Чтение онлайн

XXXI. Иосиф-Афронит, узнав об этом (т. е. о резне. — Р. Б.), направляет повозку в другую сторону, [делая вид] будто едет в Сирию, и когда приблизились к нему сарацины, сказал, что они идут пасти животных и варить сыр. Агаряне, получив такой ответ, оставили их в покое и ушли [111] . Иосиф-Афронит, пользуясь удобным случаем, побежал вместе со всеми своими от этого места и пришел в селение Эписпарис, не раз упоминавшееся [нами], где был с радостью встречен его жителями [112] . Все, зажегши лампады, с большой честью встречают его, достойного большого нечестия, как будто он был учеником Христа. Узнав об этом некий благочестивый муж из местных архонтов, по имени Крикорахес [113] , во главе многих воинов окружил дом, где остановился ученик Мани. Ему удалось схватить его учеников, но сам [Иосиф] убежал во Фригию, а оттуда <345> в Антиохию Писидийскую. Он также, будучи подвижником этого зла тридцать лет, говорил своим ученикам, что сам он — ученик апостола Павла, Эпафродит, и что он послан к ним [Павлом]. Но вернее назвать его Афронитом [114] , ибо он был совсем неграмотен и непричастен к благоразумию. [Своим] коварным злом сделав многих достойными вечного наказания, он кончил свою жизнь там в местности, называемой Хортокопион [115] . Еще при его жизни одна из его учениц в Армении имела от незаконной связи с одним из его учеников, как говорят, евреем, сына — известного злодейством, низкого Ваана. Этот Ваан и наследует Афрониту и становится учителем зла, а ересь, полную всякой нечисти, он хранил цельной, как ее получил от прежних [ересиархов ]. И много безумных привел он к окончательной погибели.

XXXII. Через некоторое время выступает еще один противник истины из города Тавии [116] . Вблизи него есть селение, называемое Анния, в котором жил некий муж по имени Дриин. Он имел сына, называемого Сергий, поборника дьявола. Сергия, превратившего многих людей из овец в волков и с их помощью разогнавшего паству Христа; Сергия, страшного волка, в овечьей шкуре коварно притворившегося добродетельным и таким путем обманувшего многих людей; Сергия, врага креста Христова, [Сергия], уст безбожия, обидчика богоматери и всех святых; Сергия, врага апостолов Христа, ненавидившего пророков, искажавшего святое писание-и обратившегося к мифам и лжи; Сергия, ненавистника Христа, врага церкви, презревшего сына божьего, осквернявшего кровь завета и хулящего дух милости: Сергия, считавшего себя Параклитом [117] , назвавшего себя Тихиком [118] , которому ученики его поклонялись как святому духу; Сергия, любимца тьмы, назвавшего себя сияющей звездой. Почему же я продолжаю говорить и не заключаю своего слова скорее? Я же знаю, что не хватило бы всего века должным образом рассказывающему о его злости. Этот Сергий еще в молодости беседует с одной женщиной манихеянкой и, будучи обманутым ею, становится предтечей антихриста. Надо же, чтобы учителя самой противной ереси происходили или от сарацинов, или от арабов, или были рождены от блуда, или введены женщинами в заблуждение.

XXXIII. Расскажем о нем немного, чтобы не думали, что напрасно обвиняем его. Прежде всего скажем о том, как этот несчастный примкнул к ереси, затем приведем отрывки из его изречений, чтобы показать вам, каков он, вернее, каким он был, этот несчастнейший. Будучи еще молодым, он, как уже сказано, встретился с некой бесстыдной женщиной-манихеянкой. Эта ученица дьявола, будучи лукавой и коварной, говорит ему: «Я слышала о тебе, господин [мой] Сергий, что ты очень грамотный, образованный и во всех отношениях добрый человек. Скажи же мне, почему не читаешь святые евангелия?» Сергий легко поддался обману ее слов; более того, не имея представления о скрытом в ней яде зла, он ответил: «Неудобно читать их нам, светским лицам, а [надлежит] только священникам». Она говорит ему: «Это не так, как ты думаешь; у бога нет лицеприятия, ибо „господь хочет, чтобы все спаслись и достигли познания истины“ [119] . Но так как ваши священники торгуют божьим словом и скрывают находившиеся в евангелиях таинства, то они не читают вам все, что там написано, так, чтобы вы поняли. Одно читают, другое нет, чтобы вы не достигли познания истины. Ибо в них написано: „Некоторые скажут в тот день: господи, господи, не твоим ли именем мы бесов изгоняли и многие чудеса творили?“ [120] . А царь [небесный], отвечая, скажет им: „Аминь, аминь, говорю вам, что не знаю вас“ [121] . Ищи и увидишь, не написано ли так. Кто они такие, которым господь скажет: „Не знаю вас“?» <346> А безрассуднейший [Сергий], будучи невежественным, удивленно молчал.

