Чтение онлайн

“Он сам разобрался во всех хороших моментах к тому времени, как нашел меня. Не волнуйся, Лана. Я играю в игру по-твоему".

Мои ноги примерзают к месту, и этот холод возвращается, унося слезы, которые почти упали. Джейк как будто видит это, потому что его лицо вытягивается.

”Я не играю в игру, и приза больше нет".

Он стонет, когда я прохожу мимо него. “Черт возьми, Лана. Это не то, что я имел в виду, и ты это знаешь”.

“Я действительно знаю это. Мне нужно сделать еще одну пробежку, а потом мы поговорим о сегодняшнем убийстве.”

Он хватает меня за запястье, и я реагирую, разворачиваю его и опускаюсь на него сверху, когда он падает на пол гостиной. Он хрюкает, когда я прижимаю его, напрягая все свои мышцы, чтобы удержать его на месте.

”Как так получилось, что мы оба посещали все эти чертовы занятия, но ты гребаный мастер, а я все еще чувствую себя посредником".

Несмотря на все мои усилия, мои губы дергаются, когда щит вокруг меня оттаивает.

“По той же причине я посещал все те же технические курсы и едва могу работать со своим смартфоном, пока вы создаете виртуальные империи”.

Он улыбается мне, и я слезаю с него, помогая ему подняться на ноги. Когда его улыбка начинает исчезать, я знаю, что серьезность вот-вот вернется.

“Есть кое-что, что ты должен увидеть”.

С любопытством я следую за ним, когда он поднимает свой телефон с земли, куда он упал во время его разборки. Когда он поднимает его и быстро водит пальцами по экрану в поисках чего-то, я лениво смотрю в окно.

Делани-Гроув когда-то был моим домом. Потом это стало моим адом.

Теперь я просто хочу убраться отсюда, потому что для меня это больше ничего не значит.

Но это было что-то для Маркуса.

К моей матери.

К моему отцу.

Все их тела похоронены здесь, как и Кеннеди Карлайл. Хотя на ее надгробии на самом деле написано "Виктория Эванс".

Какой гребаный беспорядок мы соткали так деликатно.

Это был надежный план. Я думал, что худшее, что я мог сделать, — это сойти с ума от темных глубин, до которых я должен был добраться. Оказывается, влюбиться было действительно хуже всего. Тьма — это просто мой маленький извращенный друг.

” Здесь", — говорит Джейк, нажимая кнопку воспроизведения на своем телефоне.

Он садится, пока я изучаю экран, видя отметку времени на видео почти часовой давности. От одного вида Логана мое сердце не перестает колотиться.

Он ударяет кулаком в стену, и я морщусь, игнорируя жар своих слез, когда они манят упасть. Оттуда он теряет самообладание, швыряя стул через всю комнату. Одна вещь за другой разбивается вдребезги, когда он кричит ни на что и ни на кого.

Он хватает биту из угла и швыряет ее в окно, выбивая ее. Затем он переносит биту в остальную часть комнаты, разбивая все, что может разбить, так как теряет всякий контроль.

Я медленно прислоняюсь спиной к стене, и мое тело соскальзывает по ней, пока моя задница не касается пола. И я наблюдаю. Я наблюдаю, как у человека, который никогда не теряет контроль, случаются срывы.

Это моя вина.

Мне следовало уйти.

“Он любит тебя”, - говорит Джейк, сжимая мое плечо, больше не сидя, а присаживаясь на корточки рядом со мной.

Я отстраняюсь от его прикосновения, в то время как Логан продолжает уничтожать комнату, уничтожая все, что может сломаться.

“Он не любит меня так, как я люблю его”, - хрипло говорю я. “Я люблю его достаточно сильно, чтобы сжечь мир дотла во имя него”.

Я касаюсь экрана, когда тропа войны Логана подходит к концу, и его грудь вздымается, когда он откидывает голову назад, уставившись в потолок. Наконец, он выходит из каюты, его маска самообладания возвращается на место, когда он захлопывает за собой дверь с такой силой, что она просто снова открывается.

“Он просто любит меня достаточно сильно, чтобы чувствовать себя преданной”, - добавляю я хриплым шепотом.

Джейк застывает рядом со мной, и я протягиваю ему его телефон, вытирая случайную слезу.

“Ты не дала ему времени, Лана. Может быть, сейчас…

"И что теперь?” — раздраженно спрашиваю я. “Ты не думаешь, что я бы с удовольствием уехала с ним на закат? Я не упрямлюсь, Джейк. Ты постоянно беспокоишься о том, как я держусь за реальность, из-за темных мест, куда мне приходится идти, чтобы закончить все эти убийства. Но это ты сейчас ведешь себя неразумно. Логан узнал правду. Он трахнул меня и оставил прикованным к кровати, а когда ушел…В его глазах не было ничего, кроме отвращения и боли”.

Я подавляю рыдание, отказываясь снова развалиться прямо сейчас.

Глаза Джейка полны слез, а моя губа дрожит, но я продолжаю. “Он такой чистый. Так хорошо. Такой честный и искренний. Такой нежный и добрый. Именно все эти качества заставили меня влюбиться, потому что он был всем — всем! — Чего я всегда хотела в ком-то. И он любил меня. И все же я хотела испортить в нем то самое, что заставило меня влюбиться, просто чтобы эгоистично взять его с собой в темноту и оставить у себя. Это было неправильно".

“Это не эгоистично, Лана", — осторожно возражает Джейк.

“Ты не находила любви со времен Маркуса, хотя Маркус всегда хотел этого только для тебя. Его записка умоляла тебя двигаться дальше и найти свою любовь. Его слова умоляли меня сжечь этот гребаный город дотла. Вы не выполнили свою часть работы по обеспечению его последней просьбы, потому что были слишком заняты, помогая мне с моей. Может быть, пришло время разорвать это партнерство, чтобы у тебя наконец появился этот шанс”.

Гнев вспыхивает в его глазах, и он вскакивает на ноги, приближаясь, чтобы попасть прямо мне в лицо.

“Мы поклялись, что никогда не поступим так друг с другом, Лана. Никогда не отталкивай другого, каким бы напряженным ни был мир вокруг нас. Ты не можешь, блядь, отослать меня, потому что тебе больно. Понял? Ты больше никогда не сможешь использовать Маркуса против меняever. Понял?”

Я сглатываю комок в горле, когда слеза за гребаной слезой вырываются из моих глаз, и я слабо киваю, ненавидя себя за это. Руки Джейка обнимают меня, и я немедленно обнимаю его в ответ.

Мы стоим там, обнявшись, и на короткое мгновение он чувствует и пахнет так же, как всегда чувствовал Маркус. Я закрываю глаза, притворяясь на секунду, что мой брат вернулся, прижимает меня к себе, сожалея о том грузе, который он взвалил на мои плечи.