Чтение онлайн

– Время было, но от страха никто не смог толком описать его. Получилось очень стандартное лицо, без каких-то особых примет и признаков. Но есть еще один признак, Петр, о котором не стоит забывать, – это хорошая специальная подготовка. Вспомни, он альпинист или имеет навыки альпинизма. В квартиру Пименова он попал через окно, спустившись по веревке с крыши. В дом Шарова попал точно так же. С территории участка Шаровых он исчез, перемахнув через забор высотой в два с половиной метра. Это первое. Второе, он к лагерю археологов шел так, что Крячко его чудом заметил. Я специально расспрашивал Стаса, он сказал, что тот шел как опытный разведчик, применялся к местности грамотно. А этот бросок кинжала в свою сторону Стас вообще откровенно проворонил. Причем, обрати внимание, когда Стас крикнул всем стоять, да еще в воздух выстрелил, испугались все, а этот тип только голову в его сторону повернул, секунду потратил на оценку ситуации, а потом принял единственное правильное решение.

– Швырнул в Крячко кинжалом? Ты полагаешь, что это с его стороны было правильным решением?

– Но он же ушел в итоге! Во-первых, преступник оценил ситуацию и понял, что больше никого рядом опасного для него нет. Во-вторых, он сбил прицел Стасу. Попасть в него, наверняка убить он и не старался. Ему было достаточно не дать выстрелить в себя прицельно и скрыться. Что он и сделал. То, что Стас в него попал, – заслуга только самого Стаса. Мы-то с тобой знаем, как он стреляет. А преступник мог только полагать и надеяться. Ну, чуть-чуть его надежды не оправдались, но он все равно ушел. И мы его личность так и не установили. Так что он действовал исключительно правильно.

– Значит, у него специальная подготовка. Думаешь и гадаешь, из какой он области супермен?

– Есть такое, – согласился Лев. – Он не из элитных подразделений ФСБ или «Антитеррора». Тот специалист весь лагерь в одиночку вырезал бы, и ни одна птичка бы не поднялась из гнезда. Скорее всего, он просто бывший контрактник, армейский спецназовец, у которого за плечами участие в боевых действиях. Плюс горная подготовка. Я уточнял, у нас имеется в армии четыре специализированные горные бригады. Есть еще центр переподготовки на Кавказе, через который проходят ежегодно тысячи солдат и офицеров. По самым скромным подсчетам, только из Москвы в такого рода части призываются два раза в год тысячи. И тысячи возвращаются и встают на воинский учет. А есть еще и отпускники, которые приезжают в Москву в отпуск к родственникам. В военкоматах мы будем несколько лет его искать и вычислять, а в итоге выяснится, что он вообще гражданин Беларуси.

– Не забывай, он ранен. С пулевым ранением он обязательно обратится к врачу.

– Это Варя Ягодина обратилась к врачу, – отрицательно покачал головой Лев. – А этот человек обучен всему, даже тому, как раны обрабатывать и лечить подручными средствами. Стас стрелял с десяти метров, пули наверняка прошли навылет.

Гуров удивился бы, если в отделе мобилизационной работы и воинского учета работали люди, не имеющие отношения к армии. Начальник отдела, подполковник в отставке Агапов, был мужчиной видным, с хорошей выправкой. Гражданский пиджак украшали орденские планки, седоватые волосы зачесаны назад. Лицо Агапова тоже было внушительным, властным. Если бы он надел такой же дорогой костюм, как и ректор какого-нибудь института, то за первое лицо вуза сошел бы быстрее настоящего.

– Мне нужна не просто информация, мне важно ваше мнение, Игорь Иванович, – сказал Гуров, предъявив Агапову свое удостоверение.

