Чтение онлайн

Гуров решил, что настаивать дальше будет уже небезопасно, и развел руками.

– Ну что ж, – сказал он со вздохом. – И на том спасибо! Извините, что отнял у вас время, – сами понимаете, начальство требует!..

Он наклонился и принялся подбирать рассыпавшиеся бланки. Сторож посмотрел на него сверху вниз, ничего не сказал и с треском захлопнул дверь. Лязгнул засов.

Гуров сердито запихал бумажки в папку, сложил ее и несколько секунд постоял, прислушиваясь. Дом по-прежнему был погружен в безмолвие. Гуров оценивающе оглядел строительные леса, окна на верхних этажах и, найдя прореху в сетке, пошел прочь.

К вечеру позвонила Екатерина Ивановна Григорьева и сообщила, что выезжает автобусом в Москву и утром уже будет на месте. Она говорила сдержанно, без эмоций, и лишь голос ее звучал безмерно устало. Гуров пожелал ей счастливого пути и, закончив разговор, строго посмотрел на Крячко.

– Завтра Григорьева будет здесь, – сказал он. – Встреча ее со следователем неизбежна. Если Саленко узнает про телефон, наверняка вызовет владельца на допрос. Придет тишайший Борис Иванович Иванов, наврет с три короба, скажет, что произошла ошибка, что у него никогда не было телефона и что он в жизни не слышал фамилии Григорьев, и на этом все кончится, ввиду отсутствия состава преступления. Заниматься этим номером будет предложено нам, но наши с тобой карты уже будут раскрыты. И назавтра этот номер телефона попросту вычеркнут из справочника или передадут какому-нибудь приюту для бездомных животных.

– Куда-то вы клоните, товарищ полковник! – многозначительно произнес Крячко. – Уж не предлагаете ли тряхнуть стариной?

– Почему бы не попробовать? – пожал плечами Гуров. – Я уверен – если мы официальным путем будем добиваться осмотра этого здания, то в конце концов получим аппетитную румяную дырку от бублика, и ничего больше. Собственно, сделай мы всего лишь официальный запрос в комитет по имуществу, дабы выяснить имя владельца, результат будет тот же. Четырехэтажные дома покупают влиятельные и предусмотрительные люди.

– Совершенно с вами согласен, – важно кивнул Крячко. – При этом они оформляют их на имя дальних, но очень недалеких родственников, с которых взятки гладки. Например, на Бориса Ивановича Иванова из какой-нибудь Вятки, который с трудом может связать два слова, потому что родился еще во времена нэпа… Твой прогноз, Лева, обоснован, я считаю. Если идти официальным путем, все так и получится. Если настоящие хозяева телефона не обнаглели вконец, конечно… И еще один вариант, – он смущенно кашлянул. – Я подумал, может, Григорьев что-то напутал? Вдруг он из пальца этот номерок высосал? С потолка взял?

– Не думаю, – мрачно сказал Гуров. – Он его в ночь своей смерти диктовал. Не то время, чтобы дурака валять. Я уверен, телефон подлинный, и пока он – наша единственная зацепка.

– Наверное, ты уже все продумал? – с усмешкой спросил Крячко. – А в твоих планах для меня место имеется? Или я опять в резерве?

– Хотелось бы мне оставить тебя в покое, да боюсь, в одиночку мне не справиться, – серьезно сказал Гуров. – Предлагаю принять участие.

– А если засвечусь? – хитро спросил Крячко.

– Если засветишься, – грозно сказал Гуров, – я тебе сам голову оторву!

Гуров остановил машину в тихом переулке, за квартал от загадочного дома. Погасив огни, они с Крячко еще раз обсудили свои действия.

– Значит, так, – сказал Гуров. – Наша задача – максимум информации, минимум шума. Если же все сорвется, организованно уходим. Думаю, если успеем убраться вовремя, все будет нормально. В машине мы – два опера на задании. Одежду, обувь, перчатки уничтожим. Сожжем в котельной, у меня есть один знакомый истопник – милый человек, никогда трезвым не бывает. Оружие на поражение не применяем! Только чтобы напугать…

Крячко ухмыльнулся. Табельного оружия они с собой не брали – Стас захватил неизвестно у кого изъятый газовый пистолет, переделанный под стрельбу дробовыми патронами. Считать этот пугач оружием он наотрез отказывался.

– Это все понятно, – сказал он Гурову. – Ты лучше объясни мне еще раз, как мы внутрь попадем. Я что-то плохо понял.

– Мне бы самому кто объяснил, – сердито ответил Гуров. – Я этот дом один раз в жизни видел. Предполагаю, что поднимемся по лесам на верхний этаж, а там уж посмотрим по обстоятельствам. Не может быть, чтобы никакой щелочки не нашлось. А леса там хорошие, прочные – из стальных труб.

– Это хорошо, что прочные, – кивнул Стас. – А ты не обратил внимания – на окнах сигнализации там нет? А то вляпаемся, как пацаны.

– Не обратил, – сказал Гуров. – Точнее, просто не видел. Все может быть. Но я надеюсь на то, что дом совсем недавно жилым был – кто же в таком все этажи на сигнализацию будет ставить? Конечно, новые хозяева могли подстраховаться, но тут уж, как говорится, от судьбы не уйдешь!

– Ладно, будем считать, что нет сигнализации! – решительно заявил Крячко. – Сам говоришь, леса стоят, сторож сидит… Значит, ремонт будет. А я так понимаю – сначала ремонт, а потом сигнализация… Ну, пойдем, что ли?

Они заперли машину и пошли. Москва засыпала. Окна окружающих домов погрузились во тьму. Стихал шум бесконечного движения, который наполнял город с утра до вечера. Шаги оперативников, обутых в мягкие кроссовки, были почти неслышными.

Никем не замеченные, они проскользнули в тень сквера и из-за деревьев принялись рассматривать четырехэтажный дом, окруженный строительными лесами. Из-за предохранительной сетки в полумраке он казался огромным бесформенным валуном, покрытым клочьями мха.

– Итак, каждый знает свое место и маневр, – негромко сказал Гуров, натягивая на руки резиновые перчатки, а на голову – вязаную маску. – Надеюсь, ты ничего не забыл – фонарик, инструменты?..

– Обижаешь, начальник, не впервой небось, – самодовольно шепнул Крячко. – Я даже пушку не забыл и патроны. – Он тоже натянул на голову маску с прорезями для глаз.

– Про пушку лучше забудь, – сказал Гуров и махнул рукой.

Держась в тени, они приблизились к дому и нырнули под сетку. Здесь они остановились на секунду и убедились, что все спокойно. Дальше действовали молча, обмениваясь знаками.

Первым на леса вскарабкался Гуров. Поднимаясь с одной секции на другую, он мысленно поблагодарил неизвестных строителей – леса были собраны на совесть. Подъем проходил почти бесшумно.

На уровне третьего этажа Гуров остановился и подождал, пока поднимется Крячко. Они встретились и, балансируя на пружинящих металлических трубах, приступили к осмотру фасада.

Всего с лицевой стороны здания было шесть больших окон – наглухо закрытых, в нестандартных, облупившихся от времени рамах. Оперативники попытались открыть хотя бы одно окно. Попытки окончились неудачей.