Чтение онлайн

Belsatzar ward in selbiger Nacht

Von seinen Knechten umgebracht*, добавив в имя букву 't', крамольно обозначив царя.

Всё было разыграно как по нотам, но банда пьяной голотьбы чуть не завалила результат тяжелейших трудов и затрат, не сумев правильно предать останки земле и пришлось вмешиваться самому, проводить дополнительные обряды. Может, от этого и не заладилось с самого начала?

Но почему сейчас это должна быть Она? Почему в этом мире как только удаётся что-то найти, так тут же теряешь?

– А как же предсказания монаха?
– попытался он переубедить себя.
– Я был уверен, что она станет впоследствии этой самой Дамой с золотыми волосами, Великой Дамой, несущей конец этому периоду.

– Ну, знаете, любое пророчество можно притянуть за уши, - начал Доктор и тут же осёкся, поймав гневный взгляд Тарнхари.
– Авель жил в то время, когда принято было говорить аллегориями. К тому же, согласно некотором компиляциям Дама с золотыми волосами будет хотеть стать Великой Дамой, а это можно трактовать по-разному. Хотеть - не значит быть. И если впоследствии возникнет необходимость - вывести такой персонаж, мы сделаем это без труда - золотистый цвет волос не такая уж редкость на просторах нашей страны.

– Делайте, что хотите, - Тарнхари устало прикрыл глаза.

– Заметьте, не я этого хочу! Получить контроль над частотами мозговых масс людей, а в итоге полный контроль над массовым сознанием. Не этого ли хотят те неведомые хозяева, которым вы служите?

– -------------------------------------------------

* Г. Гейне. ' В эту самую ночь царь Валтасар был убит своими слугами". По материалам статьи Н. Козлова 'Священная война'.

Глава 43.

– Да вы с ума сошли!
– в бешенстве вскричал Яков Карлович.
– Планеты вот-вот выстроются в виде креста, а соединение Селены - Белой Луны со звездой истины Геммой говорят о появлении Великого Светлого человека. И если что-то пойдёт не так, сбудутся предсказания Нострадамуса о возвращении Чёрной Луны и наступлении эры катастроф. Это может дорого обойтись человечеству!

– Послушайте, - поморщился Виноградарь, - давайте я вам объясню. У них разница ровно на 12 лет, день рождения день в день, 7 октября. Зодиакальный круг возвращается в исходную точку, значит, должны быть какие-то совпадения?

Он был уже сам не рад, что пригласил этого колючего субъекта. Он вообще старался не общаться с этими странными людьми из подземелья. Их подёрнутые черной пеленой глаза внушали ему неконтролируемую оторопь, а МихМих очень не любил, когда что-то выходило из-под его контроля. Но Фиске, как никто, в совершенстве владел звёздной наукой, так необходимой сейчас. Как же ему сейчас не хватало его друга, покойного Лоскутникова, с которым можно было без проблем отбирать кандидатов.

– Я вижу, вы сами не очень понимаете, что делаете, - в отчаянии, прошептал Яков.
– Если, к примеру, взять глиняный горшок, раскрутить его на гончарном круге и в движени чиркнуть по его поверхности. С какой вероятностью вам удастся с точностью попасть в эту черту ещё раз? Практически, с нулевой. Так и со звёздами. Здесь учитывается и время, и место рождения. Даже два человека, рождённые в один день, могут диаметрально отличаться друг от друга. Вы делаете грубейшую ошибку!

– Подождите, Яков Карлович, не кипятитесь, - включилась в разговор Парвин Гуллиевна. Она впервые встречала этого загадочного старикана, по всей видимости, действительно специалиста в своей области. Странно, что до сих пор они не были знакомы.
– Существуют же типичные представители своих знаков, со всеми присущими им чертами?

– Нет, - развёл руками Фиске, - есть только индивидуальность. И эта, - он ткнул пальцем в расчерченную астрологическую карту, разложенную на столе, - не самая лучшая из них.

