Чтение онлайн

– - Слухи о нашем преждевременном возвращении каким-то образом уже распространились, милорд, судя по тому, как успели подготовиться к нему ваши подданные,-- взгляните на их наряды,-- задумчиво произнес маршал, окидывая взглядом ряды горожан и время от времени кивая какому-нибудь знатному господину или его розовощекой жене.-- Или курьер, которого мы послали к Своретте, проболтался, или мастер шпионажа постарался через своих агентов сделать это известие достоянием общественности.

– - Может быть. Только сам мастер шпионажа оказался слишком застенчивым, раз не встретил нас лично у главных ворот,-отозвался барон, не глядя на Дарвальда и продолжая осматривать толпы встречающих.-- Но честно говоря, нет ничего плохого в том, что мои подданные приветствуют меня. Я остановлюсь на центральной площади, чтобы сообщить им об удачном походе и нашем решительном ударе по мятежникам.

– - Может быть, не стоит слишком много говорить об этом, милорд,-- сказал Дарвальд, и горькая улыбка появилась на его лице.-- Ведь в конце концов, это было всего лишь небольшой стычкой, а не крупным сражением с вооруженными силами мятежников.

Барон нахмурился и покосился на Дарвальда.

– - А как вы объясните, что двое наших солдат были убиты мечом? Значит, в этой деревне были вооруженные организаторы мятежа! После победа мы насчитали семьдесят восемь тел уничтоженных нами врагов, и если бы мы не застали их врасплох, то потерь с нашей стороны могло бы быть намного больше. Нет, это была великолепная победа!

Конан, чье внимание было сосредоточено на управлении колесницей, тем не менее начал прислушиваться к разговору. Он еще не очень хорошо справлялся с норовистыми лошадьми, и колесница иногда начинала петлять. К тому же он теперь уже невольно ожидал нового покушения на себя, и время от времени нетерпеливо и нервно дергал поводья.

Назвать короткий поход Бальдра удачным было огромной ложью или, может быть, величайшей иллюзией. В течение недели, которую они провели потом в замке Эдрам, Конан не слышал, чтобы барон отправил какое-нибудь сообщение домой о резне в деревне. Об этом все как будто бы старались забыть. Наверное, не один Конан понимал, что несчастная деревушка вовсе не была очагом мятежа...

– - А помните, сэр, мы ведь так и не нашли во время нашего похода никакого логова поклонников культа змеи,-- продолжал упорствовать Дарвальд в споре со своим твердолобым бароном.
– - А ведь именно они и представляют для нас настоящую угрозу, и медлить нам тут нельзя!

– - Вы правы, Дарвальд. Теперь, когда я вернулся, я буду готовиться к новому походу, на этот раз с гораздо большими силами, и тогда, надеюсь, мы вырвем эту заразу с корнем,-Бальдр замолчал и стал вглядываться вперед, где находилась рыночная площадь.-- А что это там, свадьба?

На широкой, мощеной булыжником площади стояло множество столов, уставленных разнообразными яствами и напитками, вокруг которых бродили еще более празднично одетые горожане, в дорогих нарядах, с кружевами и украшениями. Их взоры были прикованы к широкой арке, украшавшей главный вход в большое, увенчанное шпилем здание -- зал гильдий.

– - Похоже, что это свадьба в семье какого-нибудь знатного ремесленника,-- заметил барон.-- Золотых дел мастера или ювелира, судя по пышности и расходам на угощение.

– - Да, милорд,-- кивнул Дарвальд.-- Теперь я припоминаю, что недавно было оглашение имен вступающих в брак, и там называлась Эвадна, дочь старого Арла, серебряных дел мастера, и какой-то мелкий землевладелец.

– - Эвадна... не та ли, что учится в жреческой школе, вопреки постановлению гильдии, запрещающей делать это женщинам?

– - Да, у этой девицы сильный характер,-- кивнул маршал.

– - Понятно,-- пробормотал Бальдр и, нахмурившись, еще раз окинул взглядом площадь.-- Однако что за манера у некоторых семей устраивать свадьбы во время отсутствия их барона! Что они хотят этим показать?
– - Он повернулся и сделал знак Фавиану следовать за ним, затем коснулся плеча Конана.-- Эй, парень, давай поворачивай к входу. Будет, наверное, невежливым проехать мимо и не выразить нашего уважения к этому торжеству. И помни, ты мой сын.

