Чтение онлайн

Твоя шифровка проникнута глубоким недоверием ко мне, как большевику и человеку, что принимаю, как самое серьезное партийное предостережение для всей моей дальнейшей работы, где бы я ни работал. Постараюсь делом заслужить твое доверие, в котором каждый честный большевик видит не просто личное доверие, а доверие партии, которое мне дороже моей жизни.

Молотов» [1095] .

Но, видимо, унизительное письмо Молотова мало повлияло на Сталина. Он счел необходимым расширить фронт атаки уже не только на одного Молотова, но и на других, в частности Микояна. В телеграмме указанной четверке он обвинял их в том, что они проявляют недопустимую уступчивость и либерализм в отношениях с США и Англией. Сталин подчеркивал, что одно время «Вы поддались нажиму и запугиванию со стороны США, стали колебаться, приняли либеральный курс в отношении иностранных корреспондентов и выдали свое собственное правительство на поругание этим корреспондентам, рассчитывая умилостивить этим США и Англию. Ваш расчет был, кончено, наивным. Я боялся, что этим либерализмом Вы сорвете нашу политику стойкости и тем подведете наше государство. Именно в это время вся заграничная печать кричала, что русские не выдержали, они уступили и пойдут на дальнейшие уступки. Но случай помог Вам, и Вы вовремя повернули к политике стойкости. Очевидно, что, имея дело с такими партнерами, как США и Англия, мы не можем добиться чего-либо серьезного, если начнем поддаваться запугиваниям, если проявим колебания. Чтобы добиться чего-либо от таких партнеров, нужно вооружиться политикой стойкости и выдержки» [1096] .

Упреки, как говорится, более чем серьезные. И они носили не характер кратковременной вспышки, а скорее, обдуманного долгосрочного хода, нацеленного на дискредитацию Молотова. Отнюдь неспроста он напомнит ему впоследствии на пленуме ЦК в октябре 1952 года об этом эпизоде.

Обвинения коснулись и Микояна. Он был обвинен в неправильном расходовании хлебных ресурсов. В душе считая это обвинение необоснованным и несправедливым, А. Микоян тем не менее написал 4 октября 1946 г. покаянное письмо Сталину, где говорилось:

«Конечно, я, да и другие, не могут ставить вопросы так, как это Вы умеете.

Приложу все силы, чтобы научиться у Вас работать по-настоящему.

Сделаю все, чтобы извлечь нужные уроки из Вашей суровой критики, чтобы она пошла на пользу мне в дальнейшей работе под Вашим отцовским руководством.

Ваш А. Микоян» [1097] .

Но это не помогло. 15 октября 1946 г. было принято постановление ПБ, в котором говорилось: «Никакого доверия не оказывать в этом деле т. Микояну, который благодаря своей бесхарактерности расплодил воров вокруг дела снабжения» [1098] .

Одновременно Сталин проводит так называемое омоложение или оздоровление высших партийных органов. 18 марта 1946 г. пленум ЦК принимает постановление, в котором определялся состав Политбюро, Оргбюро и Секретариата ЦК. Состав был дополнен следующими лицами:

Пополнить состав членов Политбюро т.т. Берия Л.П. и Маленковым Г.М.

Пополнить состав кандидатов в члены Политбюро т.т. Булганиным Н.А. и Косыгиным А.Н.

О составе Секретариата ЦК

Утвердить Секретарями ЦК ВКП(б) т.т. Сталина И.В., Маленкова Г.М., Жданова А.А., Кузнецова А.А. и Попова Г.М.

О составе Оргбюро ЦК

Утвердить Оргбюро ЦК в следующем составе:

т.т. Сталин И.В., Маленков Г.М., Жданов А.А., Кузнецов А.А., Попов Г.М., Булганин Н.А., Михайлов Н.А., Мехлис Л.З., Патоличев Н.С., Андрианов В.М., Александров Г.Ф., Шаталин Н.Н., Кузнецов В.В., Родионов М.И., Суслов М.А. [1099]

Почти одновременно Сталин проводит чистку МГБ, во главе которого стоял человек Берии В.Н. Меркулов, во время войны работавший начальником «СМЕРШ»; в мае 1946 г. он был освобожден от обязанностей министра. При проверке, как отмечало Политбюро, выяснилось, что чекистская работа в Министерстве велась неудовлетворительно, что бывший министр Госбезопасности т. Меркулов скрывал от Цека факты о крупнейших недочетах в работе Министерства и о том, что в ряде иностранных государств разведывательная работа Министерства оказалась проваленной. Ввиду этого Пленум ЦК ВКП(б) постановляет: вывести из состава членов ЦК и перевести в кандидаты. Министром госбезопасности был назначен В.С. Абакумов – человек отнюдь не Берии [1100] .

Само министерство, прежде всего его руководящие кадры, подверглись серьезной перетряске. Важным элементом чистки в МГБ стало освобождение Берия от обязанностей наблюдения за работой этого министерства и возложение этих обязанностей на секретаря ЦК А. Кузнецова в сентябре 1947 года [1101] .

