Полет над бездной
Шрифт:
– Э-э… Что? — растерянно и шокировано спросила Ремерия, не справившись с таким замысловатым потоком мысли.
– Ничего… мысли вслух…
– А-а, ну… Ты что все это время говорил?
– Нет, конечно! — воскликнул Сэт, раздраженно. — Это выражение такое! Все! Хватит! Мне надоело! Ты меня замучила, уходи.
– Но мои советы могут быть полезны…
– Тогда просто молчи!
– Хорошо, — согласилась ведьма, но вдруг опомнилась. — Что?! Да что ты себе позволяешь? Ты хоть понимаешь, кто я? Я — величайшая ведьма!
– А я великий навсепосратель! Еще вопросы есть?
– Ну, ты и наглец!
– Я знаю, — улыбаясь, отвечал Сэт мысленно.
– Ты так на Аламана похож. Он тоже был наглым, дерзким, сильным, могущественный, но справедливый и решительный. Он был величайшим из всех, тогда живущих. Аламан никогда не жалел себя, не страшился смерти. Он был, как ты выразился, великий навсепосратель, но погиб. Он прожил долгую жизнь, но был еще молод и силен и мог многое совершить. Он хотел обмануть жизнь, одурачить сметь, стать выше человечества, однако…
Сэт ее не слушал. Он все знал об Аломане. Знал, как тот погиб. Знал чего он хотел от жизни, к чему стремился и во что верил. Меч Аламана — это не просто оружие, это кладезь знаний, хранитель памяти и умений всех своих хозяев, начиная Аломаном и заканчивая Сэтом. Получив артефакт, Сэт получил доступ ко всей этой информации, но никто из прежних хозяев не был так интересен, как Аламан. Для Сэта он был, как бог, идол, человек приблизившийся к идеалу, но было, видимо, и что-то еще…
Ремерия все время что-то говорила, восхищаясь Аламаном, но Сэт совсем перестал ее слушать, а просто шел дальше. Он свернул в маленький переулок, зашел в один из домов и поднялся на крышу.
– А зачем нам эта крыша? — спросила Ремерия.
– Вообще-то она мне нужна, а вас она не касается!
– Грубо, однако, — буркнула ведьма.
Сэт ничего не стал говорить, а просто достал из своего чемодана ноутбук.
– Что ты делаешь? — спросила Ремерия, видя, как Сэт втыкает себе в шею кабель и спокойно усаживается на грязной крыше.
– Не мешай, — буркнул Сэт вслух. — И держись крепче. Я ухожу в сеть.
Стоило ему смолкнуть, и он тут же подключил кабель к уже включенному ноутбуку. Ремерия так и не успела осознать, что значило «я ухожу в сеть» и за что она должна «держаться крепче». Ее затянуло куда-то, как в огромный мощный пылесос. Ее швыряло, как на сумасшедших американских горках. К счастью она крепко была прикреплена к сознанию юного мага и при всей своей беспомощности не могла потеряться. Ей казалось, что это никогда не кончится. Она даже обрадовалась, что сейчас бестелесна, иначе ее бы вырвало. Но все вдруг закончилось. Движение очень сильно замедлился. Высшая вампирша смогла даже разглядеть бесконечные потоки информации в виде 1 и 0, на мгновение она даже вошла в состояние покоя, но стоило ей расслабиться, как все началось вновь, но теперь еще быстрее, без изгибов и поворотов. Она не успела ничего понять, а ее просто выкинуло назад в тело Сэта.
Вернувшись в свое сознание. Сэт выключил ноутбук и, не спеша, приподняв волосы, вытащил кабель.
– Что это было? — чуть испуганно шепнула Ремерия.
– Я же сказал держаться крепче, ну да ладно… с тобой все хорошо?
– Ну, да… вроде бы…
– Цела? Ничего в сети не оставила?
– Ну, да, наверно.
– Ладно… может проверить?
– Да, не надо! Все со мной нормально. Ты мне лучше скажи, что ты там делал на такой сумасшедшей скорости? Что ты там вообще там успел понять?