– Ага, понимаю, – солидно кивнул подполковник и, откашлявшись, добавил: – Я, конечно, с уважением отношусь к нашим органам, только, понимаете, давать вам информацию частным образом никак не могу. Необходимо оформить официальный запрос, и ответим вам со всей добросовестностью и максимально быстро. Я понимаю, что ваше ведомство ерундой не занимается, но и наш отдел тоже, знаете ли, на мобилизационной работе вуза, у нас кадры для нашей армии…

– Игорь Иванович, – снисходительно ответил Гуров. – Вы понимаете, сколько времени пройдет, пока мы будем все согласовывать и утверждать? Наша работа потому и называется оперативно-розыскной, что мы работаем быстро. И потом, вы ведь военный человек, старший офицер, вас армия научила прежде всего принимать решения самостоятельно. Что за командир, который только и ждет указаний сверху, а сам не в состоянии принять правильного решения, когда обстановка в бою меняется с каждым часом.

– Это вы правильно говорите, – солидно кивнул Агапов. – Решение принимать нужно всегда осмысленно и своевременно. На то каждый человек на свое место и поставлен.

– Нам ведь не отчет от вас нужен о вашей работе, нам нужно человека найти, понимаете, – продолжал напирать Лев. – Студент, или сотрудник какой-нибудь кафедры, или преподаватель, может быть, даже сотрудник АХЧ. Я не знаю. Мне известно, что он служил в армии, видимо, долго по контракту. Ему уже под тридцать или около тридцати. Крепкий, плечистый.

– А фамилия его есть? – деловито поинтересовался Агапов.

– Нет, есть только словесный портрет. А еще есть основания полагать, что этот парень служил в спецназе.

– Так есть у нас такой спортсмен! – улыбнулся с довольным видом подполковник. – На всех спартакиадах выступает за наш вуз, построил с другими энтузиастами тренировочный городок для начинающих альпинистов. Он лет пять как к нам пришел после армии, мастер спорта. Его на кафедру физвоспитания взяли, должность какую-то нашли. Личного дела, простите, показать не могу. Эти документы у нас с грифом ДСП. Знаете, что это такое?

– Знаю, – поднялся Лев. – «Для служебного пользования». Спасибо за помощь. Фамилию-то хоть назовете?

– Голубев его фамилия, – посмотрев предварительно по сторонам, ответил Агапов. – Сержант запаса Голубев.

Гуров не особенно рассчитывал застать в разгар лета на кафедре физвоспитания бывшего сержанта. Но была у него одна идея. Проверенная. Не зря он сегодня заезжал в больницу к Крячко, оставил напарнику свой планшет. Вот сейчас он как раз и пригодится.

– Ну, как ты там? – набрав его номер, спросил Лев. – Скучаешь по работе или отдыхаешь?

– Вот взял и разбудил, – бодрым голосом, в котором не было и нотки сна, ответил Крячко. – А мне тут такое снилось… медсестричка… халатик короткий… и со шприцем…

– Мазохист, – усмехнулся Лев. – Слушай, возьми планшет, зайди на сайт института, в котором Ягодина учится. Найди страничку кафедры физвоспитания, там должен быть перечень преподавателей и сотрудников с фотографиями. Посмотри хорошенько на молодого человека по фамилии Голубев. По некоторым параметрам он подходит к личности нашего «мстителя». Потом позвони, а я пока еще кое-что проверю…

Несмотря на середину дня, в парке было малолюдно. На нескольких лавочках сидели молодые мамочки с детьми, бабушки мирно беседовали, пока внуки катались на своих самокатах и трехколесных велосипедах. Две девочки лет двенадцати неумело катились на роликовых коньках, вцепившись руками друг в друга.

Ну, кажется, вот здесь все и началось, подумал Гуров, стоя на аллее парка и озираясь по сторонам. Пойдем-ка мы от обратного. Итак, вот здесь, как показала Ягодина, их остановили Пименов с дружками. Здесь начался разговор, здесь хулиганы прогнали пинками Лопухова. Потом, когда тот ушел, троица подонков совсем потеряла голову от вожделения и собственной безнаказанности. Они схватили девушку и потащили ее вон туда. И Лев пошел в том направлении, куда насильники тащили в ту ночь свою жертву.