Чтение онлайн

— Вы… начнете войну?

— Да неужели? — усмехнулся Стил. — Если бы я поднимал алленский флот каждый раз, когда меня пытались убить, Галактика бы порядком опустела. У Руди были свои причины для хватания за оружие и пафосных заявлений, но я в его играх не участвую.

— Причины? Какие?

— Когда-нибудь узнаешь. Не смею вмешиваться: все-таки, земные дела…

Коварно подмигнув, Стил смахнул кровь со щеки и проследовал к выходу. Лишь несколько часов спустя Майкл понял, как ошибался в тех, кого возвел в ранг злейших врагов.

Ослепительно-белые точки кружили вокруг темных двойников, выстраивая на бесконечном полотне космоса новые и новые созвездия. Песчинки взрывов казались огоньками фейерверков — настолько непривычно было наблюдать за ними не из гущи боя, а сквозь толстое стекло иллюминатора.

— Все еще не веришь? — усмехнулся Фабио, чьи темные, почти черные глаза насмешливо блестели за стеклами очков. Майкл не спешил с ответом: радость, которую вселяла в него победная атака флота Земли, разбавила ложка чернейшего дегтя в лице Фабио Росса.

— Нет ничего опасней правды, — продолжил ученый, пройдясь перед Майклом. — Кстати, как тебе мои создания? Впечатлили?

— Значит, воешь на два фронта?

— Это не война. Просто работа. Вашему Командованию нужно решать разнообразные проблемы — к примеру, кто-то должен строить новый космический флот, который вот-вот одержит блестящую победу над киноидами. Правда же, они прекрасны, эти новые корабли? Без моего скромного участия проект заморозили бы еще на пару десятилетий. Я умею создавать невозможное — представь, какой на это спрос.

— Ты работаешь на КС?

— Зачем делать такое изумленное лицо? Ты, Майкл, тоже на них работаешь и, по всей вероятности, не считаешь это преступлением.

— Тогда к чему эти двойные игры? Зачем вести дела и с нами, и с Запредельным? Не сговорились с Ронштфельдом о зарплате?

Росса пожал плечами.

— Деньги важны для наемников. Я просто предпочитаю быть там, где необходимы мои умения, и не задаюсь риторическими вопросами "зачем" и "почему". Научный прогресс не спрашивает, на кой черт людям сдалось то или иное открытие, а Запредельный предложил мне проект, от которого меня не заставят отказаться и миллионы. Да, я работаю на него, но я ему не подчиняюсь — равно, как и Ронштфельду, который, кстати говоря, проявляет чудеса щедрости, если к нему найти правильный подход.

— Наука, говоришь… развитие… А как насчет Черной эры? Что чуть не погубило человечество? Случайно не сумасшедшие идеи твоих коллег?

— Ты что-то путаешь, Майк, — ответил Росса, смягчив надменный тон. — Я не историк и не ведущий дешевых утренних программ. Все, что я могу сказать, — без Черной эры человечество никогда не стало бы таким, каким оно есть сейчас. Попробуй, докажи, что не будь всех тех кошмаров, люди бы сейчас жили в раю. Человечество не выдержало битвы с Разумом: оно перенасытилось им внутри себя и извне, в форме технических новшеств. Говоря общедоступным языком, некоторые личности, имеющие такое же отношение к людям, как милосердие к Флэтчеру Роджерсу, захотели втиснуть в скудный объем нашего мозга начинку собственных мозгов. И черта с два у них это получилось. Простая человеческая глупость — самый мощный рычаг защиты от инопланетных посягательств. Перед таким бастионом бессильно любое оружие, и когда все высшие изживут друг друга в бесконечных войнах, люди останутся властвовать над этим миром — одиноко и безраздельно.

— Не хочется верить в такой печальный конец. Впрочем, это не меняет одного: ты предал родную планету. На месте Ронштфельда, я бы выдал тебе похвальную грамоту, после чего поставил бы к стенке и расстрелял.

