Чтение онлайн

–  "Сокол" - "Госпоже Удаче". Ландо, старый пират, по идее мы должны лететь по прямой. По-моему, ты немного сбился с курса. Неверным путем идете, товарищи!

–  Все верным да верным! Можно и немного сбиться для разнообразия.

–  Кончайте трепаться, - вклинился в разговор Люк, занявший позицию правофлангового у Ландо.
– Поберегите силы. Еще накувыркаетесь. Весь день впереди.

Появился и "Нефритовый огонь". Мара Шейд тотчас заняла место в строю.

–  Не знаю, как вам, - проговорила она, - но мне бы кувыркаться не хотелось. Пусть все остается, как есть: тишь, гладь да Божья благодать.

Отключив связь между кораблями, Чубакка громко загудел и обнажил клыки..

–  Ну и что из того?
– рассмеялся Хэн.
– Пусть Мара сухарь. Только такого сухаря, который летает, как она, я когда угодно возьму себе во фланговые.

–  Ну, много ли вы сделали?
– спросил Анакин, наклонившись к серебристой. панели. Ему показалось, что там никаких изменений не произошло с тех пор, как несколько дней назад он нажал не ту кнопку, на какую следовало.

Человека, к которому обратился мальчуган, звали Антоном. Это был тощий, жилистый тип, темная кожа, свисающие до плеч черные лоснящиеся волосы, закрывающие его лицо с двух сторон. Вместо ответа он одарил Анакина странным взглядом. Взглядом, который был знаком малышу. Так на него смотрели взрослые, слышавшие, будто он творит чудеса с разными машинами, но не верившие этим слухам. Антон посмотрел на Джайну и Джесина, которые одобрительно кивнули ему.

–  Уверяю вас, молодой Мастер Анакин удивительно талантлив, - заверил его Трипио.

Антону, по-видимому, не хотелось верить дройду на слово, но тут же находились Эбрихим, Марча и Кьюнайн. Видя уважительное отношение дроллов к мальчугану, техник Антон тоже стал воспринимать его серьезно и решил сотрудничать с ним.

–  Мы, вообще, застряли, топчемся на одном месте, - признался он.
– Сначала что-то вытанцовывалось, но потом дело застопорилось. А вернее сказать, ничего у нас не получается.

–  Совсем ничего?
– переспросил Анакин.

–  Совсем ничего. Какие бы мы команды ни набирали, система никак на них не реагирует.

–  Отреагирует, - заявил юный специалист.

Усевшись рядом с панелью, он уперся рукой в плоский участок консоли. Затем потянул руку к себе, и поверхность консоли начала выпячиваться, образуя рычаг управления, но такой, который удобно держать в руке одному .лишь Анакину. Мальчуган лишь прикоснулся к рычагу, и в воздухе возникла объемная фигура из пяти на пять кубов, повисшая над пультом. Едва Анакин выпустил из руки рычаг, как тот спустя несколько секунд стал уменьшаться и слился с поверхностью консоли, вместе с ним исчез и кубический дисплей.

–  Как это у тебя получается?
– спросил Антон. Согнав мальчугана с сиденья, он положил свою ладонь на то место, к которому прикасался Анакин. Но ничего не произошло. Ровным счетом ничего. Антон снова подозрительно посмотрел на малыша, и вдруг лицо его засияло.

–  Клянусь пылающими звездами!
– воскликнул он.
– Очевидно, когда ты в первый раз дотронулся до поверхности, она запомнила твою персональную характеристику.

–  Чего-чего?
– не понял Анакин.

–  Что вы хотите сказать?
– удивился Джесин.

–  Пульт управления каким-то образом запомнил его. Возможно, отпечатки его пальцев, его ДНК или импульсы мозга и ввел их в свою память. Управлять этим узлом может только он.

Глаза мальчугана радостно сверкнули.

–  Только я?
– спросил он.
– Выходит, все это мое!

–  Надо что-то придумать, чтобы и другие могли пользоваться этой штуковиной, - ревниво произнес Джесин.

–  Надо-то надо, - заметил Антон, - только сейчас нам некогда терять на это время. Надо работать с теми средствами, какие у нас имеются.

–  Минуточку, - вмешался Эбрихим.
– Я правильно вас понял, я не ослышался?

Антон кивнул с важным видом:

–  Ваш юный друг - единственное лицо, которое сможет работать с этим пультом управления. Судя по тому, что я видел и о чем вы мне рассказывали, хотя он и может заставить эту машину работать, я почти уверен, что он не отдает себе отчета в том, что именно он делает, как это у него получается.

–  Насколько я могу судить, - произнес Трипио, - вы дали блестящее резюме.

Наблюдая за тем, как адмирал Оссилеге расхаживает по мостику, не находя себе места, Гзриэл Каптисон невольно прониклась сочувствием к старому моряку. На какое-то время они оказались одни. Адмирал отдал приказания своим подчиненным, и те разошлись по своим местам или улетели. Возможно, позднее здесь, на мостике будет царить хаос, вестовые и адъютанты будут носиться взад и вперед, на всех свободных участках будут лежать кипы бланков донесений, зазвучат зуммеры и сирены, динамики взревут командами. Но пока тут царила тишина и безлюдье.

До чего же одинок, должно быть, Оссилеге. Ему еще придется принимать решения, отдавать приказы, но сейчас он, по существу, дело свое сделал. Развернул имеющиеся в его распоряжении силы, отдал нужные распоряжения, ознакомил подчиненных со своими планами. Единственное, что ему теперь оставалось, - это ждать.

–  Нелегкая это работа, не так. ли?
– проговорила молодая женщина.
– Вы отдали приказания, отправили своих подчиненных куда им положено, и они улетели. Выполняя ваши планы, они могут остаться в живых, а могут и погибнуть, могут победить, а могут и оказаться побежденными.

–  Да, вы правы, нелегкая, - отозвался старик.
– Все знают, что им нужно делать, потому что я им это сказал. А кто скажет, что должен делать я?

В устах Оссилеге эта философская тирада прозвучала, как жалость к самому себе. По-видимому, он и сам понял, что сказал больше, чем нужно, так как перестал расхаживать взад-вперед и сел в свое адмиральское кресло.

Раздался колокол громкого боя, и из динамика, установленного наверху, донесся мелодичный голос робота:

–  Все корабли покинули ангар, все чисто, Через тридцать секунд "Незваный гость" дает ход. Всем занять боевые посты.

Пока звучала эта тирада, Оссилеге сидел, ни слова не говоря и не двигаясь. Гэриэл так и не поняла: то ли он внимательно слушает слова оповещения, то ли погрузился в собственные мысли и до него никакие посторонние звуки не доходят. Снова послышался бой колокола. Характер вибрации корабля изменился, и, судя по показаниям приборов, выведенных на мостик, судно дало ход.

–  Скажите, - произнес Оссилеге. После долгого молчания это прозвучало так неожиданно для экс-премьера, что она даже подпрыгнула.
– Скажите, что вы думаете о нашем плане? Он сработает, как вы полагаете?