Чтение онлайн

Федосеев: Да.

Прокурор: Опознали вы кого-нибудь?

Федосеев: Да. Узнал мужчину, изо рта которого текла кровь.

Прокурор: Сколько людей было вокруг?

Федосеев: Очень много, человек 50, может, больше.

Прокурор: Как относились собравшиеся к происходившему?

Федосеев: Мой сосед обращался к сидящим, говорил: «Мой отец погиб на чехословацкой земле, а вы тут митингуете».

Прокурор: Отвечали ли они что-нибудь?

Федосеев: Нет, не отвечали.

Прокурор: Что еще говорили?

Федосеев: Или вот: «Морду наели…» (Судья останавливает свидетеля.)

Прокурор: Они отвечали?

Федосеев: Они опускали лица и ничего не отвечали.

Богораз: Вы сами изымали плакаты, помогали задерживать?

Федосеев: Нет.

Богораз: Было ли у вас желание задержать?

Федосеев: Нет, не было.

Богораз: Почему вы направились к Лобному месту?

Федосеев: Увидел, что туда идут.

Богораз: Проходили ли машины из Кремля?

Федосеев: Да, проходили.

Богораз: Был ли затор?

Федосеев: Нет, милиция освобождала проезд.

Адвокат Каминская: Где вы были, когда сверяли часы?

Федосеев: В 12 часов на углу.

Каминская: Сколько времени вы шли до Лобного места?

Федосеев: Шел я одну минуту, пока подошел, лозунгов уже не было.

Каминская: Сколько времени после этого они сидели?

Федосеев: Меньше пяти минут.

Адвокат Калистратова: Можете вы назвать конкретнее какие-либо действия подсудимых?

Федосеев: Они только сидели, говорили, что им стыдно за наше правительство. Больше никаких их действий я не видел.

Адвокат Поздеев: Кого вы имеете в виду, говоря «они»?

Федосеев: Трех мужчин и женщину.

Поздеев: Бабицкого узнаёте?

Федосеев: Нет.

Адвокат Монахов: Подходили ли к сидящим гражданам работники милиции в форме?

Федосеев: Милиция освобождала проезд с территории Кремля. Других милиционеров в форме не было.

Литвинов: Вы меня опознали. Что вы можете конкретно сказать о моих действиях?

Федосеев: Вы сидели и тоже говорили, что вам «стыдно за наше правительство».

Делоне: Могли бы вы охарактеризовать возгласы из толпы как чрезмерно возмущенные, оскорбительные или почти нецензурные?

Федосеев: Нет, ничего такого не замечал.

Делоне: Вы приводили некоторые слова, которые председательствующий прервал. Были ли другие оскорбительные возгласы со стороны толпы?

Федосеев: Кроме этих слов, ничего оскорбительного не было.

Дремлюга: К какому министерству относится организация, в которой вы работаете?

Судья: Суд снимает этот вопрос.

Давидович: Всех подсудимых я видел 25 августа на Красной площади. Они имели при себе антисоветские плакаты: «Свободу социалистической Чехословакии!», «Руки прочь от Чехословакии!» – и произносили речи антисоветского содержания, осуждающие правительство и партию по отношению к Чехословакии, выкрикивали фразы.

Судья: У кого были плакаты?

Давидович: Точно не помню.

Судья: Кто выкрикивал эти фразы?

Давидович: Гражданка справа (Богораз), Литвинов и Дремлюга.

Прокурор: Вы москвич или иногородний?

Давидович: Постоянно проживаю вне Москвы.

Прокурор: Когда вы находились на Красной площади?

Давидович: В 12.30 примерно.

Прокурор: Вы точно это помните?

Давидович: Может быть, я ошибаюсь минут на 15–20.

Прокурор: Какие события прежде всего привлекли ваше внимание?

Давидович: Граждане сели и развернули плакаты.

Прокурор: Откуда они появились?