Чтение онлайн

– О, какие мрачные мысли, – сказала Хелен, убирая с его лба волосы. – Знай, если у тебя будет слишком много свободного времени, ты можешь обратиться не к Ордену, а ко мне. Я найду тебе работу в клубе, будешь моим личным секретарем. Уверяю, одни только дополнительные льготы стоят того.

Андреас рассмеялся:

– Звучит заманчиво.

Хелен наклонилась и начала покусывать его мочку уха, щекоча кожу теплым дыханием.

– Разумеется, это будет для тебя временной работой, ну, скажем, лет так на двадцать-тридцать. Для тебя – краткое мгновение. А я к тому времени состарюсь, стану седой и морщинистой, и ты возжелаешь новой забавы, которая будет способна отвечать твоим страстным желаниям.

Андреас удивился, уловив в голосе Хелен грустные нотки. Она никогда не говорила с ним о будущем, равно как и он обходил эту тему молчанием. И без того все было очевидно: она смертная, а он – если избегать солнечных лучей и слишком серьезных повреждений тела – может жить практически вечно.

– Зачем ты тратишь свое время на меня, если любой мужчина, стоит тебе только захотеть, будет у твоих ног? – спросил он, ведя пальцем по ее округлому плечу. – Ты можешь выйти замуж за любящего тебя человека и нарожать ему умных и красивых детишек.

Хелен выгнула изящную бровь:

– Полагаю, я не из тех, кто склонен следовать общепринятым шаблонам.

Честно говоря, и он не был к этому склонен. Андреас признался себе, что готов забыть все, что он с воинами Ордена обнаружил несколько месяцев назад в пещере в Богемских горах. Он готов был притвориться, что ему ничего не известно о спавшем там чудовище, он готов был нарушить данное воинам обещание помогать по мере сил в борьбе с этим злом. Самым простым сейчас было бы вернуться к своей роли главы Темной Гавани, вернуться к беспечной жизни, не обремененной обязательствами.

Но правда заключалась в том, что ему уже давно надоела такая жизнь. Надоело быть вечным ребенком – эгоистичным и безответственным. И Хелен, как никогда, оказалась права. Он эгоистично и безответственно не ценил эту женщину и любовь, которую она ему дарила. После стольких десятилетий потворства своим желаниям – потакания своим слабостям – хотелось измениться. Или хотя бы попытаться это сделать.

– Уверен, ты приехала ко мне ночью не ради того, чтобы разнежить поцелуями и предложить работу в клубе, – сказал Андреас, чувствуя в Хелен напряженность и тревогу.

– К сожалению, нет. Я подумала, тебе следует знать, что одна из девушек клуба, похоже, пропала. Помнишь, я говорила, что на прошлой неделе Джина, одна из новеньких, пришла со следами укуса на шее?

Андреас кивнул:

– И рассказывала, что у нее появился богатый бойфренд.

– Да. Это не первый случай, когда она не выходила на работу, но на этот раз ее подруга, с которой они снимают квартиру, сообщила, что Джина уже три дня как не появлялась дома и не звонила. Возможно, в этом нет ничего серьезного, но я подумала, тебе нужно об этом знать.

– Да, – согласился Андреас. – У тебя есть какая-нибудь информация о ее бойфренде? Имя, как выглядит, ну хоть что-нибудь?

– Нет, подруга никогда его не видела и, естественно, ничего не смогла мне о нем рассказать.

Андреас прокрутил в голове множество вариантов того, что могло случиться с девушкой, безрассудно связавшейся с вампиром. И хотя большинство представителей Рода были законопослушными, находились и такие, которые не считали нужным сдерживать свою свирепую природу.

– Прошу тебя, сегодня ночью осторожно, не вызывая подозрения, поспрашивай у девушек, может быть, Джина кому-то что-то говорила о своем новом бойфренде. Мне нужны имена, места, куда она могла с ним ходить, любая деталь важна.

Хелен кивнула, в ее глазах мелькнуло любопытство.

– Андреас, мне нравится, когда ты такой серьезный. Это так сексуально.

Ее рука скользнула по его груди вниз, к каменным мышцам живота. И хотя голова Андреаса полнилась мрачными мыслями, его тело мгновенно откликнулось на ее прикосновения. Дермаглифы заиграли красками, а в глазах вспыхнули искры, разливаясь янтарно-желтыми огнем. Член в ее руке твердел и увеличивался в размере.

– Мне нужно спешить, – прошептала Хелен. – Не хочу опаздывать на работу.

Она сделала движение отстраниться, но Андреас удержал ее:

– О работе не беспокойся. Я знаком с владелицей клуба и извинюсь перед ней за тебя. С полной ответственностью заверяю, она питает ко мне особую благосклонность.

– Неужели?

Андреас заворчал и широко улыбнулся, обнажая клыки:

– Она просто без ума от меня.

– Без ума от такого высокомерного нахала, как ты? – шутливо бросила Хелен. – Не слишком ли льстишь себе, дорогой? Возможно, ей просто нравится твое холеное тело.

– Верно, – согласился Андреас, – и меня это вполне устраивает.

Хелен улыбнулась, она не сопротивлялась, когда Андреас усадил ее себе на колени и начал страстно целовать.

К ночи Лекс совершенно оправился от нанесенного Ренатой удара. Но ярость – жгучая ненависть к ней – осталась.

Он непрерывно слал проклятия на ее голову, пока стоял, прислонившись к покрытой плесенью стене дома, затерянного в самых грязных трущобах Монреаля, где повсюду скреблись и пищали крысы, и наблюдал, как молодой парень стягивает руку старым кожаным ремнем; затем гнилыми зубами наркоман ухватился за свободный конец и всадил иглу в тощую руку, покрытую синяками и болячками. Раздался стон, когда героин попал в кровь.

– О, мать твою, – прерывисто выдохнул наркоман, отпуская конец ремня и валясь на брошенный на пол грязный матрас. Он провел черными от татуировок руками по бледному прыщавому лицу и жирным каштановым волосам. – Качественное дерьмо, мать твою... кайф...

– Да, – произнес Лекс, его голос был едва слышен во влажной, воняющей мочой темноте.

Он не поскупился на дорогой наркотик, сейчас деньги его не заботили. И неудивительно, что наркоман, которого он подцепил на улице, когда тот продавал свое тело за дозу, пришел от качества наркотика в особый восторг, вряд ли ему когда-нибудь доводилось пользоваться дорогостоящим кайфом. Да кто бы ему дал за его услуги такую сумму. Наркоман, не раздумывая, запрыгнул к нему в машину, как только он показал ему стодолларовую бумажку и пакетик с героином.

Лекс покосился на наркомана, ожидая, когда тот наконец сможет сфокусировать взгляд и членораздельно разговаривать. Они были одни в грязной убогой комнатенке в пустующем многоэтажном доме. Когда они приехали, здесь было полно всякого сброда – бродяги, наркоманы, – но ему, как вампиру второй генерации, не составило особого труда ментальной командой разогнать их, он планировал все сделать без особого шума, конфиденциально.

Приподнявшись на матрасе, наркоман стащил с себя майку и непослушными пальцами начал расстегивать пуговицу на грязных джинсах, давно утративших голубой цвет. Он грубо тер свой член, расстегивая молнию, затуманенный взгляд бесцельно блуждал в темноте.