XXXIV. Евангельское изречение надо так понять. И сегодня можно найти таких христиан, которые думают, что живут благочестиво. Они знают, что с помощью волшебства можно часто изгонять бесов, лечить болезни и страсти, как это делали в прошлом сыны Скевы или так называемые заклинатели. О них написано в Деяниях апостолов, что они, заклиная бесноватых, говорили: «Заклинаем вас Христом, которого проповедует Павел, выходите вон от людей» [122] . И бесы, испуганные упоминанием Христа, были изгнаны. Некоторые так поступают и теперь и не ведают, что из-за волшебства они лишаются своего спасения. Они воскликнут в тот день: «Господи, господи, не твоим, ли именем мы бесов изгоняли и многие чудеса творили?». А господь ответит им: «Аминь, аминь, говорю вам, что не знаю вас». Есть и такие люди, которые хотя и вступили в монашество и жили безукоризненно, но из-за своего неумения и невежества примкнули к ересям и поэтому не обретут небесного царства. И чтобы в тот день справедливый судья не остался в чем-нибудь в долгу перед ними, они здесь получают дар исцеления, чтобы когда станут восклицать: «Господи, господи, не твоим ли именем мы многие чудеса творили?», услышали [в ответ]: «Друг! Я не обижаю тебя; ты получил свое в своей жизни, ныне возьми свое и пойди!» [123] .

XXXV. Сергий, не зная этого и тому подобного, ищет в евангелиях и, находя изречения, о которых говорила несчастная, спрашивает ее: «Скажи мне, относительно кого сказал это господь?» Она тогда не ответила, но спросила: «О ком сказал господь: „Многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в царстве небесном. А сыны царства извержены будут во тьму внешнюю“?» [124] . Кто они такие «сыны царства?». [Сергий], не зная, не мог ответить, что речь идет об израильтянах, которых касается усыновление, и служение, и обещание (ибо Христос израильтян называет детьми — так сам он сказал ханаанянке: «Не хорошо взять хлеб у детей» [125] . Но они были изгнаны, потому что распяли его). Несчастный Сергий был незнаком с этим и, думая, что эта неистовая является вождем спасения, начал спрашивать ее подробно об уже сказанном. Она же, у которой уста были похожи на открытую могилу, будучи вождем погибели, начала возводить хулу на святых, говоря: «Сыны царства — это твои святые, которые изгоняют бесов и исцеляют страсти людей, которых ты, покинув живого и бессмертного господа, почитаешь как богов. Они и услышат в тот день из уст справедливого судьи: „Я никогда не знал вас“». Таким образом, она прочитав с начала до конца все написанное в евангелиях и искажая смысл каждого слова, так как видела, что он уступает, через короткое время сделала из него орудие дьявола. И она сама точила против человечества страшную стрелу, [равной] которой не было ни у кого [из живших] до него. Ибо выступавшие до него, хотя и особо выделялись в своих зловонных нечистотах разврата гнусными, постыдными делами и богохульством, но люди их избегали, и все гнушались их; поэтому число обманываемых ими было незначительно. Этот же, отбросив их мерзости и многие распутства, принял всю хулу как спасительные догмы. Он коварно приписал себе некоторые добродетели, скрывая под личиной благочестия волка в овечьей шкуре. Отказавшись от силы благочестия, он несведущим показался замечательным вождем спасения. Зло уподобляется благочестию, а плевелы стремятся считаться пшеницей. Такими уловками до сих пор обманывают неустойчивых. Да будем мы спасены от их злобных уловок молитвами и предстательством пречистой и пресвятой владычицы нашей, настоящей и истинной <347> богоматери и присно девы Марии и всех святых. Если даже этих несчастных предадут окончательной гибели, они не откроют свою великую тайну — отрицание бога.

