Чтение онлайн

— Мой маленький мотылёк… Я тебя вижу….

Затем от стола во все стороны пошла силовая волна, которая отшвырнула аниматурга и полностью стёрла схему на полу.

Однако на этом всё и закончилось. Будто неведомая нечисть потратила на этот пафосный жест все силы.

В помещении стало тихо и мирно. Разве что свет у сохранившейся половины ламп подрагивал, будто в фильме ужасов.

О том, что здесь только что было, напоминали только рытвины на полу.

— Милый, у вас всё в порядке? — послышалось из-за двери.

— Да… — медленно поднимаясь с пола, выдавил из себя Фред. — Эльза, дорогая, добавь в список запретов работу с тварями за тридцатым.

— Хорошо, любимый. А ещё у нас все стёкла ниже эпической редкости разбились.

— Все?

— Сфера вневременья тоже. Это ничего?

Фред выругался.

— Надеюсь, мой первый мифик стоил того…

— Я тоже, — произнесла Альма, приподнимаясь на столе.

— Ты как? — спросил я у неё.

— Так же, как всегда, когда оно говорит во мне, — бросила она неприязненно.

— Окей, Фред, что это была за хрень? — спросил я у аниматурга.

— Как видишь, что-то очень могущественное. И я определённо не должен был с этим связываться. Чувствую, аукнется мне это ещё… Постоянно себе говорю, что не буду лезть в дерьмо, и всё равно оказываюсь в нём…

Он тяжело вздохнул.

— У меня две новости. Хорошая и плохая. Начну с плохой — за вашей Мисой кто-то следит. Какая-то глубинная тварь внизу.

— Почему внизу?

— Арк, ты же сам недавно спросил, что это может быть, страшнее богини. Ты знаешь, что ниже твоего тридцать четвёртого? Вот и я не знаю. Что-то, что намного сильнее, чем левиафан. И, видимо, сильнее, чем бог, раз печать так выглядит.

— Как она выглядит? — спросила Альма.

— Ну, она как тавро. У скота, знаешь? Извини за такое сравнение, но так отмечается высшее существо на своей собственности. Печать грубая, подавляющего типа. Но работа странная. Много лишних элементов. Смотри, как исказился рисунок?

Линии на полуобнажённом теле Альмы действительно выглядели иначе. Часть стёрлась, часть исказилась. Все линии, нарисованные Фредом, я не запомнил, но чётко помнил что острых углов на них прежде не было.

Я подошёл ближе, чтобы их изучить. Линии стали часто прерываться. Некоторые участки рисунка были будто покусаны квадратной челюстью.

— Всё так плохо? — пытаясь прояснить ситуацию, задумчиво спросил я.

— Да нет, почему? Хорошая новость в том, что печать не даёт над ней власти. Это метка для отслеживания, но не для подчинения. Не лезь туда, где может быть её потенциальный хозяин, и всё.

— Этот… голос можно как-нибудь изолировать? — спросил я.

— Арктур, если на мне ваша Миса поставит печать такого типа, я её даже в гробу буду слышать. Как я по-твоему должен заблокировать то, что гораздо могущественнее неё?

— Разница в силах настолько огромна? — повторила вопрос Альма.

— Угу. Так что просто забудьте об этом и не лезьте слишком глубоко.

6. Вопросы, оставшиеся без ответа

— Чем это нам потенциально грозит, кроме того, что враг знает, где она?

— По идее, ничем, если не считать голоса. Но… вот тут, смотри, — он ткнул пальцем Альму в живот в области пупка. — Видишь эту спираль? Её вообще не тронуло. Но появились отметины. Ща…

Он взял с полки что-то вроде небольшого телескопа и протянул мне.

Альма смущённо поджала губы. Всё таки два мужика пристально разглядывали её живот почти в упор.

— Сетка? — понял я.

Нарисованная спираль действительно не изменилась, но при увеличении можно было заметить тонкие линии, будто сетка с квадратными ячейками.

— И что это значит?

— Что печать делала что-то ещё и имела какие-то закладки в себе. Правда, тип магии определить почему-то не могу. Квадраты — это что-то новенькое. Но сейчас они уже выполнили свою функцию и более не активны. Больше у печати нет власти. Это, скорее, маячок, который большую часть времени спит.

— Значит, оно меня отслеживает… — настороженно сказала Альма.

— Угу, — кивнул Фред. — У хаоса есть заклинание «метка сталкера». Здесь принцип тот же. Хотя, если существо настолько могущественно, то оно может вешать такие метки на всех подряд без разбору.

— Зачем?

— Ну… не знаю. Сами думайте. Как-то раз лечил случай, когда один хаосит получил читерную метку сталкера от хаоса, которая вообще не требовала маны. Так он эту хрень на каждого второго в городе повесил. Пока какие-то топы его не поймали и не принесли сюда, чтобы я ему источник обесточил и развеял навык. Зачем он их вешал — даже он сам не мог внятно ответить. Хотя, на всё воля хаоса… в его случае.

— Последний вопрос. Ты можешь сказать, с какой частью меня связана эта метка? — задала вопрос Альма.

— Ээ… а варианты?

— Жрица, нейтральный непись. От неё мне досталась память в рогах, — Альма коснулась своего неснимаемого головного украшения. — Проходчица, которой принадлежит тело. И я.

— Нейтральный непись вряд ли. Богиня зеркал — легко, я ж не знаю, где ты там лазала в прошлой жизни до того, как стать проходчиком. Хотя, если ты была каким-то видом стража локации или вроде того, то, скорее всего, сидела на отведённом Системой месте, пока не осознала себя и не решила лезть вверх и нарушать правила этого мира. А вот проходчица тоже могла бы. Если в прошлой жизни она была кем-то достаточно сильным, чтобы спуститься туда, где обитают монстры, которые сильнее богов. Такой вариант, наверное, наиболее вероятен.

Мне почему-то вспомнился мужик с ланцетами в голове.

— Насколько опасно с таким ходить? — спросил я.

— Как я уже сказал, не спускаться туда, где может быть хозяин этой печати. Всё что могу посоветовать.

— Как-то мало для мифика, — я нахмурился. — Совет сидеть на заднице и не двигаться это хрень, Фред. Так дела не делаются.

— Я твою зеркальную богиню за язык не тянул. Это вы меня вынудили.

Я задумался и вновь изучил рисунок на животе девушки через увеличительный прибор. Затем попробовал глянуть на другие линии рисунка. Там, где они были изменены — везде была такая же сетка. А там где узор затёрся, края рисунка тоже были квадратной формы.