Чтение онлайн

Линнет закрыла глаза и попыталась представить своего отца, обеспокоенного ее долгим молчанием.

– И даже если ваша кожа будет не совсем такой, как раньше, – продолжила Элиза, – это не важно, потому что вы будете графиней и когда-нибудь станете герцогиней.

Линнет распахнула глаза.

– Любой скажет, что этот мужчина любит вас до безумия, – улыбнулась горничная. – К тому же он сказал своему отцу и маркизу, что женится на вас. Они приезжали сюда на второй день, чтобы посмотреть, как вы себя чувствуете. Он не пустил их к вам, но сказал, что вы проживете достаточно долго, чтобы выйти за него замуж. Это слышали три лакея, так что можете не сомневаться в том, что это правда.

– Нет, – сказала Линнет. Она никогда не выйдет замуж за Пирса. Собственно, она не выйдет замуж ни за одного мужчину, но особенно за графа Марчента.

Но Элиза не расслышала ее слабого протеста.

– Я выгляну на минутку, – сказала она, – посмотрю, что можно сделать для вас. Должно же быть какое-нибудь средство, чтобы смягчить вашу кожу.

Она вышла, но Линнет могла слышать ее голос через открытую дверь.

– Мне нет дела, что он спит. Наверняка есть какое-нибудь средство, чтобы смягчить ее кожу. – Послышалось приглушенное бормотание. – Ладно. – Она вернулась с банкой в руках. – Я собираюсь намазать вас этим с ног до головы. – Она открыла банку и понюхала. – Пахнет, как пиво. Пиво с сосновыми иголками. Впрочем, не все ли равно, если оно действует?

Линнет позволила намазать себя маслянистым, сильно пахнущим составом, вначале спереди, потом сзади.

– Господи всемогущий, здесь еще хуже! – воскликнула Элиза, осторожно натирая мазью зад Линнет. – Хотя я не думала, что такое возможно.

Еще несколько слезинок скатилось на подушку.

К тому времени, когда Пирс вошел в комнату – без стука, словно это была его собственная спальня, – Линнет приняла решение. Ясно, что она не может пока уехать домой. Ей нужно набраться сил. Она съела больше супа, чем ей хотелось. Чем скорее к ней вернутся силы, тем скорее она сможет уехать.

Он склонился над ней так низко, словно собирался поцеловать.

– Уходи, – сказала она, отвернувшись. Слово прозвучало как жалобный писк, но вполне членораздельно.

Пирс выпрямился, нахмурившись.

– От тебя пахнет, как от пивной бочки. Чем это тебя намазали?

– Вот этим, – отозвалась Элиза, выступив вперед с теперь уже пустой банкой.

– Я велел Нейтену отослать эту мазь судомойкам, для их загрубевших рук, – сказал Пирс. – Впрочем, хуже не будет.

– Я должна была что-то сделать, – заявила Элиза, оправдываясь. – Бедняжка не может оставаться в таком состоянии. Подумать только, ей нельзя показаться на улице, чтобы не вызвать столпотворение.

Она никогда больше не посмотрит в зеркало, решила Линнет.

– Уходи, – снова каркнула она, обращаясь к Пирсу.

– Мне следовало догадаться, что из тебя получится капризная пациентка.

Линнет посмотрела на Элизу. И та, благослови ее Бог, шагнула вперед, чтобы дать отпор упрямцу.

– Моя хозяйка хотела бы, чтобы вы покинули комнату, лорд Марчент, если позволите. Поскольку она не в состоянии объяснить это вам, я вынуждена говорить за нее.

– Прекрасно! – резко бросил Пирс, направившись к двери, но обернулся, прежде чем выйти. – Я зайду позже с твоим ужином. Думаю, тебе пора попробовать что-нибудь более существенное, чем суп.

Линнет бросила отчаянный взгляд на Элизу. Горничная снова выступила веред, словно охраняя ее постель.

– Если вы передадите ужин мне, милорд, я позабочусь о том, чтобы моя хозяйка съела все до последней крошки. Она еще не готова принимать посетителей.

– Я не посетитель! – рявкнул Пирс.

Элиза воинственно сложила руки на груди.

– О, ради Бога, – внезапно сказал он и вышел из комнаты. Линнет прислушивалась к стуку его трости в коридоре и на лестнице, пока он не затих в отдалении.

Элиза подошла ближе.

– Я не смогу долго удерживать его на расстоянии, – сказала она, глядя на Линнет. – Он врач. И уже видел худшее. В первую ночь он был один рядом с вами.

По щеке Линнет скатилась слеза. Элиза села на краешек постели и положила ладонь на ее локоть, даже не поморщившись от ощущений.

– Ну, ну, – сказала она. – Если кто и заслужил право хорошенько выплакаться, так это вы.

Так продолжалось неделю. Пирс врывался в комнату, а Элиза выпроваживала его. Иногда Линнет казалось, что парочка наслаждается этими маленькими представлениями. Элиза постоянно кричала на графа, а Пирс, не задумываясь, отвечал ей тем же.

Но раз или два Линнет перехватила взгляд Пирса и поняла, что он чувствует себя оскорбленным.

– Это не имеет значения, – прошептала Линнет, лежа одна глубокой ночью. – Я не могу… не могу быть герцогиней. Никогда. Это немыслимо.

Наконец Пирс заявил, что она готова к переезду, по крайней мере в замок. Элиза хотела надеть на нее платье, но Линнет отказалась. Теперь она могла говорить, хотя и тихо.

– Простыня, – хрипло произнесла она. – Она больше.

Элиза мигом поняла, что она хочет сказать.

– Ваши волосы вьются, – заметила она. – Так что не расстраивайтесь. Похоже на короткие стрижки, которые делают некоторые дамы. Это модно, в том смысле что француженки, наверное, додумались до них первыми.

Волосы меньше всего беспокоили Линнет. Она знала, что они отрастут. От одной мысли, что придется покинуть эту комнату и предстать перед людьми, которые будут глазеть на нее, ее затошнило.

Но она безропотно позволила мистеру Буллеру, кучеру Пирса, вынести ее наружу, завернутую в простыню.

Было так ужасно покидать гостиницу… но когда они прибыли в замок, где их ожидали Прафрок и лакеи, а по ступенькам спустился герцог, чтобы встретить их лично, Линнет захотелось немедленно умереть, когда она увидела в их глазах сочувствие.

Но смерть, похоже, не спешила к ней, поэтому она закрыла глаза и притворилась, будто ничего этого не происходит. Что она в Лондоне, танцует с принцем Августом. Принц улыбается, глядя на нее с тем очарованным видом, который он всегда демонстрировал рядом с ней.

– Конечно, с ней все в порядке, – грубовато произнес голос Пирса, нарушив ее грезы наяву. – Просто она выглядит как вареный рак, а ведет себя вдвое хуже.

Танец, сказала себе Линнет. Вот принц Август повернул ее в фигуре танца, и она увидела, что на нее смотрят с откровенной завистью. Ее юбки взметнулись…

– Нет, просто у нее очередной приступ мигрени, – буркнул Пирс. И небрежно добавил: – Покажите Буллеру, где ее спальня.

Они двинулись по лестнице. Линнет слышала шаги Элизы, спешившей наверх перед ними, и затрудненное дыхание Буллера.