Чтение онлайн

– Утгарда-Локи! – Кристина повернулась на звук и увидела высокого мужчину.

Вдвое выше самого рослого из Изгнанных, широкоплечий и статный, Утгарда-Локи был облачен в тунику из перьев, кожаные бриджи и подбитые железом ботинки. Кроме того, он оказался вовсе не старым, как Один. Владыка Утгарда выглядел лет на двадцать пять, не больше.

– Таково мое имя, женщина, – важно кивнул он, отвернувшись от мертвого змея и взглянув на Кристину. – Я пришел за тем, что мне обещано.

– Ты не получишь его! – сквозь зубы прошипела девушка. – Ульв мой!

– У нас была сделка! – повысил голос гигант. – Тело и душа воина мои…

– После его смерти! Но он еще жив!

– Ненадолго, – усмехнулся Утгарда-Локи. – Люди – хрупкие создания и этому недолго осталось.

– Это мы еще посмотрим! – едва договорив, Кристина прижала к себе почти переставшего дышать мужчину. Однажды она смогла излечить его раны. Может, и в этот раз…

“Он умирает и этого не изменить”, – прозвучал в голове Кристины печальный голос Христ.

– Нет!

“Твоих сил не хватит. Мне жаль”.

Кристина замотала головой, не желая слушать подобных слов. Слезы закапали из ее глаз, заскользили по щекам и, срываясь с подбородка, покатились по побледневшему лицу Ульва. Он уже не дышал. Единственный уцелевший глаз закрылся, но на губах осталась слабая улыбка.

– Ульв! – полный отчаяния крик Кристины взметнулся к небесам. – Нет, прошу, не умирай!

Прижавшись к воину, девушка укрыла его своими золотыми крыльями, будто хотела спрятать от приближающейся смерти. Сердце Кристины готово было разлететься на куски, а тело содрогалось от рыданий.

“Отец!”

Кажется, призыв Христ прозвучал наяву, но никто, кроме Кристины не услышал его.

– Уговор, есть уговор, – продолжая усмехаться, Утгарда-Локи приблизился и протянул руку. – Отдай или…

Хрипло каркнул ворон, и великан вздрогнул, изумленно уставившись на небо. Тряхнув косматой головой, он сделал еще шаг в сторону Кристины и Ульва, но замер, так и не поставив ногу на землю – с двух сторон от девушки вышли два больших волка. Хищники оскалили клыки и угрожающе зарычали.

– Не может быть! – Утгарда-Локи сжал огромные кулаки. Невзирая на зверей, он все равно потянулся вперед. – Как ты смеешь!? Это мое!..

– Прочь!

– Не смей указывать мне! – прогремел одноглазый бог, и его морщинистое лицо исказила ярость. – Десятки лет я искал дочь, что ты скрывал от моего взора! – от гнева, Один даже перестал выражаться стихами.

– Она пришла в мое царство сама! – Утгарда-Локи оскалился и брызнул слюной. – И сама же отняла свою жизнь! Сейчас же твоего дела здесь нет, не вмешивайся и уходи из моих владений! Ты не имеешь здесь никакой власти!

– Я явился на зов и сам решу, когда мне уйти.

– Это не Асгард, чтобы ты диктовал здесь свои законы! Но забирай девку и проваливайте вместе! Воин мой! Он отрекся и не заслуживает твоего внимания.

– Как я могу оставить того, кто спас мою дочь от вечного плена? – густые брови Одина сошлись.

– Но ты не можешь ничего изменить, – справившись с волнением, Утгарда-Локи нацепил на лицо привычную фальшивую и самодовольную ухмылку.

– Я – нет, – согласился Один. – Но ты... в тебе живет частичка Христ, – он посмотрел на Кристину. – Однажды, я уже лишился одной из своих дорогих дочерей. В гордыне я презрел ее желания и обрек на гибель. Впредь я не повторю подобной ошибки. Тебе уготовано место в Асгарде, среди валькирий, твоих новых сестер. Ты можешь отправиться к ним прямо сейчас, со мной. Но скажи мне – чего ты хочешь?

– Хочу… – стерев с лица слезы, Кристина взглянула Одину в лицо. – Я хочу, чтобы Ульв вернулся. Хочу быть рядом и, если не Вальхалле и не в этой жизни, то в Хель!

– Глупая девчонка, – Утгарда-Локи скривился, но Один проигнорировал это.

– Стало быть, ты желаешь разделить с этим смертным его судьбу?

– Да… – кивнула девушка и, добавила. – Отец.

– Что ж… – морщины на лице Одина разгладились. – Ульв Пеплогривый достойный воин. Даже среди моих эйнхериев найдется немного подобных ему храбрецов. Если ты готова доказать свои чувства, то можешь поделиться с павшим героем своей силой, но знай, тогда ты станешь смертной.

– Мне все равно!

– Быть посему, – кивнул Один.

– ЧТО?! – взревел Утгарда-Локи. Он рванулся было к девушке и Ульву, но отступил, ослепленный исходившим от Кристины сиянием.

Крылья девушки распадались золотыми искрами, что падали на окровавленное тело воина и угасали, впитываясь в кожу. Раны Ульва затягивались прямо на глазах: кости вставали на место, зарастая плотью, в пустой глазнице появился новый глаз, а на щеки вернулся живой румянец.

– Сделка есть сделка, но ты просчитался, – Один улыбнулся в усы. – В битве со змеем, Ульв верх одержал. Воин не пал – его дух, в его теле. Ты обхитрил сам себя, великан.

В бессильной ярости Утгарда-Локи переводил свирепый взгляд с Кристины на Одина. Он сжимал и разжимал кулаки, а зубовный скрежет великана был настолько громким, что, казалось, будто перетираются две каменные плиты.

– Я этого не забуду, девчонка! Владыка Утгарда всегда возвращает долги. Мы еще встретимся! – прорычал Утгарда-Локи и, обернувшись гигантским орлом, улетел прочь.

– Запомни эти слова, девочка, – Один проводил великана задумчивым взглядом. – Утгарда-Локи злопамятен.

– Да и черт с ним, – Кристина даже не посмотрела в ту сторону. Она не могла отвести глаз от Ульва и ласково гладила еще не очнувшегося мужчину по волосам.

– Но Утгарда-Локи прав, – задумчиво протянул Один. – Ульв сам отказался от места в Вальхалле.

– Но он сделал это ради меня! – возмущенно парировала Кристина.

– И что это меняет? Но, – Один поднял руку, призывая негодующую девушку к молчанию. – Покуда воин жив, он всегда может заслужить место в моих чертогах. Держите путь в новые земли, где вас ждет еще множество приключений, за которыми я буду наблюдать. Не разочаруйте меня и берегитесь мести ётунов.

Один пришпорил своего чудного коня и тот поднялся на дыбы, унося всадника в звездное небо.

— Ну вот зачем ты так? – Кристина сидела на круглом холодном камне и наблюдала за тем, как Ульв, орудуя новым топором, разбивает кладку дракона – одной яйцо за другим.

Как оказалось, вместе с даром от Утгарда-Локи, Ульв в некоторой степени получил и память некогда обитавших в этих пещерах Изгнанных. Точнее даже не их память, а воспоминания “Расхитителя” – именно такое звучное имя носил топор Сгурра Братобоя, которым он и убил своих братьев ради места вождя, за что и получил свое прозвище.