Чтение онлайн

— Я и сейчас могу накормить ваше величество сладостями. Любым вообразимым способом.

Мими вспыхнула:

— Милорд, вы позволяете себе лишнее! Ступайте!

— Ваше величество хочет, чтобы я ушел?

— Да. Уйдите немедленно!

— Как пожелаете, ваше величество.

Он поклонился и собрался уходить.

— Нет, постойте… Это слишком грубо. Я не хочу, чтобы вы уходили с обидою. Но и непотребства больше не нужно. Сядьте, я налью вам кофе.

— Благодарю, ваше величество.

— Давайте побеседуем о чем-нибудь нейтральном, чтобы отвлечься от… всего этого.

— С удовольствием. Вы порадовались, когда обогнали Аланис?

— Милорд, это звучит как-то двусмысленно.

— Хорошо, давайте поговорим о театре. Не пригласите ли меня в свою ложу?

— Милорд, я сейчас разозлюсь! Я действительно не имею желания продолжать в таком духе!

— Что ж, подайте вы пример нейтрального вопроса.

— Каково ваше мнение о владычице Ингрид?

— Святые боги! И каким же путем наш поцелуй навеял вам мысли о старой болотнице?! Я в ужасе!

— Наш поцелуй, милорд, входит в число тех событий, которые лучше предать забвению.

— Оба поцелуя?

— Оба, милорд. Я настаиваю на этом. Они являли собою прискорбную пару ошибок. А теперь, чтобы переключиться, ответьте на мой вопрос. Вспомните старую болотницу и скажите, что думаете!

— По правде, ваше величество, я ее очень плохо помню. Она была чудовищно старше меня, идовски язвительна и до неприличия умна. Я ее боялся и избегал, как только мог. А вот Аланис восхищается ею. Если желаете узнать многое об Ингрид, спросите леди Аланис.

— Благодарю, милорд.

— Почему вы спросили?

— Леди-во-Тьме упоминала Ингрид с большим уважением. Захотелось узнать ваше мнение.

— Простите, но оно отсутствует.

— Я уже заметила. Как и то, что вы хотите спать, несмотря на обе наши ошибки. Ступайте же, милорд.

— Миледи, я хотел спать до наших ошибок, а потом сонливость как рукой сняло.

— Ступайте! И не надейтесь на повторение!

Эрвин с улыбкою поклонился:

— Добрых снов вашему величеству.

И добавил:

— Я очень благодарен вам за суд в Палате лордов. Это была поистине прекрасная идея.

— Вы полагаете? Честно?

— Да, ваше величество. Этот суд…

…решит мою проблему, — подумал Эрвин, а сказал:

— …докажет вашу мудрость и справедливость.

— Разве я мудра и справедлива?.. — с неожиданной усталостью вздохнула Минерва. — Ступайте, милорд. Не утруждайте себя лестью, когда хотите спать. Это слишком мучительно.

И Эрвин ушел, неся в уме две мысли.

Первая: губы Ионы все же были слаще губ Минервы.

Вторая: любопытно, а Светлая Сфера подходит под мою теорию? Вот забавно, если она была, скажем, в семнадцатом Даре! Но даже тогда Мими ее не найдет.

Два письма прибыли в Уэймар голубиною почтой и ранили душевный покой Ионы, как две стрелы, всаженные в сочленение доспеха.

Первое гласило:

«Милая сестра, благодарю тебя, и еще, и еще. Ни о чем не волнуйся, все сохраню в тайне. Как я понял, Дж. Ив сейчас в Уэймаре. Задержи его, может быть полезен. Выведай, знает ли он, где теперь Хармон. Э».

То была крохотная, легко выполнимая просьба: один приказ кайрам — и сделано. Но Эрвин не знал того, что знала Иона. Джоакин терпеть не мог агатовцев, и в особенности — лично ее, Северную Принцессу. Она поклялась ему, что отпустит на свободу, едва он ответит на все вопросы. Джоакин ответил и был отпущен, и, очевидно, не питает никакого желания вернуться. Кайрам придется привести его в замок силой, а значит, отдав приказ, Иона грубо нарушит свою клятву.

Но могла ли она не выполнить просьбу? В прошлом письме она созналась брату, что вместе с мужем совершила позорную продажу Предмета — и не получила ни слова порицания. Эрвин имел причины презирать ее — но вместо этого, наоборот, поддержал и утешил. «Милая сестра, ни о чем не волнуйся…» А затем просил о сущей мелочи, не требующей никаких усилий. Как откажешь?

Иона вызвала Сеймура:

— Кайр, нужно разыскать в городе Джоакина Ив Ханну, если он еще здесь. Найдя его, уговорите прийти ко мне.

Сеймур повел бровью в недоумении, Иона бросила быстрый взгляд на письмо. Сеймур понял, что получил приказ от самого герцога.

— Будет сделано, миледи.

— Возможно, вы не найдете его. Прошло уже дней десять, и Джоакин мог покинуть город. В таком случае не усердствуйте излишне. Если уехал — не беда.

На это Иона уповала больше всего, ведь тогда ей не придется ни нарушать клятву, ни лгать брату.

— Так точно, миледи.

— А если он все же в городе, задержите его с предельной осторожностью. Джоакину нельзя причинять никакого вреда. Понятно ли это?

— Вполне, миледи.

Он удалился. Иона помолилась Агате за лучшее и безвредное завершение дела — а именно, за то, чтобы Сеймур не нашел Джоакина. Затем она открыла второе письмо.

«Миледи, позвольте дать совет и попросить об одолжении. Некогда я спрашивал об узнике. Мой интерес получил новые основания, и я вынужден вновь просить: раскройте тайну узника, поделитесь со мною. И примите совет: не читайте лично никаких писем! Велите вассалам читать вслух, сами не касайтесь бумаги. О. Давид».

Сердце Ионы жарко забилось. Она с жадностью перечла письмо во второй и третий раз. Святые боги, за всю жизнь Иона не встречала такого средоточия тайн на крохотном клочке бумаги!

Отец Давид — простой священник, не аббат или епископ, — писал лично ей, графине, дочери герцога. Он высказывал просьбу такими словами, будто имел полное право не бояться отказа. Одно это уже составляло загадку. Иона часто беседовала с Давидом во дворце, наслаждаясь его умом, — но неужели это дает ему право просить так настойчиво? Просить о том, о чем уже спрашивал и получил в ответ все, что Иона могла дать. Неужели он надеется, что она проведет целое расследование пропажи узника Уэймора?!