Чтение онлайн

Меррин встретилась глазами с его темным, непримиримым взглядом. Она понимала, что Гаррик прав – она не может рисковать тем, что ее сын или дочь получит унизительное клеймо незаконнорожденного. Что его будут считать еще одним ублюдком герцога Фарна. «Каков отец, таков и сын». Она прижала руку к губам, пытаясь сдержать рыдания, чувствуя, что у нее вот-вот начнется истерика. От необходимости сделать такой жестокий выбор ее душило чувство вины. Ей хотелось убежать и спрятаться.

Но она не могла. Она должна отвечать за то, что натворила.

– Ты должна выйти за меня, – сказал Гаррик. – Боже мой, Меррин… – В его голосе внезапно зазвучал неприкрытый гнев. – У меня и так на совести смерть твоего брата. Я не собираюсь добавлять к тому скандалу новый, разрушив и твою жизнь тоже. – Он взял Меррин за руку, и она почувствовала, как он напряжен. – Женитьба даст мне возможность искупить вину, – грубовато добавил он. – Я пытался это сделать, когда вернул вам поместье и состояние. Я исправил одну маленькую несправедливость. Если бы ты вышла за меня…

– Это не возместит мне смерть Стивена, – горячо возразила Меррин. – Ничто никогда не возместит.

– Верно, – согласился Гаррик, – но это спасет твою репутацию в глазах общества. И мы не только предотвратим скандал, мы сможем представить наш брак как первый шаг к примирению между нашими семьями. Ты никогда не думала… – Он вдруг отпустил ее и отвернулся. – Люди могут считать, что ты давно уже моя любовница.

Наступило напряженное молчание. Меррин тяжело опустилась на один из стульев. Ей такое даже в голову не приходило. Эта мысль ранила ее до глубины души.

Она вспомнила жестокие слова лорда Крофта на Бонд-стрит. Он намекал, что Меррин готова «забыть» о смерти Стивена за тридцать тысяч фунтов. Насколько же громче и непристойней будут сплетни о них с Гарриком. Она так и слышала, как за ее спиной расходятся шепотки. Она буквально видела, как щелкают веерами сплетницы, с удовольствием обсуждая горячие новости. Нет ничего скандальнее слуха, что она легла в постель к тому самому человеку, который когда-то разрушил ее семью.

Гаррик прав. Брак, по крайней мере, разрешит эту, мягко говоря, неприличную ситуацию.

– Возможен только фиктивный брак… – начала Меррин. – Исключительно формальный. Ради поддержания слухов, что наш союз станет примирением для наших семей… – Она замолчала, увидев его взгляд.

Гаррик сделал к ней шаг. И еще один.

– Исключительно формальный брак, – мягко, но насмешливо повторил он. Взял ее за подбородок и заставил поднять голову. Его прикосновение было легче перышка, но оно отдалось в Меррин с головы до пят. От сильных ощущений она даже на мгновение прикрыла глаза.

– Думаешь, ты сможешь его придерживаться? – поинтересовался Гаррик тоном, от которого у нее по спине прокатилась дрожь. – Потому что я не смогу, я сразу предупреждаю. И даже пытаться не буду. – Он наклонил голову и коснулся ее губ.

Меррин почувствовала, как внутри у нее вспыхнуло пламя.

– Думаешь, ты сможешь? – повторил он, их губы разделяло не больше дюйма. Меррин не успела ответить: Гаррик крепко поцеловал ее, и она потянулась к нему, как распускающийся цветок к солнцу. Ее снова пронзил стыд за то, что она так охотно отзывается на его прикосновения, а голову затуманило тоской и болью.

Фарн усилил натиск, и мир закружился перед глазами Меррин так, что ей пришлось схватить Гаррика за пальто, чтобы не упасть. Шерстяной материал выскальзывал у нее из пальцев, но его руки подхватили ее, обняли, прижали к себе. Он целовал, утверждая за собой право обладания ею, и Меррин поняла это. Она будет его женой во всех смыслах. Ей от этого не спастись.

Гаррик выпустил ее из объятий и отступил назад. Он тяжело дышал, глаза сверкали желанием.

– Я уже получил особое разрешение на брак, – объявил он. – Мы поженимся в ближайшую неделю. Ах да, Меррин… – Он странно замолчал. – Я был бы очень признателен, – несколько официально добавил он, – если бы ты с уважением отнеслась к своим свадебным клятвам.

Меррин с минуту смотрела на него совершенно непонимающим взглядом. За всей его силой и пылающей страстью она распознала в его голосе подлинную муку. У нее сжалось сердце.

– Китти, – догадалась она. – Ты не хочешь получить еще одну неверную жену.

– Это было бы очень плачевно, – согласился Гаррик, но веселые нотки не смогли полностью замаскировать его боль. – Боюсь, в этом отношении я очень старомоден. Определенные… вольные… нравы светского общества не соответствуют моему вкусу. Хотя, – горько добавил он, – это была бы для тебя идеальная месть – выйти за меня замуж, а потом предать. Тогда жизнь совершила бы полный круг.

Меррин замотала головой. Боль Гаррика ее потрясла. Ей казалось, что он всегда уверен в себе и не считает себя виновным за прошлое. Во время их заключения она пыталась подтолкнуть его к разговору о любви Китти и Стивена. В ответ Фарн сказал, что каждый божий день помнит и жалеет о предательстве своей жены.

Тогда в его голосе она услышала боль и разочарование. Теперь же, глядя ему в глаза, она убедилась, что это правда.

Меррин с трудом сглотнула.

– Я не принадлежу к женщинам, способным на такое, – пояснила она. – Если я даю обещание, я держу его. Я бы никогда тебя не опозорила.

Меррин заметила, что в глазах Гаррика что-то мелькнуло, какое-то чувство, пронзившее ее до глубины души.

– Да, – сказал он. Его голос немного потеплел. – Я тебе верю. Ты слишком честна, чтобы меня обманывать. И ты держишь свои обещания.

– Ты ведь не хотел жениться еще раз, – сказала Меррин, наблюдая за ним. У нее было ощущение, что она познает что-то новое, ступает на какую-то странную, неизведанную дорожку. Она знала, что проницательность никогда не была ее сильной стороной. И предательство Тома было тому подтверждением. Но сейчас, с Гарриком, ей хотелось этому научиться.

Гаррик покачал головой:

– Нет. Я вообще больше не собирался вступать в брак.

Теперь Меррин уже это понимала. Раньше ей не приходило в голову, что неверность Китти могла причинить Гаррику такую боль, что он больше не захочет жениться. Она думала, что его это не волнует. И теперь осознала, как была не права.

– Но разве тебе не нужен наследник? – спросила она.

– У меня есть братья, – ответил Гаррик и наконец улыбнулся. – Может, я с ними и не общаюсь, но вполне могу рассчитывать, что они продолжат род Фарнов.