– И что же там такого, что так разнит её с предыдущим претендентом, чего нельзя было бы превратить в достоинство?

– Ни-че-го!
– упрямился старик. Усы его топорщились, он гневно сверкнул глазищами на смазливую дамочку, сидящую перед ним в клубах дыма, закинув ногу на ногу и вообразившую, что может вершить судьбами страны.
– Ничего хорошего. Да вот смотрите сами.

Он развернул карту поближе к собеседникам.

– Солнце и Венера находятся в самом невыгодном положении - в падении и изгнании. Преобладание Сатурна - планеты жестокости, холодности и системы. Соединение астероидов Фанатика - символа фанатизма и Пандорры - символа несчастий, которые нельзя остановить, не избыв до конца. Я уж не говорю о том, что он далёк от яркой личностной позиции! Человек-машина, которая будет решать вопросы методом кнута и карательными мерами.Он же увлечёт страну в пропасть! Кого вы хотите посадить на трон?

Парвин и Виноградарь переглянулись.

'Какой же у него уровень допуска, что он так свободно изъясняется на такие закрытые для непосвящённых темы?' - терялась в догадках Креатор.

– А что, - недолго подумав, робко вставил Михаил Михайлович, - в конце концов, Россия тяготеет к жёсткому единоначалию.

– Вы серьёзно думаете, что каждая кухарка может управлять государством?
– пренебрежительно бросил Яков Карлович.

– А вы - нет?
– вызывающе парировала Парвин. Она нервно курила сигарету за сигаретой. От напряжения над верхней губой выступили бисеринки пота.
– Вы же прекрасно осведомлены, что ставленник ничего не решает самостоятельно. Он всего лишь оператор. Усилитель зиккурата. Сверх его доступа есть ещё не менее 27-ми уровней секретности, которые для него недосягаемы. Вот эти уровни и есть настоящая вертикаль власти.

Фиске, видя, что спорить бесполезно, в сердцах махнул рукой и прознёс такое, что окончательно сбило Парвин Гуллиевну с толку:

– Какое мне, собственно, дело до того, что вершится в этом муравейнике наверху?

Он обвёл присутствующих взглядом своих глаз, полными чарующей чёрной бездны.

– Я не знаю, какие цели вы преследуете в своих играх, но ничего хорошего от этого вашего оператора ждать не придётся. Играйте, да не заиграйтесь, я вас предупредил.

И он размашистым шагом покинул комнату.

Парвин Гуллиевна в задумчивости выпустила струю дыма и ещё раз внимательно посмотрела на фотографию. В её глазах читалось сомнение.

– Вы до сих пор уверены, что это - тот человек, который нам нужен?

– У нас не осталось времени, - отмахиваясь от дыма, стоял на своём Виноградарь.
– Он, конечно, не столь ярок и харизматичен, скорее, безликий и невыразительный, в этом Яков Карлович прав. Но зато исполнительный и дисциплинированный, к тому же предан нашему ведомству, что немаловажно.

– Нам нужен парень, способный переносить звуки рвущихся снарядов. В буквальном и переносном смысле!
– в который раз повторила Парвин и по-мужски впечатала сигарету в пепельницу.

– Ну, пожалуйста, он ведь офицер, подполковник. Правда, не боевых войск. Разведчик.

– Тем более не подойдёт!
– упрямилась Креатор.
– К военным люди давно потеряли уважение. Лучше всего подошёл бы рабочий, умеющий хорошо болтать. Ему не понадобится много мозгов. А если он ещё будет ко всему и холостяк - вообще замечательно, можно привлечь в наши ряды женщин. Вы думаете этот маниакальный тип, - она кивнула на фотографию и снова потянулась за сигаретой, - с прилизанной чёлочкой, смущённый, зажатый, заточенный под стереотипье советских городов и больше похожий в своей застиранной рубашечке на деревенского простачка, сможет со всем этим справиться? Он же неинтересен именно своей неинтересностью!