Чтение онлайн

А вот церкви здесь — полнейшее уродство. Первую часовню приняли за склеп, такой она была темной, глухой и простецкой по форме: гранитный куб с единственным шпилем. В утешение рядом маячила надпись «ордж». Джоакин взял две лидки и спросил, что за церковь. Оказалось, Ульяны Печальной.

— Выпьем за лучшую из девушек — леди Лауру.

— Пусть будет счастлива на Звезде!

Ордж обладал удивительным свойством: он лился не в голову, а в душу. Разум оставался ясным, зато на сердце приятно теплело. Не диво, что его продавали на каждом шагу.

Иные лавки — портняжные, башмачные, кожевенные, скобяные — отмечались нарисованными знаками над дверью. Но слово «ордж» встречалось так часто, что даже безграмотные знали его. Трактиров было мало, они аж трещали, переполненные солдатней. А возле «орджа» стояло не больше пары человек, подойди — будешь следующим.

— Интересно, ордж везде одинаковый?.. — спросил Джоакин.

— Давай выясним!

Они взяли еще пару лидок. Кажется, другой, но толком не понять. Нужна дополнительная проба… Двинулись дальше, выискивая следующий ордж.

Мирных жителей вовсе не было на улицах. Бродили солдаты Избранного — голодные и продрогшие. Попадались городские стражники, при встрече почему-то опускали глаза. Да и продавцы пойла смотрели как-то странно… Но тепло в душе перекрывало все тревоги.

— Скажи, хозяин, — с усмешкой спросил Джоакин, — в вашем городе весь ордж разлит из одной бочки?

— Будь я помоложе, — процедил продавец, — убил бы тебя за этот вопрос.

— Хе-хе, боевой дед! Ты что, кайр в отставке?

— Где ты видел отставного кайра? В гробу?

Приятели подняли лидки.

— Давай это… за дружелюбие.

— И гостеприимство, милорд.

Стало еще теплее. Ноги несли гулять, а языки чесались. Джоакин заговорил:

— Вам не кажется, милорд, что нас тут не любят?

— Ну, нет. За что бы? Мы тут совсем никого не убили. А мой брат — святой человек, избранный богами. Видал, как он с детишками? Золотая душа!..

— Может, они за Ориджинов?

— Так мы и привели им Ориджина, самого законного из всех. А Десмонд — кровавый зверь, он женщин привязывал к таранам! Для здешних счастье будет, когда мы его прикончим.

Джоакин думал точно так же, но душу грыз маленький червячок сомнений.

— Неприветливо здесь как-то… В Нортвуде иначе было.

— Чего ж неприветливо? Гляди как придумали: срезали уголки ставней, чтоб на улицу светило. У нас в Уэймаре ночью убиться можно, а тут — забота о прохожих.

— Так не о нас же. Это они для своих.

— Ихние по домам сидят, — отметил Мартин. — Вот только стражники шастают.

Он поймал за ворот встречного парня из городской стражи:

— Стой, служивый. Скажи-ка: ты доволен, что мы пришли?

— Так точно, милорд. Избранный — святой человек.

— А рад, что спасли вас от Десмонда Ориджина? Жуткий он человек, да?

— Так точно, милорд. Все его боятся.

— Молодец.

Мартин отпустил стражника и подмигнул Джоакину: мол, видал?

— Он на службе, — возразил путевец. — Командир стражи дал им приказ, что и как отвечать. Спросить бы кого-то из простых…

— Так их же нету, по домам сидят.

— О том и речь…

Джоакин точно знал, что исправит ситуацию: еще один ордж. Он стал внимательней смотреть по сторонам. Это был квартал оружейников: на каждой крыше торчало по две трубы, над каждой дверью висел меч, арбалет или топор. Мечей было больше. Даже в сумраке, едва освещенные, клинки пленяли строгим изяществом. Никаких вензелей, украшений, гравировок. Идеальная пропорция клинка, гарды и рукояти. Совершенное качество стали: на улице, под дождем и снегом, ржавчина даже не коснулась металла. Хоть сейчас бери в руку — и в бой!

— Ориджинские мечи — лучшие в мире. А лидские мечи — лучшие в Ориджине, — сказал Джо и почему-то ощутил стыд.

— Чепуха. Вот — лучший клинок! — Мартин потряс Перстом Вильгельма. — Кстати, гляди: там ордж.

Сбоку одной из оружейных светилось оконце, плечистая женщина протирала ветошью лидки. Мартин подошел прямо к ней:

— Здоровая ты. Жена кузнеца?

Она выдернула пробку из бутылки:

— Вам сколько?

— Больно ты спешишь. Может, я поговорить хочу?

Женщина молчала, занеся горлышко над лидкой.

— Вот скажи-ка, здоровячка: ты рада, что мы пришли?

— Вы — кто?

— Люди Избранного! Приняли ваш город в нашу святую семью. Спасли от зверя этого, Десмонда. Привели законного герцога. Ну, рада или нет?

Горлышком бутылки она ткнула в его предплечье.

— А ты рад, что носишь эту дрянь? Праотец Вильгельм утопил их в море. Ты нашел и надел. Убил кучу людей, насрал на могилу Праотца. Счастлив?

Мартин ткнул Перстом ей в нос:

— Подстилка ориджинская. Башку снесу.

— Убьешь женщину Перстом? Давай, храбрец, соверши подвиг, детям расскажешь.

Она наполнила лидку орджем и опрокинула себе в рот.

— Я тебя и голыми руками придушу!

— Питаю сомнения, — ухмыльнулась здоровячка.

Джоакин придержал Мартина за руку:

— Ни к чему это, прекратите свару…

— Вижу у тебя меч, — сказала женщина. — Давно не обнажал его, да? Поди, забыл, что такое честная драка?

Кровь прилила ему к лицу.

— Я сражался с кайром Сеймуром, капитаном личной гвардии Ионы!

— Тебя избили, как щенка. Зачем-то помиловали.

Здоровячка не спрашивала, а утверждала. Джоакин скрипнул зубами, Мартин снова поднял Перст.

— Стреляй или поди к черту.

Джоакин оттеснил милорда:

— Идемте, не нужно, граф не одобрит.

Мартин вывернулся, метнулся к окну — и выхватил у женщины бутылку орджа.

— Это мое, тьма. Трофей!

Они зашагали по улице, передавая бутылку друг другу. Джоакину было не по себе. Лицо горело, рука тянулась к эфесу меча, ища в нем поддержки. Мартин, напротив, веселился:

— Мудрецы говорят: зачем убивать того, у кого можно отнять ордж? Видел бы ты ее морду, приятель! Знатно ее перекосило!

Джо приложился к горлышку, обрел немного покоя.

— Злобный здесь народец…

— И хитрый, — подхватил Мартин. — Ихняя лидка — чистый обман! Выглядит большой, но внутри два глотка. Бутылка — другое дело!

От пойла делалось теплее. Хмурый квартал оружейников остался за спиной, ноги вынесли на площадь с храмом. В стрельчатой нише над порталом темнела скульптура женщины с куском хлеба на ладони, пред нею склоняли головы два каменных воина. Глория-Заступница — добрейшая из Праматерей…