Чтение онлайн

Баба знала, что дочь ради денег согласится на все и с кем угодно. Чтоб Анжелка добровольно отказалась от такого шанса, Варя в душе посмеялась:

— Или я тебя не знаю, — глянула на дочь с иронией, отвернулась, чтоб не обидеть усмешкой, подумала:

— Уже то хорошо, что задумываешься, с кем стоит путаться, а кого отбросить.

— Мам! А как я скучала без тебя все эти годы! Ты даже не представляешь! Как хотелось поговорить с тобой, посоветоваться, посидеть вот так рядом. Все же и с годами мы остаемся детьми. Чуть прижала жизнь или кто-то испугал, кричим: «Мама!». Хорошо если она жива.

— А кстати, кто сказал вам, что я умерла? — вспомнила Варя.

— Марина! Тетка твоя! Я думала, ты к ней поехала и живешь там тихонько, не давая знать о себе. Когда к ней пришла, тетка была вдрызг пьяной и сказала, что все поумирали и оставили ее совсем одну. Я о тебе спросила конкретно, она сказала, что ты тоже умерла и закопали рядом с ее Толяном. Я поехала на кладбище. Там рядом с дядей Толей четыре свежих могилы и все без памятников. Подошла к смотрителю кладбища, тот руками развел. Ответил, что все четыре могилы женские. А кто есть кто, пусть родня помнит. Сам он потерял журнал регистрации покойников и давно не ведет запись. Посоветовал всем купить цветов, чтоб никто не обижался, и за всех поставить свечки в церкви. Но она оказалась закрытой, и я ушла. Потому, когда тебя увидела, глазам не поверила, испугалась. А потом дошло, что пьяная

Марина вряд ли меня узнала и не поняла, о ком ее спросила.

— Я заходила к ней очень давно, она уже спивалась. Не выдержала, не устояла, ушла у нее почва из-под ног. Одна осталась. Живет себе на горе, иного о ней не скажешь.

— Мам, а ты звонила мне?

— Много раз. Но ты все сменила.

— Нет, мамка! Я то ли потеряла, или украли у меня тот мобильник. Пришлось другой покупать, с иным номером.

— Анжелка, а почему ты не звонила?

— Я искала тебя. У кого только ни спрашивала. Боялась, что не станешь со мной говорить, бросишь трубку. Ведь я очень провинилась, потому хотела встретиться, а не просто извиниться по телефону.

— Позвонила б и узнала адрес…

— Не была уверена, что ты меня захочешь увидеть. Я потерпела неудачу с Василием. Через неделю после ухода нашла его. Попросила выйти из офиса, поговорить со мною. Он как-то странно оглядел, вышел, но в машину не сел. Встал рядом и спросил:

— Что тебе от меня нужно?

— Прости меня, Вася! Вернись домой! Я очень прошу тебя! — взмолилась я. А он ответил:

— Разве я похож на сумасшедшего? Только те не контролируют свои действия, потому с них нет спроса. Я же в своем уме!

— У нас сын! Ради него давай помиримся!

— Сын не всегда будет ребенком. Когда вырастет, решит, кого из нас предпочесть.

— Вася, я люблю тебя! — сказала ему, он даже не дрогнул. Сказал, что ему недосуг слушать сказки, что у него много работы, попросил больше не мешать и не отвлекать от дел по пустякам.

— Крутой мужик, с характером! — отозвалась Варя.

— Я еще дважды пыталась помириться с ним, но бесполезно. Я отстала от него, когда увидела Василия с ребенком на руках. Он был такой счастливый. Рядом шла его жена. Как я ее возненавидела! Она отняла у меня последнюю надежду. Хорошо, что я была в машине, они меня не заметили.

— Разве ты с ним не виделась?

— Ну, как же! Много раз! Я ему автостоянку продала, ты знаешь о том. Переоформляли документы. Он привозил продукты и деньги для сына. Когда мне не под силу стал коттедж, Василий нашел три фирмы, какие взяли особняк в аренду. Потом он позвонил Андрюше, позвал в гости. Сын с того раза стал часто бывать у отца и даже ездил с ними на море.

