Чтение онлайн

Ощущая на себе взгляды соседей, Аркадий с непринужденно-глуповатой улыбкой, будто набитый деньгами карман давно натер мозолищу на ляжке, выудил десятидолларовую купюру и осторожно воткнул ее за тонкий поясок попрошайки. Но та, продолжая в такт музыке плавно двигать телом и подходя все ближе, обняла бедрами ногу нерешительного созерцателя и всем видом показывала, что не отстанет, пока меценат не исполнит традиционный ритуал осязания ее сокровенных местечек.

«И дернул же черт официантку посадить меня в первом ряду…» — обречено подумал чекист и, чуть отвернувшись от колыхавшейся перед лицом упругой женской груди, медленно поднял руку. Проведя ладонью по внутренней стороне гладкого бедра молодой девушки, он все-таки не решился коснуться того, что совсем недавно она демонстрировала ему, сбросив мизерные трусики и полулежа на ступеньке.

— Эх, попалась бы ты мне в безлюдном месте, на широкой кровати… — прошептал он, когда танцовщица, подобрав разбросанное нижнее белье и помахав залу рукой, улыбнулась ему на прощание.

Но толком придти в себя от оплаченного прикосновения к стриптизерше, подполковник не успел. Сначала он заметил ввалившихся в зал гогочущих бойцов Звягина, а потом и самого предводителя банды. Чуть задержавшись, тот разговаривал на ходу по сотовому телефону и, подойдя к диванчику, уселся в самую середину. Тут же к веселой и явно нетрезвой компании услужливо подошли две девицы с блокнотиками. В одном из пьяных преступников, Лавренцов узнал здоровенного детину с квадратным подбородком, которого несколько дней назад, вероятно, лишил возможности стать отцом…

С отвращением и закипающей внутри ненавистью наблюдал офицер ФСБ за развязным поведением наглых молодчиков. Морали, этики и законов для таких людей не существовало по определению. Приближенные Звонка, бесцеремонно лапали официанток, насильно усаживали рядом и, не взирая на протесты, запускали ручищи-лопаты под их коротенькие юбки…

— Ничего… За все грехи воздастся! И за эти тоже… — приговаривал Аркадий, закусывая очередную рюмку мягкого коньяка, — недолго осталось вам наслаждаться прелестями жизни и отнимать ее у других.

Прослушивать разговоры, пока на диванчике для VIP-гостей происходила разнузданная вакханалия, смысла не было. Через пару минут из рук пьяного верзилы с визгом вырвалась первая девушка, вторую Звонок поставил перед собой, и пока та, опрашивая каждого, записывала длинный заказ, пытался снять с нее незатейливую одежку…

Вскоре обстановка спокойного созерцания стриптиза, нарушенная вторжением преступных элементов, понемногу восстановилась и между бандитами завязалось подобие пьяной беседы. «Самое время узнать, о чем толкуют ублюдки!» — решил Лавренцов и, бросив на стол пачку сигарет, направился в мужскую комнату…

Закрыв изнутри кабинку, он включил маленький радиоприемник и вставил в ухо наушник. Сквозь приглушенные звуки музыки, доносились ленивые мужские голоса:

— Не мешало бы на юга смотаться, погреть кости на настоящем солнце… — лениво процедил кто-то из парней.

— Сейчас и здесь жить можно, зимой рванем. А пока у нас есть срочное дельце… — раздался неприятный, властный голос, принадлежавший, похоже, Звягину.

— Опять что ли заказ?

— Да. Только что говорил с Фролом…

— Фрол достал уже звонками! Спасу нет…

— Не гундось Силыч, он тебе бабки неплохие платит и без вычета налогов. Какого хрена еще надо!?

— Ну, зачастил он, в натуре! Хоть бы передышку давал!

— Мужик сам фигачит без выходных и отпусков — поучились бы! Там такой капиталец нажит — вам и не чудилось…

— В том числе и нашими стараниями! Только мы тачки раз в год меняем, а он ежемесячно…

— Ты водяры глохчи поменьше, может и у тебя на кармане осядет!

— Кончайте свой базар и слушайте сюда! — одернул приятелей Звонок. — На этот раз придется пораскинуть мозгами. Он заказал того мужика, с которым у тебя Басмач облом вышел.