Одновременно Сталин вновь возвратился к практике фабрикации судебных дел против тех или иных работников. Очевидно, он полагал, что вожжи нельзя слишком отпускать, и нужно, чтобы окружающие его соратники, а также военные находились в состоянии повышенной тревоги. Так, по фальшивой информации своего сына Василия вождь отдал распоряжение о расследовании так называемого дела авиаторов. В апреле 1946 г. Абакумов и подчиненные ему следственные работники этого же управления Лихачев и Комаров сфабриковали материалы о том, что бывший нарком авиационной промышленности Шахурин А.И., бывший командующий военно-воздушными силами Советской Армии Новиков А.А. и ряд других лиц, связанных с авиационной промышленностью и авиацией, якобы умышленно наносили вред военно-воздушным силам Советской Армии, поставляя на вооружение самолеты и моторы с большим браком или серьезными конструктивными и производственными недоделками.

На основании сфальсифицированных материалов Абакумов направил И.В. Сталину ложную информацию, в которой извратил действительное положение с выпуском и поставкой военно-воздушным силам Советской Армии самолетов и моторов, оклеветал вышеперечисленных лиц, создав версию о том, что якобы в результате их преступного сговора в частях военно-воздушных сил Советской Армии происходило большое количество аварий и катастроф.

Добившись на основании этих ложных материалов ареста Шахурина, Новикова, и других лиц путем применения к арестованным извращенных методов следствия, Абакумов совместно со своими подчиненными из следственного управления МГБ Лихачевым и Комаровым вынудил их подписать сфабрикованные самими же следователями «протоколы допросов», содержащие «признания» о том, Что они проводили вражескую работу.

В ходе следствия по этому делу Абакумов, в целях подтверждения вымышленных им же самим обвинений против перечисленных выше лиц, направлял в адрес И.В. Сталина ложные информации, в которых изображал отдельные недостатки, связанные с организацией серийного производства новых типов самолетов и моторов, как результат, якобы имевшей место сознательной антигосударственной деятельности арестованных им по настоящему делу лиц [1102] .

Дело авиаторов непосредственно затрагивало и Г. Маленкова. 4 мая 1946 г. Политбюро вынесло следующее постановление:

1. Установить, что т. Маленков, как шеф над авиационной промышленностью и по приемке самолетов – над военно-воздушными силами, морально отвечает за те безобразия, которые вскрыты в работе этих ведомств (выпуск и приемка недоброкачественных самолетов), что он, зная об этих безобразиях, не сигнализировал о них ЦК ВКП(б).

2. Признать необходимым вывести т. Маленкова из состава Секретариата ЦК ВКП(б) [1103] .

Его удаляют из секретариата ЦК, некоторое время он находится под домашним арестом, а потом Сталин решает послать его на хлебозаготовки в Сибирь (1946 год был голодный год, и вопрос о сборе урожая стоял необычайно остро). Маленков пока остается в должности зам. председателя Совета Министров, но до конца 1947 года он устранен от работы в ЦК. Уже в 1948 году Маленков быстро восстанавливает свои позиции в партийной иерархии: в июле 1948 года он вновь становится секретарем ЦК и возглавляет Оргбюро [1104] .

Отнюдь не случайно, что уже в июне 1953 года Президиум ЦК чуть ли не одним из первых дел, подлежащих реабилитации, рассмотрел дело авиаторов и признал, что проверкой также установлено, что Абакумов совместно с Лихачевым и Комаровым, встав на преступный путь обмана партии и правительства, довел арестованных Шахурина, Новикова и других лиц до состояния физической и моральной депрессии и, воспользовавшись этим, принудил их подписать сочиненные им же самим заявления на имя И.В. Сталина, в которых возводилась клевета на тов. Маленкова Г.М., шефствовавшего во время Великой Отечественной войны над авиационной промышленностью, в том, что он, якобы, зная о недостатках в производстве самолетов и моторов, не сигнализировал о них ЦК ВКП(б).

На основе сфабрикованных Абакумовым ложных материалов Военной Коллегией Верховного Суда СССР Шахурин, Новиков и ряд других лиц в 1946 г. были осуждены к лишению свободы на разные сроки.

Постановлением Президиума дело было прекращено и осужденные по нему полностью реабилитированы [1105] .

Но делом авиаторов Сталин не ограничился. В 1947 году репрессиям подверглись также руководители ВМФ СССР Н.Г. Кузнецов (заместитель министра вооруженных сил и главнокомандующий ВМС), заместитель главкома ВМС адмирал Л.М. Галлер, адмирал В.А. Алафузов и ряд других лиц. Всех их признали виновными и приговорили к различным срокам тюремного заключения. Обвинение было, естественно, липовым – их обвиняли в передаче союзникам во время войны секретной информации. Н. Кузнецова понизили в звании до контр-адмирала и назначили на гораздо более низкую должность.