– Ну, я просто запускал вирус в систему охраны. А про скорость? Ну… привычка, наверно. Сначала было очень страшно, а потом все изменилось. Я стал входить в раж и, — Сэт восхищенно улыбнулся, — все меняется от этой скорости. Я просто в восторге от этого безумия!
– Ты в восторге от скорости?
– Ну, да и не только…
– А как ты понимаешь, куда двигаться?
– Реакция, наверно. Я просто привык, понимаешь? Поэтому для меня здесь нет ничего особенного. Ты хранишь в себе все сведения все сведения о черных магов, ты — главный артефакт и божество черной магии. Все это — твой дар, а путешествовать в потоках информации — это мой дар, вот и все!
– Все просто. В жизни вообще все просто, только человеку свойственно все усложнять своими сомнениями. Разум, как огонь. Он и друг, и враг в одно мгновение.
Сэт удивленно замер. Она повторила слово в слово, буква в букву, даже тон в тон именно те слова, что он сказал Нику буквально вчера.
– А? Откуда вы знаете эту фразу? — испуганно спросил Сэт, мысленно.
– Так часто говорил Аламан, а что?
– Аламан? Тогда все ясно, — Сет тяжело растерянно вздохнул. — Просто совсем недавно я сказал эту фразу своему знакомаму…
– Этого не может быть!
– Почему? Если меч хранит всю память Аламана…
– Нет, же! Ничего он не хранит! С чего ты вообще это взял?
– Но, я знаю то, что знал он. Я освоил древний язык, вспомнил его приемы и даже видел кое-какие из его воспоминаний, — растерянно буркнул Сэт, не понимая проблемы.
– Тогда почему никто еще ничего не увидел из прежних хозяев?
– Может, они просто не пытались? Или это было им не нужно?
– Меч выбрал тебя, когда тебе было одиннадцать лет. Он верно служил тебе почти семь лет. Он подчиняется тебе так же легко, как своему создателю, Аламану! Он открывает свои тайны. Он признал тебя полноправным хозяином. Ты смог стать магом, спас себя от слепоты, выжил в очередной раз после остановки сердца. Неужели ты никогда не хотел понять: почему все это происходит именно с тобой?
– По правде говоря, я об этом старался не думать.
– Но ты ведешь себя, как Аламан, — воскликнула ведьма, уверенно. — Смотри: я любила Аламана, а он любил меня, невзирая на то, что я была высшим вампиром. Ты тоже любишь внучку высшей вампирши несмотря ни на что!
– И что я должен из всего этого понять!? — раздраженно воскликнул Сэт, вслух продолжая спокойно сидеть на крыше дома.
– Ты — Аламан, — решительно, объявила ведьма.
Сэт просто тяжело вздохнул и скривился так, что Ремерия тут же уловила его неверие.
– Почему ты так реагируешь? Неужели ты не веришь в чудеса рейнкорнации?
– Рейнкорныция — это просто возрождение души в новом теле, — спокойно возразил Сэт, беспечно ложась на крышу. — Просто перерождение, никакой памяти, любви, силы, ничего кроме прежней души!
– Но ты безумно похож на Аламана.
– Ничего подобного.
– Похож! Не забывай, твое лицо было изменено, но если бы этого не было, сейчас ты бы выглядел точно так же, как Аламан, будто у вас одни гены.
– Но я не являюсь родственником Аламана. У него не моет быть прямых потомков, ведь у него не было детей.
– Дети? Это, — Ремерия растерялось, понимая, что он сбил ее своими сомнениями, но тут вдруг поняла, как доказать теорию его методом. — У Аламана не было детей, но у него было несколько братьев и сестер, а они родственники Аламана! И я уверенна, что хотя бы один из них смог завести детей!
– Я не Аламан! — крикнул гневно Сэт, садясь. — Я не могу быть Аломаном.
– Твоя кровь идентична его крови.
– Этого просто не может быть. Я не хочу верить в это!
– Наташа — мое генетической воплощение. Она такая же как я, поэтому вы — это мы пару тысяч лет назад.