— Этого козла я сделаю с удовольствием, — послышался густой бас, вероятно, того самого верзилы с квадратным подбородком.

— Ты после разговора с ним два дня ходил в раскорячку. Фрол разнюхал — он, вроде, в каких-то спецслужбах работал…

— Тогда велено было только отметелить, — с нотками обиды и запоздало оправдывался амбал, — а скажут башку снести — проктологом, сука, буду — снесу без проблем!

— Уже сказали, — понизил голос главарь и добавил: — срок — два дня…

— Понятно, вопросов нет…

— Ты не рви с низкого старта, исполнитель хренов! Опять затеешь потасовку или шум на весь квартал. Рокер долбанный! Тут ювелирный подход требуется, а не мочилово с монтировкой! Пойдешь на подстраховку. А организацию и исполнение я поручаю Саперу.

— Устроить как всегда? — вступил в разговор еще один молодой человек, доселе молчавший.

— Да, ты неплохо сработал с тем ментярой месяц назад. И с этим надо бы так же чисто и конкретно…

— Все понятно, не в первый раз…

— Имей в виду — он тоже не из простых лохов, поэтому обдумай все. Адрес и машину хорошо знает Басмач, а вот где живет его баба — точно отследить не успели, вроде где-то на Ломоносова… Ну, он тебе все объяснит. Повторяю: двое суток! Как выполнишь — доложишь.

— Нет проблем, устроим…

Аркадию повезло. Он успел услышать самое главное, после чего разговор уголовников резко перескочил на тему обсуждения подошедшей к ним девочки-танцовщицы.

«Ну что ж, теперь уже нет смысла оттягивать расплату, понапрасну тратя драгоценное время на разработку этих уродов, — рассудил подполковник, возвращаясь в сумрачный зал и занимая свое место. — На все про все, мне отпущено два дня и то, если господин Бенкевич, он же — Сапер, не возьмется обстряпать заказ с опережением графика. Я и за Семена-то хотел отомстить без проволочек — не пользуясь растянутыми во времени услугами властных, судебных и силовых структур. Законы нашего государства не для всех одинаково писаны. На исключительную меру объявлен мораторий, а пожизненный срок для такой мрази — слишком мягкое наказание. Да и немудрено, если Звонку годков через десять его заменят двадцаткой, а потом и вовсе выпустят за примерное поведение. Слишком хорошо известны подобные прецеденты… Ну а коль уж дело коснулось и моей жизни, тем паче нет времени и желания бежать к оперативникам — жаловаться, просить защиты, писать заявление, полагаясь на чью-то расторопность и сомнительную верность долгу. Тут уж, не до кожаного дивана и воспоминаний, как при социализме здорово жилось. Не до изучения потолка в тоске от собственного безволия…»

Чуть более часа назад Лавренцов уже принял важнейшее для себя решение. Примчавшись в клинику, он, как ни в чем ни бывало, осведомился у Татьяны на месте ли шеф и, узнав, что тот уже отбыл домой, попросил девушку сварить хорошего кофе. Пока та возилась с зернами и бегала за водой, пронырливый чекист извлек из небольшого ящичка ключ от кабинета Фролова и, поблагодарив секретаршу за отменный напиток, отправился бродить по кабинетам сотрудников.

Проскользнуть спустя несколько минут в заветное помещение большого труда не составило. Подсоединив провода к блоку питания выключенного компьютера, стоявшего в небольшой нише — внизу стола, он установил взрывное устройство на приземистой тумбочке у кресла психолога и слегка замаскировал его деловыми бумагами. Спустя минуту ключ был виртуозно водворен на место…

Аркадий уже не обращал внимания на крутившихся возле шеста обнаженных красавиц. Ощущая немалое волнение, он докуривал очередную сигарету и почти не сводил глаз с центрального диванчика.

Подошедшая официантка аккуратно поставила перед ним чашечку кофе.

— Девушка, рассчитайте меня, пожалуйста, — попросил мужчина в очках.

Отдав названную сумму, он заметил, как двое бандитов, включая Звягина, направились к выходу из зала. Забыв о кофе, Лавренцов проследовал за ними в ту самую комнату для мужчин, откуда вышел двадцатью минутами ранее, подслушав важный разговор.