Конан повернул колесницу к ступенькам входа в зал гильдий, опрокинув декоративные цветы, расставленные в вазах по площади и едва не сшибая столы с угощением, а также зазевавшихся гостей праздника. Фавиан, видя это, скривился от досады и пробормотал проклятия вслед неумелому вознице, правившему колесницей от его имени.

Подъехав к входу, Конан прошептал ответное проклятие и, соскочив с колесницы, стал ждать Бальдра. К его удивлению, барон не слез с коня, а направил его прямо по ступеням в зал гильдий. Конан направился вслед за бароном, разглядывая коричнево-рыжий хвост его мерина и стараясь напустить на себя как можно более надменный и гордый вид, соответствующий облику аристократа. За ним последовали Дарвальд и Фавиан, который шел, понурив голову и низко опустив забрало.

В полумраке зала, в центре которого ярко горели свечи, множество собравшихся разом подняли головы и в немом изумлении уставились на вошедших. После нескольких мгновений напряженной тишины толпа оживилась, по залу пробежал шепот, затем возгласы приветствия, но в них Конан уловил скорее оттенок страха, чем уважения и любви к своему барону.

В центре зала, глядя друг на друга, стояли на коленях красиво одетые мужчина и женщина, а вокруг них вели хоровод жрицы богини Уллы, украшенные праздничными гирляндами. Пара поднялась с колен и повернулась в сторону барона, то ли оттого, что брачная церемония уже завершилась, то ли из-за того, что надо было выразить их лорду свое почтение. Совсем юный жених смотрел на барона с гордым и немного оскорбленным видом. Лица невесты, закрытого плотной вуалью, почти не было видно, но в ее позе и жестах была видна спокойная уверенность.

По непонятным пока причинам ее вид приковал внимание Конана. Стоявший чуть позади киммерийца его благородный двойник, как заметил Конан, тоже напряженно вглядывался в закрытое вуалью лицо девушки.

– - Примите мои поздравления, подданные!
– - резко прозвучал под сводами зала голос Бальдра, величественно сидевшего в седле.-- Жаль, что мое путешествие, вызванное неотложными государственными делами, заставило меня опоздать на ваше свадебное торжество. И тем не менее я собираюсь первым пожелать вам долгого счастливого союза! Здоровья и благополучия также всем, кто собрался сегодня здесь на эту свадьбу! Хочу сообщить вам, что отныне вашим домам даруются почет и привилегии, что соответствует славным традициям нашего прекрасного города. Мой сын Фавиан полностью со мной согласен и присоединяется к моим поздравлениям,-- Барон слегка наклонился в седле, чтобы похлопать своего подставного сына по плечу в знак отцовской гордости. Киммериец увидел, как взгляды присутствующих переместились к нему, но по-прежнему он не уловил в них ни капли любви или почтения.-- Хочу сообщить вам также следующее,-- продолжал барон, не замечая напряженности сцены.-Сегодня двери моего дома будут открыты для продолжения этих торжеств. Еда и питье для всех будут уже приготовлены, и все присутствующие будут моими гостями. Приглашаю вас всех и в особенности этого молодого человека и его прекрасную невесту! Нет, не приглашаю, приказываю всем прийти!

Довольный своей речью, барон завершил ее легким кивком и повернул своего коня обратно к выходу. Пока он шествовал по залу, шепот и гул голосов возобновились, но никакого энтузиазма ни в лицах, ни в возгласах собравшихся Конан не обнаружил. Не в силах отделаться от какого-то страдного предчувствия, он с облегчением вышел на залитую солнцем площадь.

@***=

И снова шум и суета праздника наполнили дом барона. По всем помещениям разносились ароматные запахи кушаний и переливчатые трели рожков, наигрывавших веселые мелодии. И вновь Конана исключили из числа пирующих, отправив на дежурство в комнату Фавиана.

Усевшись в то же кресло возле окна, он стал прислушиваться к звукам и шорохам, рассеянно глядя на призрачные тени, пляшущие на стене, огораживающей замок.

Неясные образы мелькали и у него в голове, затуманенной вином, которое он время от времени прихлебывал из кувшина, стоявшего на столе рядом с ним. О многом надо было подумать: о возлюбленных и врагах, которых он нашел за последние недели, о роскоши и амбициях, царивших в замке, о ненависти и позоре злодеяний, свидетелем которых он стал. И наконец, о главном -как долго ему еще оставаться здесь, как раздобыть сокровища и с кем поквитаться перед уходом...