— А к тебе приходил?

— Ну да! Договориться об Андрейке. Тот практически живет у Василия. Что я могу сделать? Общенье не запретишь, сын уже взрослый, сам решает, где ему лучше.

— Эх, дура ты, Анжелка! — обронила в сердцах Варвара.

— Сейчас я уже так не считаю. Василий по мужской части слабоват. Ему слишком далеко до Мишки. Понимаешь, он без огня. По-моему, он не знал страсти, жгучего желания, в постели только выполнял супружеский долг. Ну кому такое нужно. Совершил свое, отвалил тут же на бок и захрапел на всю спальню. Ни одного ласкового слова не скажет. Вот ты хотела б такого мужика заиметь?

— Тут многое от самой зависело. Приласкала бы, глядишь, растеплился бы…

— Пыталась. А он отодвинется и говорит: «Анжелка, отстань, я спать хочу, мне завтра на работу. Иль не хватило? Угомонись! Спи! Вот и приласкай его после этого! Он храпит, а я реву. Даже к дешевкам хахали относятся лучше. А Васька, как бурдюк! От него ни тепла, ни ласки. Считал, что деньгами все покроет. И еще ляпнул как-то, мол, мы уже сколько лет живем, зачем целоваться? Ты не девочка! Вот тупой! — вспоминала Анжелка с горечью.

— Может, от того был таким, что слишком много слышал о тебе по городу?

— Ну да! Вкладывали ему в уши всякое. Но и брехали нимало. Правда, Васька мне верил. Хотя потом проверять пытался. А все его друзья…

— А теперь ты не жалеешь, что разошлась с ним? Ведь он у тебя был первым!

— Ага! Первым в тот день! Как бы ни так!

— Ты за него не девкой вышла? — округлились глаза Вари.

— Ну, чего заходишься? Какая разница? Квасцы в ход пустила, он и поверил, что невинная, — хохотала Анжелка.

— Вот стерва! Кто ж у тебя первым был? Уж не из деревенских ли лопухов?

— Еще чего? Ты ж помнишь, в какой салон меня на работу приняли? Думаешь, просто так? Все остальные подолгу в учениках корпели. А меня на третьем месяце в зал выпустили к клиентам. Пусть поначалу сноровки не хватало, зато умела правильный подход к каждому найти. Одному глазки строю, другому улыбаюсь всеми зубами, вокруг третьего бабочкой порхаю и всех нахваливаю, поглаживаю. Они у меня все красавцы, хоть на ордена их профили чекань. Их всех прямо из парикмахерской хоть на конкурс! Первый Маугли города! И что думаешь, верили! И отслюнивали кучеряво. Никто сдачи не просил. А сколько благодарностей выслушала? Ого! Сколько мужиков мне руки целовали. Я могла их не мыть. А знаешь, сколько чаевых за день получала? Почти столько, сколько теперь за месяц! Все потому, что молодою была, многим нравилась. Хорошее это время молодость, только уж очень короткое! — посетовала Анжелка. И продолжила. — Вот там директором салона был Давид Иосифович. Красивый человек, понятливый, умный. Ему и сорока не было. Вот он и научил всем тонкостям. Это был не просто мастер, а и отменный психолог. От обычного парикмахера до директора вырос. Со мною занимался индивидуально, но недолго. Я вскоре вышла замуж за Васю. Поспешила. Могла б и лучшего дождаться.

— Я тебя просила не спешить, совсем ребенком выскочила за пожилого. Легкой жизни хотела? Не послушалась! — запоздало упрекала дочку Варя.

— Думала, что будем жить как ты с отцом. Но не получилось, — опустила голову Анжелка и вдруг спросила:

— А у тебя в замужестве много было хахалей?

— Ни одного! Я Виктору не изменяла!

— Неужели никто не волочился за тобой?

— Вздыхателей и поклонников хватало, а то как же? Но я даже не смотрела в их сторону, не замечала никого и осталась верной мужу до самой его смерти. А и потом долго никого к себе не подпускала. Мне вслед никто плохого слова не сказал, Я и сегодня не прячу глаз от людей, ничью семью не разбила. Ни у кого не увела.