Чтение онлайн

– Боюсь, что в моей школьной характеристике как раз написано, что я – слишком ленив и нерасторопен, чтобы стремиться углублять полученные знания, - усмехнулся фон Эйсен. Лили делано рассмеялась:

– Дорогой, ты, как всегда слишком прямолинеен.

Она подошла и смахнула с лацкана его смокинга невидимую пылинку:

– Если захочешь опровергнуть школьную характеристику – я к твоим услугам.

– Непременно, - кивнул Дерек, провожая ее холодным взглядом, затем он повернулся к Веро, - Прекрасно выглядите.

– Спасибо, - она обвела глазами зал, подыскивая благовидный предлог, чтобы уйти, когда вновь заметила Бертрана все с той же брюнеткой. Зеленые глаза на мгновение стали золотыми, она привычно опустила ресницы, стараясь скрыть это, а затем с милой улыбкой обернулась к Дереку, - Знаете, если ваше предложение по поводу ужина все еще в силе…

– Все-таки решили последовать моему совету и заставить кузена ревновать, -хмыкнул фон Эйсен, беря девушку под руку, - Впрочем, это будет забавно… Во всяком случае, гораздо веселее, чем, выполняя деликатные поручения, заполнять кучу бумаг...

– Вы слышали весь наш разговор? – Веро рассмеялась и виновато посмотрела на своего спутника, - Простите меня, но я не смогла удержаться, чтобы не осадить Лили.

– Я вас прекрасно понимаю, - он весело взглянул на нее, - Вам не кажется, что у нас много общего?

– Возможно. А, вот и Эдвард с Терезой. Интересно, скажет ей кто-нибудь, что цвет чайной розы ее полнит? – пробормотала она и, не дожидаясь ответа, предпочла сменить тему разговора, - Вы не проводите меня к столу?

– Конечно! – он поставил свой бокал на каминную полку, - Прошу!

У стола возникла легкая заминка, но Веро быстро подозвала официанта и распорядилась поменять карточки, в результате чего она оказалась сидящей достаточно далеко от семьи, а пухленькая девушка в розовом платье заняла место между Берти и явно недовольным Винсом.

– Пожалуй, я даже должен быть вам признателен, - Дерек задумчиво посмотрел на толстушку, что-то оживленно щебетавшую помрачневшему толстяку, - Иначе я мог бы совершить убийство.

– Вы не любите розовый цвет?

– Я терпеть не могу бестолковых женщин.

– А, все так говорят, а потом женятся на дурах, - махнула рукой Веро.

– Наверное, потому, что умные женщины слишком умны, чтобы отвечать согласием на глупые предложения?

– Вы хоть сами поняли, что сейчас сказали?

– Конечно, в отличие от вас, я себя очень внимательно слушал, - с серьезным видом кивнул он и поднял руку, прерывая возможные возражения, - Тише, сейчас ваш дядя скажет речь.

– Вернее, ее скажет Тереза, речи всегда были слабым местом Эдварда, - Веро заметила, как жена дяди достает из ридикюля лист бумаги и передает мужу, - Это на полчаса. Теперь все точно уснут.

– Вы не любите жену вашего дяди?

Она лишь передернула плечами, давая понять, что это, в общем-то, не его дело. Речь действительно оказалась достаточно занудной. После нее, когда закуски унесли и принесли горячее – каре ягненка с мелким картофелем под красным соусом, за столом разгорелся спор. Его завел пожилой мужчина из клана Иво, кажется, секретарь самого герцога. Веро не помнила его имени и старалась по возможности избегать, поскольку при встречах он постоянно твердил о том, что богатые обязательно должны делиться с бедными. Сейчас спор касался прав змей и возможности заседать их в Совете Пятерых.

– Это неслыханно! – воскликнула соседка Дерека, оскорбленная самим предположением о такой возможности, - Совет Пятерых – это Совет Драконов! Не стоит так рушить традиции!

– Оставьте эту патетику в прошлом, - оборвал ее зачинщик, - Чем сейчас драконы отличаются от людей или тех, кто может стать лишь змеей? Продолжительностью жизни? Умением извергать огонь?

– Чистотой помыслов, - Дерек отложил вилку и внимательно посмотрел на старика, тот смутился, но тут же вскинулся:

– Все это в прошлом! Ген драконов давно расшифрован, все знают, что за мутацию отвечают восемь аллелей, и именно эта комбинация и означает, кем ребенок будет в дальнейшем.

– Какое распространённое заблуждение, - хмыкнул фон Эйсен, Веро заметила, что его глаза вспыхнули синим огнем, - послушайте, не сотрясайте воздух понапрасну, я прекрасно понимаю, о какой статье идет речь, и вы читали ее слишком поверхностно! В ней сказано, что все мутации возникают в подростковом возрасте, что же касается детей – то у них всех совершенно одинаковый набор генов.

– Хотите сказать, что все зависит от воспитания?

– В том числе. Насколько я понял, воспитание играет определенную роль в выработке гормонов, которые и отвечают за дальнейшую мутацию. Частый гнев, несдержанность, агрессия или же излишняя трусость приводят к выработке адреналина, который и играет решающую роль в формировании генов.

– Вы обвиняете тех, кто не смог стать драконом, во всех грехах?

– Скажем так, я достаточно хорошо в свое время изучил этот вопрос, и я категорически против изменения состава Совета.

– Вы говорите так, потому что вы – наследник старого князя!

– Я говорю так, потому что видел, к чему приводит власть змей! – голос Дерека был полон гнева. Веро спешно положила свою руку поверх его, словно останавливая, и умело перевела разговор на завтрашнюю охоту, не позволяя спору перейти во что-то большее. Краем глаза она заметила, что сам Иво, прислушивающийся к разговору, недовольно нахмурился. После десерта женщины, следуя традиции, вышли в гостиную, оставив мужчин с портвейном и сигарами.

– Дорогая, - Илона подошла к дочери, стоявшей у сервировочного столика, где официанты разливали чай, - Хотела тебя предупредить, что о вас с Дереком уже поползли слухи…

– Да? – Веро взяла чашку и отошла к окну, - И какие же?

– Что вы слишком много времени проводите вместе. Эдвард сказал, что он недоволен этим. Он считает столь явное сближение неприличным.

– Передай Эдварду, что может не беспокоится за свою честь, дорогая. Моя же – не его ума дело.

– Детка, прошу… Он все- таки глава клана.

– Да? А меня ощущение, что всем руководит Тереза, - она бросила взгляд в сторону жены дяди (она никак не могла заставить себя назвать ее тетей), явно пытающейся по губам прочесть их разговор. Та стояла в окружении женщин из своего благотворительного общества. Вероника вдруг осознала, что там нет ни одного дракона, все эти женщины были просто людьми, которые начали стареть, и слишком озабочены потерей своей красоты. Жены богатых людей, они от нечего делать занимались благотворительностью и даже достигли на этом поприще некоторых успехов, во всяком случае, они гордо раз в месяц рассылали всем, кто жертвовал в их фонд деньги, пухлые конверты с фотографиями людей, спасенных от смертельных болезней. Веро даже не открывала эти письма, полагая, что благотворительность не подразумевает благодарности от тех, кому она помогла. Илона перехватила взгляд дочери: