Чтение онлайн

Примеру Колумбии последовали университет Джонса Гопкинса и другие ведущие учебные заведения США. Немаловажную роль в становлении американской политической науки сыграла книга Д. Берджеса «Политическая наука и сравнительное конституционное право», опубликованная в 1890 г. В 1903 г. была создана Американская ассоциация политических наук, положившая начало множеству подобных ассоциаций в самих США, а несколько позже и в других странах. В том же году начал издаваться журнал «Анналы американской академии политических и социальных наук», с 1906 г. – «Обозрение американской политической науки» («Америкен политикал сайенс ревью»), а с 1939 г. – «Журнал политических исследований» («Джорнел оф политикал стадиз»), которые и в наши дни продолжают играть немаловажную роль в разработке ключевых проблем политической науки.

Формирование социологии и политологии в России шло с некоторым запозданием по сравнению со странами Запада. Этот процесс значительно ускорился после отмены крепостного права, судебной и земской реформ, реформы армии и других преобразований в последние десятилетия XIX в. Эти реформы, которые могли в конечном счете способствовать утверждению начал гражданского общества и правового государства, в огромной степени стимулировали интерес русских обществоведов к проблемам права, конституционализма, истории государственного строительства и т. д.

В конце XIX – начале XX в. были заложены основы русского конституционализма. В данном контексте большое значение имело возрождение интереса к теории естественного права, которая использовалась для обоснования принципов правового государства. Немаловажная заслуга в разработке этих проблем принадлежит Б. Н. Чичерину, который является автором нескольких фундаментальных работ, в их числе 5-томная «История политических учений» (1877), «Очерки философии права» (1901), «О народном представительстве» (1857) и др. Дальнейшую разработку эта проблематика получила в работах И. В. Михайловского, Л. И. Петражицкого и др.

Глава московской школы философии права П. И. Новгородцев принял активное участие в основании конституционно-демократической партии. Его учениками и последователями были И. А. Ильин, Б. П. Вышеславцев, Н. Н. Алексеев и др., внесшие существенный вклад в разработку важнейших проблем политической науки. Некоторые идеи Новгородцева плодотворно развивались С. Л. Франком и С. И. Гессеном. В области философии права значительный вклад внесли Е. Н. Трубецкой, Н. А. Бердяев, В. С. Соловьев. Не случайно П. И. Новгородцев называл В. С. Соловьева «блестящим и выдающимся представителем философии права» и причислял его к «наиболее видным защитникам правовой идеи среди философов истекшего века».

Нельзя не отметить также тот неоценимый вклад, который внес в разработку проблем политической философии, в обоснование принципов конституционализма и в сравнительно-исторический анализ представительных учреждений и форм демократии М. М. Ковалевский. Эти и множество других фактов дают достаточные основания считать, что развитие политической мысли в России шло в том же направлении, что и на Западе. Но в отличие от западных стран в России процесс формирования и институционализации самой политической науки в результате целой череды катаклизмов, захлестнувших страну, оказался прерванным.

Подытоживая все изложенное выше, можно сказать, что последние десятилетия XIX и начало XX в. стали тем периодом, когда окончательно определилось вычленение сферы политического как самостоятельной подсистемы человеческого социума. Именно к этому периоду относятся формирование и утверждение в большинстве промышленно развитых стран важнейших институтов, которые в совокупности составили современную политическую систему в различных ее формах. Речь идет прежде всего о четком разделении властей, утверждении парламента, исполнительной и судебной ветвей как самостоятельных институтов власти, партиях и партийных системах, избирательной системе, государственной службе и др.

Политическая наука как раз и стала дисциплиной, призванной изучать эти институты, феномены и процессы. Следует отметить, что вплоть до первых десятилетий XX в. продолжались споры и дискуссии относительно статуса и параметров политической науки. В трактовке некоторых видных представителей социальных и гуманитарных наук она охватывала политическую философию, право, политическую историю, исследование государственно-правовых и политических институтов и даже политэкономию. Это вполне естественно, если учесть, что одни и те же лица выступали в качестве представителей одновременно нескольких дисциплин.

Например, второй том «Позитивной политики» О. Конта посвящен разработке весьма широкого спектра проблем, таких, как собственность, религия, семья, язык, разделение труда и т. д. Не случайно Р. Арон утверждал, что О. Конт – «контрфилософ в социологии и социолог в философии». В этой связи нелишне напомнить, что полное название этой работы звучит так: «Система позитивной политики, или Социологический трактат об основах религии человечества». Здесь можно согласиться с М. С. Липсетом, который считал, что крупнейшие социологи конца XIX в. в большинстве своем были одновременно политическими социологами или же «социологически мыслящими политологами». Такие социологи конца XIX – начала XX в., как М. Вебер, Э. Дюркгейм, В. Парето, были одновременно политическими философами. Можно сказать, что в тот период между самоутверждавшимися научными дисциплинами развертывалось нечто вроде конкуренции на предмет распределения мест в статусной иерархии.

В июне 1903 г. во французском философском обществе известный психолог Г. Тард сделал доклад, посвященный проблеме классификации наук О. Конта и А. Курно. По словам Тарда, Конт выделил пять фундаментальных наук в следующей последовательности: математика, физика-химия, астрономия, биология, социология. Курно предложил свой перечень: математика, физические науки, биологические науки, науки о духе и политические науки. У одного, как видно, систему замыкала социология, у другого – политические науки. От того, какая из этих систем одержит победу, зависело, какая из двух наук – социология или политология – займет место в иерархии фундаментальных наук наряду с естественными науками, а какая – место просто отдельной дисциплины в рамках данной иерархии. Победила классификация Конта.

Но все же по мере дальнейшего разграничения и утверждения мира политического в современном понимании этого словосочетания с его важнейшими институтами – политическими партиями, парламентаризмом, разделением властей, избирательной системой и т. д. – политическая наука все отчетливее «отпочковывалась» от социологии, политэкономии, истории, юриспруденции. В этом контексте немаловажное значение имела разработка маститыми обществоведами конца XIX – начала XX в. основополагающих политологических концепций и теорий политики и мира политического.

Здесь прежде всего следует назвать М. Вебера, который стал рассматривать политические явления как особые реальности, имеющие собственную логику развития и соответственно собственную историю. Он, в частности, полагал, что политика обусловлена не только производственными отношениями, как у К. Маркса, или разделением труда, как у Э. Дюркгейма, но и в равной степени влиянием административных структур. Большое значение имели сформулированные Вебером концепции бюрократии и плебисцитарно-вождистской демократии. Вслед за К. Марксом и М. Вебером целая плеяда ученых – В. Вильсон, Дж. Брайс, В. Парето, Р. Михельс, Г. Моска – выдвинули собственные теории политического развития.