— Родную планету? — улыбнулся Росса. — Я что, по-твоему, землянин? А, впрочем, какая разница… Помнится, великий дипломат Грей Тинг сказал на этот счет: "Как бы ни разнились умы инопланетный и земной, в бухгалтерских делах мы одинаково прилежны". Принципы, Майк, — это отлично, но в нашем деле больше ценятся компромиссы. Если бы наши руководители не умели уступать, разумная жизнь на данном отрезке бесконечности давно бы прекратила существование. Так что, О'Хара? Надеюсь, вы поумнели за время этой короткой беседы?

— Вы знаете, Фабио, — сказал Майкл нарочито вежливым тоном, — я уверен, мы бы могли продолжить наш спор, но информация о ваших темных делишках непременно дойдет до главкома, с чем я вас и поздравляю.

— Благодарю, — широко улыбнулся Росса. — Оставлю вас наедине с победой, в которую внес свой… скромный вклад.

Фабио исчез. Майкл встряхнул головой, и хрупкая радость рассыпалась, словно страница прошлого, сожженные беспощадным временем. Когда он уходил на войну, мечты о славных победах владели его помыслами. Пусть они были ребячеством, сотканным из глупого геройства, но Майкл упорно верил в них, пока судьба не лишила его пустых надежд. И где он сейчас? Что случилось с его мечтой? Его единственным геройством стали бессмысленные попытки отследить поставки оружия, о которых уже давно было известно. Если бы Стил не предупредил своих, чтобы те вывели алленские корабли с орбиты до внезапной атаки земного флота, в Галактике могла разгореться новая, алленско-земная война. Майкл не мог и подумать, что его желание разделаться с киноидами едва не станет поводом для еще худшей катастрофы, которая могла стать последней в истории Земли.

— Сэр, — сказал Вэйн, резко обернувшись. — С вами хочет говорить главнокомандующий армией киноидов.

— Соединяй, — бросил главком КС.

Углубившись в собственные мысли, Майкл совсем забыл о том, что происходит в конференц-зале. Ронштфельд оккупировал место примерно посередине длинного стола; озлобленная ярость и косые взгляды, часть которых перепадала Майклу, делали его нежелательным собеседником. Главком, изучавший запись, которую удалось снять с локатора "Гидры", переключил внимание на большой экран.

Командующий бывшей армией киноидов выглядел жалко, но по-прежнему внушал опасение. Короткие жесткие волосы обрамляли испещренное шрамами лицо; один из шрамов пересекал его губы, навсегда приподняв их в яростном оскале. Его глаза вспыхнули недобрыми огоньками, когда он прошипел:

— Запомни, Юджин: тебе это так не сойдет…

Кадр резко дернулся и погас — видимо, киноид швырнул ресивер об стену.

— Бешеный пес… — процедил Ронштфельд, устало закрыв глаза.

— Не стоит его недооценивать, — холодно заметил Юджин. — Ему негде спастись и нечего терять. От таких можно ждать чего угодно.

— Как скажете, сэр.

— О твоем поведении мы поговорим отдельно. Майкл, что вы узнали об установке и планах воина из будущего?

— Установка — дело рук Росса. Она находится под базой полковника Хьюза, в эпохе "Quo". Все строения надежно спрятаны в Нереальности. Оборудование поставляли аллены сквозь межвременной тоннель.

— Это мы знаем. У вас есть предположения насчет того, как именно Запредельный планирует осуществить свой план?

— К сожалению, нет.

— Предложения имеются у меня, — съязвил Ронштфельд. Юджин бросил на него короткий взгляд и тот сразу же умолк.

— Я считаю, — осторожно начал Майкл, — что нам нельзя больше медлить. Нужно попробовать взять установку штурмом.

— Хорошо, — ответил Юджин. — Я подумаю над вашим предложением. Возвращайтесь и ждите указаний.

Сердце Майкла радостно подпрыгнуло в груди: впервые за долгие недели неопределенности командование КС решилось на конкретные действия. Дверь едва успела захлопнуться за его спиной, как лицо главкома утратило холодную непроницаемость.

— Рудольф! — произнес он с железной бескомпромиссностью. Заместитель главкома дернулся вперед, совсем забыв о последствиях дуэли со Стилом. Приступ кашля заставил Юджина нетерпеливо вздохнуть.