Чтение онлайн

– Понятно. Ну так вот, в начале письма нужно сделать стандартную шапку. На пример:

2 Clan field Rd

Brad Ford BD12 4FG

3rd May 2017

Далее мы должны указать… - И бла-бла-бла. Преподаватель “очень” внимательно слушал моё разъяснение, периодически отпуская всякие пошлости на китайском. Желание ответить ему увеличивалось с каждой фразой. Вот правильно говорят: “Начинать учить язык нужно с мата, чтобы понимать хвалят тебя или ругают”. В моём случае хотят поиметь… И с чего это он решил, что я такая пластичная для всех его поз? Да я занимаюсь йогой, но эту камасутру пусть с кем-то другим в реальность воплощает.

– И если мы не знаем кому адресуем письмо, то заканчиваем его фразой Yours fauthfully и подпись; а если знаем адресата, то фразой Yours sincerely и подпись.

– Ну что ж, Анна. Довольно не плохо садитесь.

– ,?(А как же все обещанные вами приключения, профессор?)

Надо было видеть его лицо. Аполлоныч аж побледнел, потом посинел, а потом покраснел от злости!

– Прокофьева! Останешься после пары!

– ,. (Как прикажете, мой господин.)

После такого смелого ответа на место я шла на полусогнутых ногах. Почему утром мой мозг работает медленнее моего языка? Вот что теперь делать?

– Аня, ты чё ему там сказала?

– Маша, вот оно тебе надо? Опять глупость сморозила. Очень большую глупость.

– Ты же говорила, что не знаешь китайский.

– Я говорила, что больше не хочу его изучать. Про то, что его не знаю, я ничего не говорила.

– Понятно. Знаешь, я ещё не видела людей с целой самооценкой, которые оставались после пары с Аполлонычем.

– Я тоже.

– Буду молиться за тебя, заблудшая душа.

– Сюминь.

****

После пары попытка ускользнуть с остальными студентами успехом не увенчалась. Меня нагло вытащили из общего потока и усадили за преподавательский стол. Он спокойно дождался, пока уйдёт последний студент, и спокойно закрыл дверь на ключ. Ой что-то мне это совсем не нравится! Ну вот совсем.

– Александр Сергеевич, я правда очень виновата, что опоздала на пару, но моему коту было плохо, и мне пришлось везти его к ветеринару.
– Да простит меня Симон за столь наглую ложь.
– А потом эти пробки. Я правда… - А вот договорить мне не дали. Эта падла меня поцеловала! Ну вот же скотина! Очень обаятельная скотина. Я даже не заметила, как стала отвечать ему. И тем более я не заметила, как его руки по-хозяйски оглаживали моё тело, ласкали бёдра, как он стянул с меня одежду и стал спускаться поцелуями все ниже и ниже. Я совсем не заметила, как сняла с него его любимую тёмно-синюю рубашку, я даже не поняла когда он начал входить в меня, как фамильярно он шептал моё имя, когда вколачивал меня в этот злосчастный стол. Я совсем не понимаю, когда стала выкрикивать его имя. Ну вот совсем не понимаю, как всё это произошло. Очнулась я закутанная в его пиджак на заднем сидении его автомобиля.

– Александр Сергеевич, а что происходит?

– Ну как вам сказать, Анна Николаевна? Думаю, сейчас мы едем ко мне домой.

– А зачем?

– Аня, вот не строй из себя блондинку. Тебе не идёт.

– Александр Сергеевич, но я действительно не понимаю, что происходит.

– Для начала можно просто Саша. После того, что между нами произошло, будет странно называть меня Александром Сергеевичем.

– Хорошо… Саша, - и почему мне так тепло от того, что я назвала его по имени?
– Но действительно что мы будем у тебя делать?

– Ну для начала попьём чай и поговорим, а дальше как пойдёт.

– Понятно.
– Ну вот. Теперь сижу как дура с идиотской улыбкой на пол лица.

****

3 года спустя…

– Вот скажи мне, Прокофьева, а к чему всё-таки был тот цирк с берцами?

– Во-первых, уже месяц как Волкова; а во-вторых, это реально была единственная чистая обувь.

– Не верю!

– Ну и не верь, Станиславский.

– Эй!

– Что “эй”, Волков? Что на ужин хочешь?

– Пофиг.

– Тогда рыбу.

– Только не её.

– Ну, я подумаю.

– Ну, Аня!

– Для вас, Александр Сергеевич, я Анна Николаевна.

– Ты опять?

– (Естественно.)