понял, о чем говорит Рэм, но это не имело значения. Слова мало что могли изменить в отношениях двух враждебных кланов — Дугласов и Гамильтонов. Вековечная злоба разделяла их, злоба, вызванная соперничеством, честолюбием, борьбой за власть между графами Ангусом и Араном. Даже король никогда не отправлял их на охрану границы вместе, однако постоянно пытался если не подружить, то хотя бы заставить заключить временное перемирие.

— Как ты смеешь, хам, мужлан неотесанный, так вести себя в присутствии леди? — доставая шпагу, процедил Гамильтон.

— Смотри не задохнись от праведного гнева, — посоветовал ему Рэм. — И присоединяйся к своим отважным дружкам, я просто весь дрожу после знакомства с ними.

Гамильтон недоверчиво огляделся.

— Где твои люди?

— Я пришел один.

— Ничтожный хвастун, меня блевать тянет от одного твоего вида!

— Ну что ж, блюй, покажи, что у тебя есть еще внутри, кроме дерьма!