Чтение онлайн

– Не слишком ты хороший боец, а, ведьма? – мурлычет Дженни. – Тебе кто-нибудь говорил, что тебе здесь не место?

Она не спеша идет ко мне. И по мере того, как она приближается, ее ногти растут и растут, и каждый превращается в копье. Я шагаю ей навстречу, пытаясь почувствовать естественное движение ятагана, позволить ему направлять мою руку под правильным углом. Дженни пригибается и раскачивается, ее когти нацелены в меня. Мы словно танцуем, все трое, делая пируэты и кланяясь, расходимся и разворачиваемся от одного партнера к другому, пока движения моего ятагана не завладевают моим телом и я совершенно перестаю видеть, с кем сражаюсь. Я захвачена моментом. Я подвижна. Я…

Когти Дженни скребут по моему лицу, и я спотыкаюсь и отбрасываю ятаган в сторону, чтобы не упасть на него. Я пытаюсь встать на ноги, но ятаган лежит слишком далеко.

– Спать пора! – ухмыляется Дженни.

Она скалит зубы и прыгает ко мне.

Не задумываясь, я перекатываюсь, чтобы схватить ятаган и поднять его вверх, к ее животу. Миг сопротивления – а потом клинок погружается в ее тело, словно оно сделано из желе.

– Ведьма! – выплевывает Дженни и рассыпается, превращаясь в инспайров.

Шипение ее последнего слова висит передо мной.

Я не могу задумываться над тем фактом, что только что кого-то убила, пусть даже не настоящего. Не сейчас. Олли все еще здесь, он на другой стороне площадки, держится за раненую руку. Я пытаюсь угадать, что может чувствовать настоящий Олли, наблюдая за этим.

Мы снова кружим друг возле друга, нереальный Олли и реальная Ферн, испытывая решимость друг друга. Его рука почти незаметно сжимается на диске. Я не жду, когда Олли метнет его. Бросаясь к нему, я замахиваюсь клинком. Может, я и не слишком ловко им владею, но, если просто махать ятаганом в правильном направлении, можно выиграть несколько очков. Олли блокирует мой первый удар, потом второй, третий…

– Ферн… – начинает он, но я не намерена слушать его насмешки.

Мы не дома, где я ничего не могу сделать, чтобы заставить его заткнуться. Я просто яростно размахиваю клинком, не желая позволить ему атаковать. Я в бешенстве, и мне это нравится. Из-под страха вырвалась чистая свобода. Но в глубине сознания я чувствую, что здесь что-то не так. Олли даже не пытается напасть на меня.

– Почему ты не бьешься? – кричу я.

На этот раз я задеваю его ногу. Олли испускает бешеный рев и швыряет в меня свой диск. Острая боль пронзает мою грудь. Я прижимаю к ней ладонь и ощущаю кровь. Ну вот, теперь в мире все встало на свои места.

Мы продолжаем.

Воздух вокруг нас превращается в сплошной вихрь металла и тяжелого дыхания. Я совершенно теряю способность думать, представление о правильном и неправильном, о какой-то стратегии. Я позволяю ятагану вести меня в схватке. Я побеждаю, в том нет сомнений, но на самом деле это меня беспокоит. Я знаю, на что способен реальный Олли, так почему же мое воображение заставляет вот эту его версию поддаваться ударам? И почему этого Олли из кошмарного сна так затормаживают раны?

Когда Олли оказывается прижатым к алтарю, приведшему меня сюда, я знаю, что не могу проявить милосердие. Я его победила. Я должна ударить. Сейчас. Сделай это немедленно.

Мы смотрим друг на друга. Олли приподнял диск, защищаясь, его грудь тяжело вздымается от усилий и боли. Я крепко сжимаю рукоять ятагана, но не поднимаю его. Истина пробивается ко мне, как свет сквозь туман.

– Ты настоящий!

– Додумалась, гений.

В моей голове вихрем проносятся вопросы. Соблазнительная возможность. Я могла бы убить его сейчас. Папа никогда не узнал бы, что это сделала я; он просто нашел бы Олли остывшим в его кровати. Воображение вспыхивает на мгновение, потом разваливается. Я отступаю назад, внезапно чувствуя полное изнеможение.

– Наверное, приятно, – говорит Олли, – чувствовать себя праведником, убивая кого-то.

– У меня, по крайней мере, была причина. А вот что насчет тебя?

Когда Олли выпрямляется, весь покрытый грязью и кровью, снаружи в каменный круг проникает звук. Крики. Громкие голоса. Потом я вижу их: Мерлина, лорда Элленби, других сквайров.

– Я думала, это мое Испытание, – глупо говорю я, когда к нам подходят Мерлин и лорд Элленби. – А он-то что тут делает?

– Хороший вопрос, – кивает лорд Элленби. – Твой брат умудрился прорваться сюда.

– Хотел удостовериться, что кошмары сделают свое дело? – спрашиваю я у Олли.

Он пожимает плечами:

– Что-то вроде того.

Мерлин тычет меня в живот, потом пихает Олли.

– Да, конечно, – бормочет он. – Они же высижены из одного яйца.

– Простите? – Я смотрю на него.

– Близнецы. Из этого следует, что им необходимо пройти Испытание вместе. Я однажды уже видел такое. Но в том случае они сражались бок о бок, а вот вы, – он пристально смотрит на Олли, – вы – проверка друг друга. Да. Теперь вижу. В этом, безусловно, есть смысл.

– Вот как? – говорит Олли, он явно категорически отвергает такую возможность, как и я чувствую отвращение при мысли, что мы что-то разделяем.

– Уж точно не так, – заявляю я.

– Вы боитесь одного и того же, – говорит Мерлин. – И вы боитесь друг друга. Но один страх вы должны победить вместе, а другой – каждый должен одолеть сам. Вы прошли оба экзамена.

Прежде чем я начинаю разгадывать загадку Мерлина, вперед выходит лорд Элленби.

– Как бы то ни было, думаю, мы получили ответ, не так ли, милорд?

– Да. Да. Думаю, так.

– Ваше оружие все сказало, – говорит лорд Элленби. – Ятаган и пара чакрамов [18] . Вы оба станете рыцарями.

Мне хочется прыгать на месте, непристойно визжать, впервые в жизни мне нравится мысль о том, чтобы обнять кого-то. Я смотрю в сторону Андрасты, но она и остальные феи еще погружены в глубокий транс. Мне приходится довольствоваться тем, что я обмениваюсь взглядом с Олли. Лорд Элленби пожимает нам руки и выводит нас из круга. Я следом за Олли подхожу к Эмори. Сквайры хлопают в ладоши. Рамеш кричит:

– Блестяще, Олли! Отлично, Ферн!

Мне приходится сделать над собой усилие, чтобы не закатить глаза. Какой же он милый парень – и совершенно безнадежен…

Эмори сжимает мою руку и осторожно улыбается.

– Рада вас принять, – говорит она. – Мне раньше никогда не приходилось иметь дело с близнецами. Да уж, схватка была что надо. Братская любовь, а?

– Ну да.

Я не слишком понимаю, к чему она ведет, потому что сарказма в ее голосе не слышно.

– Не беспокойся, я уже привыкла к тому, что Олли пытается меня убить.