Чтение онлайн

на жопу. А жопа чесалась еще сильнее, чем лицо.

Я вышел в коридор и увидел двух пьяных студентов, которые что-то обсуждали, включая в свой лексикон ненормативные выражения. У одного из них была расстегнута ширинка, под джинсами не было трусов, и выглядывал член. Тот, который выглядел, как пьяный стриптизер, повернул ко мне лицо и представился:

– Я – студент второго курса Чеберс.

– Григорий, только что испеченный студент.

– У тебя деньги есть?

– Есть, – неуверенно ответил я.

– Пошли, за пивом сходим.

– Я не пью.

– А баб ты трахаешь?

– Как это – трахаешь?

– Ну, ебаться хочешь?

– Нет, пока не хочу, я ни разу их не…

Я только что поступил в этот дурацкий институт, – с возмущением ответил я. Тебе лучше советую магазин застегнуть, а то растеряешь свое хозяйство.

Чеберс нагнул голову, посмотрел на свой член. Махнул рукой и сказал:

– Все равно молния сломана, а трусы я у Ленки в комнате потерял, найти не могу. Она, сука, их специально спрятала, проститутка ебаная.

Так состоялось мое знакомство с первыми жильцами этого заведения. Время в общаге были пьяным и шумным. Днем шла учеба. А вечером -танцы и различные увеселительные мероприятия, которые присущи всем студенческим общежитиям.

В один из вечеров ко мне постучали в дверь:

– Кто там?

– Бабу голую хочешь посмотреть?

– Какую бабу, два часа ночи, дайте поспать!

– Настоящую голую бабу.

Меня это заинтересовало, я открыл дверь. Стояли два азербайджанца. В мою комнату они занесли что-то завернутое в простыни. Положили на мою кровать, развернули. Это, действительно, была пьяная голая женщина, студентка со второго этажа.

– Ну, посмотрел?

– Посмотрел.

– С тебя три рубля.

– Мы так не договаривались.

– Щас в морду получишь, мудак, гони три рубля!

Мне пришлось раскошелиться за удовольствие. Они взяли деньги, завернули свое сокровище и потащили в соседнюю комнату. Я лег спать, думая о том, что завтра придется урезать свой обед на три рубля.

По пятницам и субботам в общаге проводили дискотеки. Студенты напивались, танцевали, трахались и еле доползали до своих нор. Я не отставал от сокурсников, стал входить во вкус студенческой жизни. Днем шли и покупали водки или портвейна, но каждый студент оставлял деньги для таксиста. Сколько бы ты ни взял спиртного, к середине ночи всегда

хотелось выпить еще. Студенты выходили на дорогу, останавливали такси. У водителей всегда была водка, они продавали нам ее по пять рублей за пол-литра. И тогда веселье продолжалось до утра.

Дискотеки у нас были очень современными и стильными. Крутили «Modern Talking», Си Си Кэт и других ультрамодных исполнителей. Устроитель дискотек был мой сосед Леха Бойко. Он часто доставал свежие записи и крутил их. Леха был кумиром у всех общежитских девчонок. Его они любили так же, как Томаса Андерса. Как-то после дискотеки Леха подошел ко мне и спросил:

– Слушай, братан, у тебя каморка свободная?

– Ну, как свободная, я там сегодня спать буду,

– Может ты погуляешь часик, а я там трахнусь, представляешь, сама

подползла «мочалка» и говорит: «Может, трахнешь меня». Ну, я же ей, понимаешь, не могу отказать. Ну, как, дашь ключи?

– На, бери, только недолго. А что у себя в комнате не трахаешь?

– Да, у меня сосед там с подругой миньет разучивает. Ладно, спасибо, я у

тебя в долгу.

Я бродил по общаге час. Мне ужасно хотелось спать. В коридорах стоял гам и шум. «Почему у меня нет женщины?» – думал я. Вроде не урод. Хотя я, честно и не знаю, что с ней делать, и как это делается. Спрашивать у приятелей не очень удобно. Я же даже ни разу в своей жизни не целовался. Меня охватила тоска. Может, с выпитой водки, а может от того, что на моей кровати кого-то трахают. Мне порядком надоело болтаться, и я поплелся к своей двери.

– Эй, Леха, ну ты долго там скрипеть будешь?

– Все, все, братан, уже выхожу.

Дверь открылась, из моей комнаты выскочила дамочка в черном платье, и, как из горящего дома, примерно в том же темпе, побежала по коридору. Я зашел в комнату и обомлел, Вся моя кровать была в крови.

– Вы че, здесь человека убили, что ли?

– Извини, братан, казус вышел, она девочкой была.

– Да я знаю, что не мальчик. Откуда кровь то?

– Откуда, откуда, ты что, глупый что ли? Оттуда. Хотя я честно не знаю,

может, это были месячные. Ну, ты извини, я тебе порошка куплю, постираешь, будет, как новенькая.

Леха кинул мне ключи и пошел в свою комнату. Этой ночью я спал на матраце без простыни. Вечно мне везет, как утопленнику. Я очень хотел спать, поэтому заснул быстро.

Впервые в Ленинграде я попробовал вкус настоящего сваренного кофе. И попробовал его не где-нибудь, а в Сайгоне. Сайгон – это кафе, которое находилось на углу Невского и Владимирского проспектов. Это было знаменитое кафе. Там собирались художники, поэты, музыканты, пили кофе, пели песни, читали стихи. Это была настоящая тусовка. Я полюбил это кафе за его магию, за его неформальность, и, конечно же, за кофе. Лучший кофе,

знали все, варят в Сайгоне. Запах кофе помню до сих пор. Он был какой-то необычный, может, к нему добавлялся запах немытых волос и грязных, нестиранных джинсов.

В Сайгоне – был свой мир, свои законы и правила. Я хотел быть в этом мире и хотел жить по законам этого мира. В посетителях этого кафе жила и звучала музыка того времени. В их глазах чувствовалась и расцветала другая, совсем необычная жизнь. Жизнь запредельная, сказочная, в какой-то степени, метафизическая. Во всяком случае, мне так казалось. Именно в Сайгоне я узнал, что есть другая музыка, другие стихи. Для меня это была музыка неформального Ленинграда, музыка ленинградских колодцев, белых ночей, серого неба, рабочего портвейна.