Чтение онлайн

Ускаван занял место Роберта де Лайса, одного из лучших учеников Пага и ценного служителя Конклава Теней. Роберт мирно скончался во сне в прошлом году, хотя ему было меньше семидесяти лет.

Паг начал:

— Я говорил с каждым из вас по отдельности, а теперь хочу поделиться информацией, поэтому собрал вас, чтобы подвести итог двум вопросам огромной важности. Первый — это дело Талноя.

Он взглянул на Магнуса, который вышел из-за спины матери.

— Маги цурани, так же как и мы, озадачены природой магии, используемой для создания этих вещей.

Талной представляли собой артефакты из другого измерения, созданные расой дасати и обладавшие чрезвычайной опасностью. Эти доспехи питались душами или духами дасати, которые были в них заключены, благодаря чему артефакты были почти неуязвимы, нечувствительны к боли и полностью подчинялись своим владельцам. Как сообщил Конклаву Каспар из Оласко, когда привлек их внимание к первому Талною, слово «Талной» на языке дасати означало «очень трудно убить».

Магнус продолжил:

— Они пришли к выводу, что любое крупное вторжение в нашу реальность станет катастрофой. Поэтому они стремятся узнать как можно больше о заслонах, которые мы нарушили, обнаружив хранилище Талноя в пещере.

Он повернулся к Накору:

— К сожалению, у меня нет ничего нового. Наши юные волшебники, — он так называл всех младших магов на Острове Колдуна, — прилагают все усилия, чтобы понять эти артефакты. — Он добавил с ухмылкой: — Одно утешает — похоже, мы нашли способ управлять ими, если придётся столкнуться с дасати.

Паг заметил:

— Это уже что-то. Десять тысяч Талной под нашим командованием — это не так уж мало. — Он не стал упоминать, что по сравнению с сотнями тысяч Талной, контролируемых дасати, это число будет весьма скромным. — Но если мы сможем понять, как они оставались скрытыми так долго, это будет значительным достижением. Иначе говоря, если нам удастся остаться незамеченными для дасати, мы справимся с самой важной задачей.

— Следующая наша задача, — продолжил Паг, — это выследить Лесо Варена.

— Есть ли у нас предположения о его местонахождении? — спросила Миранда.

— Мои агенты отслеживают все необычные проявления магии, — ответил Паг. — Но у нас нет конкретной информации. Лесо Варен исчезал на долгие годы в прошлом. На этот раз он, вероятно, стремится восстановить своё влияние. Он знает, что на острове есть нечто важное, даже если не понимает природы Талной и как их можно использовать. Его нападение на остров и на Эльвандар в прошлом году показало, что он стал более решительным и утратил свою склонность к скрытности. Он быстро восстановил свои силы после того, как его носитель был убит Когвином Ястринсом. Думаю, мы ещё услышим о нём, и это произойдёт довольно скоро.

— Паг, что ты нам не говоришь? — спросил Розенвар.

Паг улыбнулся. Он выбрал Розенвара в свой внутренний круг за его остроумие и интуитивное понимание, позволяющее находить ответы даже на скудную информацию.

— Ничего особенного. Просто тревожные сны и дурные предчувствия.

Черные глаза Ускавана расширились.

— Никогда не игнорируй сны, Паг. Мой народ верит, что части нашего разума всегда работают, стремясь понять что-то. Сны часто являются способом передачи осознанной мысли; особенно когда эмоции сильны. Мы не так уж и различаемся, когда речь идет о работе разума; у нас много общего.

Магнус взглянул на инопланетного мага. Паг почти прочитал мысли сына: немногие из людей, включая Пага, Миранду и Магнуса, могли бы сравниться с дисциплиной ума последователей ордена Ускавана. Разум салаванцев был гораздо сложнее человеческого, хотя Ускаван настаивал, что это просто результат тысячелетней практики ментальных искусств.

Паг кивнул с легким выражением покорности.

— Ты прав. Боюсь, что мои сны могут быть предвестниками грядущих бедствий. Или это может быть просто проявлением моих опасений по поводу дасати.

— Отец, нам нужно готовиться так, как будто они действительно придут, — сказал Магнус.

— Я согласен, — ответил Паг, обводя взглядом каждого члена внутреннего круга Конклава. — Пошлите весть нашим агентам, расставленным по королевским дворам. Я хочу знать о каждом заговоре, интриге или ситуации, которую можно использовать в наших интересах. Если потребуется, мы будем использовать подкуп и угрозы, чтобы получить помощь в этом конфликте.

Паг на минуту замолчал, вспомнив Войну Врат: двенадцать лет, когда цурани обрушивались на Королевство и Вольные города, а Квег, Великий Кеш и малые королевства на востоке с трепетом наблюдали за происходящим, выискивая любую возможность продвинуть свои интересы.

— Если дасати действительно придут, нам нужно иметь высокопоставленных друзей, которые смогут убедить все народы быстро отреагировать на любое место вторжения.

— Отец, — сказал Магнус, — это всё хорошо, если нападение произойдёт в Триагии — все монархи на этом континенте ощущают свою уязвимость, и если чужаки вторгнутся в близлежащие земли, они объединятся. Но что, если плацдарм окажется на пустынном берегу Закатных островов, на луговых просторах Новиндуса или на высокогорном плато Вайнета? Тогда задача станет гораздо сложнее.

Паг кивнул.

— Это правда, — сказал он. — Я вижу, что ситуация может усложниться в зависимости от места вторжения.

Он окинул взглядом советников, на мгновение задержавшись на каждом лице. Миранда, казавшаяся такой же загадочной, как и сама пещера, часто брала дела в свои руки. За годы их совместной работы они не раз ссорились из-за того, что она отправляла агентов без его ведома или отдавала приказы, с которыми он не соглашался. Он слегка улыбнулся, осознавая, что, несмотря на разногласия, он никогда не сможет обвинить её в манипуляциях с советом Конклава Теней. Миранда ответила ему мягкой улыбкой, и Паг почувствовал, что на этот раз они полностью согласны.

Розенвар, чье лицо выглядело как выжженная солнцем кожа с рыжеватыми оттенками, подчеркнутыми непокорными светлыми волосами, которые быстро седели, заговорил:

— Мне кажется, что нам стоит пустить пару слухов.

Паг на мгновение замер.

— С какой целью?

Маг из Салматера улыбнулся, и Паг вспомнил, как впервые встретил его — сидящего в углу пивной и раздающего мудрые советы, мелкие чары и откровенную ложь с одинаковым удовольствием всем, кто готов был заплатить за выпивку. С тех пор как Розенвар прибыл на остров, его пьянства стали редкостью.

— Слухи могут быть весьма эффективными, если их правильно использовать, — сказал Розенвар с гулким голосом, словно его слова зарождались глубоко в желудке и медленно поднимались по горлу. — Я видел, как целые города превращались в сплошное ухо, когда до них доходит правильный слух. Правители не доверяют официальным отчетам и проверенным свидетелям, но слухи… они бегают по улицам, как индюки во время грозы, задирая головы и разевая рты, пытаясь утопиться в ливне информации.

Паг усмехнулся. Ему нравились выразительные обороты речи Розенвара.