XXXVI. Поборник дьявола Сергий, обучившись у пагубной женщины ереси и думая, что все люди, верующие в нашу настоящую, чистую и благочестивую веру истинных христиан, близки к гибели, выступает с сатанинским рвением и становится новым проповедником заблуждения. Назвав себя Тихиком, упомянутым в посланиях апостола Павла, он всем говорил, что он ученик апостола и что послан им (т. е. Павлом. — Р. Б.) проповедовать. Но проповедовал он не слово божье, а гибельное заблуждение. Он неутомимо скитался по всем городам и странам, в которых за восемьсот лет апостол проповедовал слово истины, и, отвращая многих от православной веры, принес их дьяволу. Об этом он пишет в одном из своих посланий: «С востока до запада и с севера до юга я путешествовал пешком, проповедуя евангелие Христа, и устал». Он действовал целых тридцать четыре года со времен Ирины Августы [126] до [времен] царя Феофила [127] и подготовил нынешнее восстание [128] , которое предсказал апостол Павел фессалоникийцам [129] и которым заразилась большая часть церкви христовой. Одних он лишал преходящей жизни, лишив их имущества и убив преждевременно, других, следовавших за его гнусностями, лишал и вечной жизни; многих супругов он разводил и дал своим ученикам осквернить их ложе; многих младенцев с помощью своих учеников оторвал от материнской груди и одних умертвил, а других, лишив их родителей и отторгнув от живого бога, спасавшего всех своей кровью, продал агарянам; много красивых юношей и девушек единородных, разлучая с родителями, отдал варварам в рабство; он сослал в чужие страны родственников и друзей, многих братьев и сестер, разобщая их и лишая имущества, и стон и плач их поднимается до небесных врат. Многих монахов и монахинь, посвятивших свою девственность Христу, он испортил с помощью своих учеников и, отторгая их от монашеской жизни, отдалил от бога. Много священников и левитов он оторвал от православной веры и, сделав их из овец дикими зверьми, сотворил людоедов. Многих он умертвил в оковах и темницах, а иных из богатых сделал бедными. Стоит ли поклоняться ему, причине стольких бедствий, как Параклиту? Ибо его ученики, молясь его именем, говорят: «Пусть молитва святого духа помилует нас».

XXXVII. [Сергий] говорит: «Я неповинен в этих бедствиях, ибо неоднократно предлагал им прекратить пленение ромеев, но они не послушали меня». Но как ты выставляешь себя невиновным? Если они не слушали тебя, то почему ты согласился быть вместе с непослушным народом, которым ты не был в состоянии править? Почему жил с ними до конца [твоей] жизни? Если ты проповедывал им путь Христа, почему не учил их и следующему, сказанному господом: «Когда же будут знать вас из этого города, бегите в другой»? [130] . Я могу осудить тебя твоими же собственными изречениями. Ты писал [своим ученикам] в Колонии следующее: «Увидев доказательство вашей веры [131] , напоминаем вам, что как прежние церкви приняли пастырей и учителей (перечисляет Константина и остальных), так и вы приняли светлую лампаду, сияющую, как светильник, звезду и проводникам, спасению, согласно написанному: „если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло“ [132] . О, ты, несчастнейший, полный всякого беззакония, если ты, как говоришь, ученик Павла, почему ты не берешь примера со своего учителя? Он себя называл негоднейшим человеком, выкидышем и самым малым из апостолов. А ты, сотворивший столько зла и ничего доброго, проявляешь более чем фарисейскую надменность? Ты не читал изречение, которое гласит, что ничтожен тот, кто <348> сам себя хвалит [133] , даже если он говорит правду? Как ты, целиком темный умом и разумом, ложно счел себя сияющей, словно светильник, звездой». светлой лампадой, проводником к спасению? Ты, безумный и тупой, погубивший множество человеческих душ, вообразил себя оком тела церкви божьей? Несчастный, как ты, будучи слепым, стал для других проводником к спасению? Ты не читал, что «если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму»? [134] Какой из твоих добродетелей можно завидовать? Что кричишь: «Подражайте мне [135] и храните предания, которые получили от меня»? Плод твоей веры и проповеди породил большое нечестие. Пока твои ученики не были знакомы с тобой, они были овцами, а теперь, познакомившись с тобой, вернее после того, как ты познакомился с ними, превратились в зверей-людоедов. И дальше он (Сергий. — Р. Б.) говорит: «Да не обольстит вас никто никак [136] . Имея от бога этот обет, крепитесь. Мы, будучи уверены в ваших сердцах, пишем вам, что привратник, добрый пастырь, вождь тела христова и светильник дома [137] божьего — эmo я. Я с вами все время до конца века, ибо, хотя и отсутствую телом, но духом нахожусь с вами [138] . Итак, радуйтесь, усовершайтесь и бог мира будет с вами» [139] .

