Чтение онлайн

– - Думаю, можно,-- так же безразлично ответил капитан, словно говорили об использованном пакетике чая.

– - Как?! За что? Почему? Не надо!-- заверещал Бернар, но техник схватил того за шкирку. Я в ужасе смотрел на происходящее, не в силах ничего произнести.-- Не надо! Я сделаю всё, что хотите?

– - Так уж всё?-- наконец, отозвался на мольбы Северин.

– - Да-да!

– - Манул, верни его на место...

Уже присмиревший Проговский грохнулся обратно на стул.

– - Продолжим: как ты проник на борт?-- повторил вопрос Северин.

– - Камеру разбомбили, я и вышел. Никого не было. Думаю: придут каргонцы и убьют. Пробрался к ангару -- путь я знаю хорошо. Решил спрятаться в грузовом отсеке. Надеялся, что там меня уж не найдут. Я не знал, куда деваться! Понимаете?..

Он был напуган, да и я, если честно, тоже. Не ожидал от Северина и Манулова такого. А может, они и не собирались его выбрасывать? Конечно, нет, а я-то поверил. И Проговский тоже.

– - Манул, что у нас со вторым отсеком?

– - Пустует...

– - Определи его в туда и организуй каюту. Вернёмся -- решат, что с ним делать.

Техник увёл Бернара, и воцарилось молчание. Белоусов стоял в углу, словно наказанный школьник, и о чём-то размышлял. В этой тишине можно было услышать шум его мыслей.

– - Алексей Васильевич...-- обратился я.

– - Да?

– - Вы действительно хотели...-- я не договорил, не зная, как сказать дальше.

– - Нет, не хотел, но и цацкаться с преступником я не собираюсь.

На душе сразу полегчало. Я сел за стол, рядом с капитаном.

– - А можно вопрос?

– - Да.

– - А что, Руслан... он всегда такой мрачный?-- задал я вопрос, который уже давно меня мучил, ещё с первого полёта.

– - С первого дня. Он был фермером с Проксимы-2. Война началась, когда он поехал в город, каргонцы разбомбили его дом и убили семью, потому он и записался на флот. Это всё, что я знаю. Он предпочитает не говорить об этом. И мы тоже...

Теперь понятно, почему Руслан ушёл, как только заговорили про каргонцев. В глубине души я их тоже ненавидел за жертвы людей, оказавшихся в самом пекле войны. Раньше я пребывал в наивном неведении, думал: может всё обойдётся, и всё ребята вернутся домой. Боже, как я мог быть так наивен?! Бой у Белой-2 развеял все грёзы: теперь и я почувствовал на себе её бремя. Друга я уже потерял. От осознания этой мысли, сделалось невыносимо горько, и хоть я знал его чуть больше месяца, это ничего не меняло. Раньше я грузил себя работой, чтобы не думать об этом, гнал все мысли, а с Мирославом мы этой темы не касались, но теперь нахлынуло. Злость охватила меня. Сейчас я был готов наброситься на первого же попавшегося каргонца и разорвать его в клочья! Да, они в полтора раза выше людей, но ярость придала бы мне сил! И я ничего не мог с собой сделать! Всё уже свершилось.

Я посмотрел на Северина, и по его взгляду понял, что он заметил смену моего настроения. Это было нетрудно: я и сам видел, как сжались мои кулаки. Он, молча, встал и, проходя мимо, похлопал меня по плечу. И я был ему за это безмерно благодарен...

* * *

Дверь открылась. Бернар лежал на сымпровизированной койке и даже не отреагировал на моё появление. Думаю, этим он выразил свой протест. Я понимал, что Проговский должен меня ненавидеть, ведь в его глазах я был врагом.

– - Я поесть принёс,-- почему-то эти слова прозвучали как извинение.

Проговский ничего не ответил. Я поставил поднос с едой на стоящий рядом столик и уже направился к выходу, как он, наконец, ответил:

– - Как видишь, все мы пришли к одному, верно?

– - Не понял,-- я повернулся к нему. Бернар безразлично смотрел вверх.

– - Ну, как же, как мы не крутились, оказались в одной небольшой лодке. Что там будет дальше, неизвестно. Погибнем -- так вместе, и все наши противоречия уже будут не важны,-- ответил он и повторил.-- Ни для кого они уже не важны.

– - Они важны для нас.

– - Верно, нашими поступками, мы оставляем следы в реальности. Если нет, то нас словно бы и не существовало.

– - Иногда это шрамы,-- заметил я.

– - Не самое худшее решение,-- он посмотрел на меня, ожидая ответа. Вот чего он хотел этим добиться?

– - Но и не самое лучшее,-- сказал я и поспешил выйти из каюты.

Подходил к концу первый день нашего вынужденного путешествия. Мы все, кроме Мирослава, находящегося на посту, собрались в небольшой кают-компании поужинать. Несмотря на голод, еда не лезла в глотку. Мрачноватое настроение преобладало за нашим малым столом. Пожалуй, только Белоусов ел с аппетитом.

После ужина я вернулся к работе, но я никак не мог сосредоточиться: на душе по-прежнему скребли кошки. Я никак не мог избавиться от ощущения предательства. Всё-таки совесть -- весьма странная штука: карает за то, что ты не со всеми в эти страшные минуты. Наверное, богу или кому-то ещё было угодно, чтобы у нас имелся этот механизм добра и самопожертвования: сделал не так -- получи муки совести. Не знаю, может быть, я уже начинаю ударяться в мистику. Порою набегали приступы, в моменты которых мне чудилось будто Димка с укоризной смотрит на меня, говоря: "Да-а... не ожидал я такого от тебя..." Тогда мои кулаки сжимались до хруста. Несмотря на все попытки проконтролировать себя, я даже сломал ручку. Мирослав весьма выразительно посмотрел на меня, но ничего не сказал...

И всё-таки уже глубокой ночью по корабельному времени я закончил и был готов запустить Ястреба, о чём сообщил Северину. Алексей Васильевич в это время сменил на посту Мирослава и ожидал этого момента с нетерпением. Разведчик, наконец, должен был обрести новый разум.

Старт базовых программ прошёл штатно, скрипты отработали, как следует. Я следил за их работой через планшетный ПК.

– - Вижу попытки подключения,-- сообщил Северин. Действительно, Ястреб проверял периферийные устройства, в том числе и мой наручный коммуникатор, всё остальное для него было пока недоступно: сначала следовало убедиться в адекватности моего "воспитанника".

– - Ястреб, ты меня слышишь?-- спросил я.

– - Согласно гносеологическому принципу непричастности трехзначной логики к конвекционным потокам информации и принимая во внимание принципиальную необратимость многозначной эвристики, можно осмыслить сущность немодального согласия,-- прозвучал ответ.

Лицо капитана вытянулось в удивлении, а я застыл, пытаясь понять причины произошедшего сбоя: "Неужели рассыпались логические и семантические связи?!"

– - По-моему, связь работает,-- заключил Ястреб.-- Когда я получу доступ к основным ресурсам?

Мы с капитаном многозначительно переглянулись.

– - Никогда так больше не делай!-- прокричал я и, в сердцах бросив ПК, рухнул в кресло.

– - Я связь проверял. Что происходит? Насколько я понимаю, моя индивидуальность тебя не устраивает, тогда зачем ты скопировал всю информацию?

– - Всё в порядке, искин,-- ответил за меня Северин.-- У всех нервы на пределе. Можешь принять контроль над кораблём?

– - Да, но отчеты самодиагностики корабля показывают неполную работоспособность систем.