Чтение онлайн

— Тогда почему была выбрана я, а не действующий ревизор или другой верификатор, если всё настолько серьёзно?

— Другие группы сейчас далеко отсюда, — ответила ревизор. — Мы узнали слишком поздно. Сюда даже по Чёрной Дороге не так быстро попасть, тем более что Система в своей ярости сделала двадцать третий сейчас непроходимым. Миками готовится подстраховать с Зовущим Птиц, если мы будем слишком слабы после этой задачи.

— Мы? Ты… присоединишься?…

Старуха коротко кивнула.

— Да, ученица. Это наше общее дело. Я уже дважды останавливала Зовущего. Остановлю и в третий раз. Поэтому я спрашиваю тебя, как ты собираешься выполнить свою задачу. Меня интересует, как ты мыслишь.

— Похоже, мой бывший завёл себе гарем из одной девушки. Тая Многоликая контролирует всё в Ордене. Она ключевая фигура, без которой кооперация четырёх групп рейда накроется.

— Правильно. Как ты планируешь её устранить?

— Основа её билда — сочетание параллельного мышления с контролируемой амальгамизацией души. Мы уже встречались с подобным, когда верификатор Проклятый Лис победил бедствие по прозвищу Боль. У ренегата тел было семь, а здесь их всего четыре.

— Устранить их нужно будет одновременно.

— Это невозможно, — покачала головой Моргана. — Она никогда не собирается всеми телами в одном месте.

— Тебе не нужно их убивать. Используй диссоциацию, чтобы нарушить сообщение душ. Это смерть для любой амальгамы.

— Это… что-то из магии? — Моргана поджала голову, будто думала, что её будут сейчас отчитывать. Но Фрау лишь отмахнулась.

— Просто в бою с ней используй это, — она протянула небольшую белую сферу с меняющими цвет звёздочками.

Артефакт вызывал на душе такое тепло и радость, что в голове сразу всплыли воспоминания о редких счастливых моментах из далёкого детства.

— Спрячь. Артефакт плохо влияет на тень, и его может почуять подружка предсказателя. Имей это ввиду.

— Как он работает?

— Просто разбей. Это мощный заряд магии созидания, он резко повышает осознанность всем в зоне действия. Но вспышкой. Это опасно только для амальгам.

— Благодарю, учитель.

— Продолжай. Кто ещё должен быть нейтрализован?

— Ассимилятор ионитов. Механистка Ордена очень сильна и использует ионический код как родной. Против неё не будут работать ни ЭМИ, ни средства взлома, ни вирусы. И к ней нельзя подобраться незамеченной. Вокруг неё всегда полно машин.

— Не гневи меня, — покачала головой старуха. — Она ненамного сильнее Железного Дровосека. Думай!

Моргана сосредоточилась.

— Я пока не знаю. Работала над этим… Принцесса ионитов освоила хроносферу. Я своими глазами видела хроно-ионный пробой, — сообщила Моргана.

— У тебя есть Ноэй. Пусть использует свои зеркала и парадоксы. Иониты без магнитов и света это просто рухлядь. Временные искажения не помогут если ты заблокируешь работу их ионо- и магнитосфер.

— Я думала об этом, — возразила Моргана. — Богиня-амальгама полностью контрит половину его навыков. Она его убьёт.

— Амальгама? — улыбнулась старуха, как сытый старый хищник, наставляющий детвору.

Глаза Морганы расширились. Она коснулась кармана, в которой спряталась сфера.

— Видишь, всё решается очень просто. Примени артефакт, когда рядом будет Миса и одно из тел Многоликой. Этого будет достаточно. Кстати, пустотницу, которая ходит за ней, тоже заденет. Что скажешь про остальных?

Перед мысленным взором пронеслись образы других проходчиков.

— Король аспидной синевы? Слабость цветомантов — цвета без оттенков. Его можно обезвредить, если на время убрать восприятие цвета. Крыс пообещал найти теневые лампы.

— Очень хорошо, — одобрила Фрау. — Это ослабит и Странника, да и ионитов лишит их света. Подрывник из девятнадцатого сможет использовать только свою базовую стихию. А что скажешь про стихийного оборотня?

— Честно говоря, здесь пока тоже ещё не думала. Обычная тактика против оборотней — антимагия и заморозка. В зависимости от того, что является ядром способности. Здесь стихийная магия, так что первое. Его нужно будет убрать в самом начале, когда ионитовый свет сделает нашу работу за нас.

— Гильгамеш… — задумчиво произнесла старуха. — Когда-то он был могущественней нынешнего друида. Я, признаться, думала, что его душа давно стёрлась, не выдержав груза вины за его злодеяния. Тем удивительнее найти его в группе бывшего врага, ещё и в ближнем круге.

— Он — тот самый Гильгамеш? — удивилась Моргана. — Тогда сейчас он лишь тень себя прежнего. Он сходит с ума от чувства вины. Я видела, как его на привале лечила духовным целителем Миса.

— Скажи, не было ли в бою у него личины ангела?

— Была.

— Тогда бить нужно в неё. Предположу, что этот облик дал ему один из терминалов с запросами из памяти. От силы Гильгамеша он бы не отказался, а тот был гневлив. Бить нужно тонко, по чувствам.

— Он явно влюблён в Мису, — заметила Моргана.

Старуха рассмеялась. Что-то в этом сильно её позабавило.

— Значит, используй это. Пусть он впадёт в ярость своего прошлого воплощения. Тогда он будет неуправляем и опасен для своих же.

— Благодарю за совет, Фрау.

— Тео? — продолжила спрашивать ревизор.

— Маг с гибридами огня, которого нет в Системе?

— Вот мы и дошли к самому главному, — медленно проговорила Фрау Труда. — Он достаточно могущественное существо, чтобы помешать сшитому мной полотну судьбы. Странник же — слишком непредсказуем. На счёт этих двоих мне пришло особое распоряжение от сама знаешь кого.

Фрау замолчала на некоторое время, готовясь сказать вынесенный им приговор

— Странник и Тео должны умереть окончательной смертью. Это личная просьба администратора. Лучше всего будет, если их коснутся пожиратели.

Моргана вздрогнула. Что же это за монстров собрал вокруг себя на этот раз её бывший?

— А в распоряжении было что-то ещё о них? — с надеждой спросила она.

— Про обоих известно мало. Тео — эмиссар администратора иной реальности. У него есть некая системная защита, оставленная существом, равным по силам нашему главному. Ну и тройная гибридная стихия, которой он владеет, будет очень опасна даже в свете теневых ламп.

— У него тоже есть слабость. Он ни на шаг не отходит от серафимы Серой, а верность Ордену строится только на том, что Серая связана с тактическим лидером Ордена. Сам Тео здесь никому ничего не должен.