XXXVIII. О ты, враг истины, сын дьявола и творец всякого злодеяния! Как ты дерзнул говорить такие вещи, равняя себя с богом? Вознесшийся унизится, и пуста слава прославляющего себя. А хулящему святой дух нет прощения ни в настоящем, ни в будущем веке. А ты повинен во всем этом. Затем он говорит: «Добавлю, что церковь Коринфа основал Павел, а Македонии — Силъван и Тит» (Македонией он считает Кибосское сборище, а Константина и Симеона называет Сильваном и Титом). «Ахайскую церковь основал Тимофей» (он имеет в виду Мананалис, а Гегнесия, истинного Фимофея, называет Тимофеем). «Церкви филиппийцев служил Эпафродит» (он имеет в виду незаконнорожденного Иосифа козопаса, истинного Афронита, а его учеников называет филиппийцами). «В церквах лаодикийцев, ефесян и колоссян проповедывал Тихик» (колоссянами он называет [жителей ] Аргауса, ефесянами — [еретиков ] Мопсуестии, а лаодикийцами — псов-жителей Собачьего места [140] ). Об этих всех он говорит, что три [последние церкви ] составляют одно целое и они все представлены только одним Тихиком [141] . Видишь, как он выдает себя за учителя в сборищах антихриста, каковым он, с целью обмануть многих, безрассудно и столь глупо дает имена церквей Христа, упомянутых в посланиях Апостола и получивших свои наименования очень давно.

XXXIX. Скажи мне, клеветник обвинитель истины, как мог апостол Павел основать только церковь Коринфа, когда он проповедовал на всем протяжении от Иерусалима до Иллирии? И если упомянутые тобой [ересиархи] были учениками Павла, каким образом и где учились они у него, если они родились спустя восемьсот лет после него? Как ты [смеешь ] бороться против истины? Как не краснеешь, обманув столько народа ложными изречениями и наименованиями? Почему человеческую славу ты предпочел божьей и призываешь всех, чтобы приняли тебя как апостола Христа? Ты говоришь Льву Монтанисту: «А ты держи себя прилично-и перестань раздроблять непоколебимую веру. Какое у тебя обвинение против нас? Ты не можешь сказать, что я корыстолюбив или высокомерен по отношению к кому-нибудь. Если и скажешь, твое свидетельство ложно, но я не стану ненавидеть тебя, а только призываю тебя, чтобы подобно тому, как я принял четырех апостолов и пророков [142] , ты бы тоже принял пастырей и учителей, чтобы не стал жертвой зверей» [143] . В другом месте ты сказал: «Первый блуд, который мы приобрели<349> от Адама, — благодеяние, но второй — это самый большой блуд, о котором говорит [Павел]: ,Блудник грешит против собственного тела» [144] . Ты добавляешь: «Мы — тело христово, и тот, кто отрекается от преданий тела христова, то есть от моих, грешит, ибо прибегает к поучающим иному и не верует здравым словами [145] . Скажи ты, защитник нечестия, каким образом стал благодеянием блуд, когда сам блудник осуждает его после совершения поступка и все боговдохновенные писания его укоряют? Как ты дерзнул своим бесстыдным равнодушием упразднить изречение господа, которые даже в [нечистом] взгляде видят прелюбодеяние? Он (т. е. Христос. — Р. Б.) говорит: „Взглянувший на женщину с вожделением …“ и т. д. [146] А ты хочешь подтвердить свои изречения, воздействуя на тщеславие людей, чтобы привлечь к себе раболепных и распутных, и говоришь им, что они блудят лишь тогда, когда избегают тебя. Кому же следует верить — говорящим истину или тебе, заблудшему и врагу истины?».

XL. Мы, выбрав некоторые из его богохульств, привели их здесь для осуждения его и его учеников, чтобы показать обильное коварство его сердца, «ибо от избытка сердца говорят уста» [147] . Пусть никто не думает, что между ересями, проповеданными Сергием и Мани, существует какое-нибудь различие. Обе они одно и то же. Когда начал проповедовать Сергий, желая собрать вокруг себя много учеников, отнимая их ют церкви Христа, дважды и трижды он лично противостал Ваану [148] , нечистому ученику и своему единомышленнику. Притворившись благочестивым, [Сергий] начал при всех осуждать его [149] не за веру [150] , а за неуместность его беззаконной деятельности. Ваан отвечает ему: «Ты только что появился и не увидел никого из наших учителей и не был ни с кем. А я ученик владыки Эпафродита и с самого начала проповедую так, как он меня научил» [151] . Сергий, гнушавшийся зловонной грязи его [учения], которое проповедовал [Ваан], посрамив его лично, разделил ересь на две части. Тех, кто остался с Вааном, он назвал ваниотами, а тот назвал сергиотами учеников Сергия. После смерти Сергия его ученики, не будучи в силах переносить позор и порицание, которое встречали у всех [из-за ваниотов ], чтобы очистить себя от их порицания, начали убивать ваниотов. Но один из синекдемов [152] Сергия по имени Феодот сказал им: «Нет повода для распри между вами и этими людьми, ибо у всех нас до появления нашего учителя была одна и та же вера». После этого они перестали убивать [друг друга].

XLI. Благочестивый царь Михаил Авва [153] и воцарившийся после него Лев [154] , увидев, что значительная часть христиан заразилась от этой ереси, послали [приказ ] по всем местам Ромейского государства убивать всех приверженцев этой гнусной ереси. Приказ царя был получен в [феме] Армениак неокесарййским епископом Фомой и экзархом Паракондакесом [155] . И согласно царскому повелению, они убивали достойных смерти и вождей погибели. Но потом некоторые ученики Сергия, называемые «астаты» [156] , путем измены и коварства убили экзарха, а кинохориты [157] в свою очередь — митрополита Фому. После этого астаты бежали в Мелитену [158] . Эмиром тамошних сарацин тогда был Монохерарес [159] . Астаты, получив от него Аргаус [160] , поселились там. Итак, собравшись со всех сторон, они начали учинять набеги на Романию. Сергий, прожив вместе со своими учениками некоторое время в Аргаусе, потом, по праведному суду божьему, как рассекавший церковь божью, был убит и низвергнут в огонь вечный. Цанион [161] , который был из крепости Никополя, встретив его на горе, [находящейся] выше Аргауса, в то время, когда он (т. е. Сергий. — Р. Б.) изготовлял доски, <350> вырвал из его рук топор и, ударив, убил его. Таким образом, последний и худший из всех ушел из этой жизни в шесть тысяч триста третьем году от сотворения мира [162] . Его самыми близкими учениками были Михаил, Канакарес и Иоанн Аорат — трое μιερεις [163] , также упомянутый Феодот, Василий [164] , Зосим и много других. Эти ученики, как некоторые [uepsis, называющиеся у них синекдемами [165] , и весь народ, собранный в Аргаусе, испорченные проповедью Сергия и прежних [еретиков ], после смерти своего учителя Сергия остались все равными [между собой] и больше не провозглашали никого, как раньше, учителем, но все были равны. У них есть также μιερεις низкого звания, которых они зовут нотариями.