Чтение онлайн

Многочисленны и разнообразны пути, которыми диавол входит в нашу душу и удаляет ее от Бога, налегает на нее всем существом своим - мрачным, ненавистным, убивающим. Что ни движение страсти, то путь для него, и он не пропускает ни малейшего случая войти в нее.

Он в каждого вливает свои отравы и кознями своими занимает каждого.

Иной соблюл посты, но отдает себя под власть соперничества и зависти. Иной опять воздержался от срамного пожелания, но связан тщеславием. Другой преуспел в бдении, но запутался в сетях осуждения. Иной удаляется от осуждения, но исполнен неподчинения и прекословия. Иной воздерживается от снедей, но тонет в гордости и высокомерии. Иной неутомим молитвах, но уступает над собой верх раздражительности и гневу. Иной успел в чем-нибудь в малом и превозносится уже над теми, которые нерадивее его.

Когда диавол в нашем сердце, тогда чувствуется необыкновенная, убивающая тяжесть и огонь в груди и в сердце. Душа чрезвычайно стесняется и помрачается; все ее раздражает, ко всякому доброму делу она чувствует отвращение; слова и поступки других в отношении к себе толкует криво и видит в них злоумышление против себя, против своей чести и потому чувствует к ним глубокую, убийственную ненависть, ярится и порывается к мщению.

Если бы ангелы-хранители не охраняли нас от козней злыx демонов, то как часто мы падали бы из греха в грех, как бы мучили нас тогда бесы, услаждающиеся мучением людей, что и бывает, когда Господь попускает на время отступить от нас ангелу-хранителю и кознодействовать над нами бесам.

О рассуждении

Рассуждение в том состоит, чтобы точно и верно постигать Божественную волю во всякое время, во всяком месте и во всяком деле.

Не должно рассказывать другим о своих подвигах и молитвенном правиле, хотя бы это было и не из тщеславия, но у тебя отнимается дар, который ты обнаружил.

Рассуждение - дар бесценный, чрез него душа противится страстям, согласуясь с волей Божией, со страхом Божиим.

Есть такие горячие, но не рассудительные люди, которые хотят сразу стать вполне добродетельными. Им могут помочь простые слова нашего русского угодника, преподобного Серафима, который жил в XIX веке, совсем недавно, и знал условия почти современной нам жизни:

– Все делай потихоньку, полегоньку и не вдруг: добродетель - не груша, ее вдруг не съешь… Иди средним путем - выше сил не берись, упадешь… Царство Божие не брашно и питие, но правда, мир и радость о Дусе Святе, только не надо ничего суетного желать, а все Божие хорошо… И девство славно, и посты нужны для побеждения врагов телесных и душевных, и брак благословен Богом, только враг смущает все.

Многие яды исцеляют болезни, и хорошее может вредить. Нож, например, для обихода необходим, но ножом можно зарезать ближнего. Даже от Библии с ума сходят. Главное, чтобы мы, перешедше огнь и воду, сделались искусны.

Лучше не передавать укорных слов, посылаемых к нам от кого-либо, а умолчать о них или передать, хотя ложно, слова любви и благорасположения, тогда дух наш пребудет спокоен.

Рассуждение - выше всего.

Терпение и смирение - нужнее всего.

Молчание - лучше всего.

Любовь - необходима для всех!

Ежеденевная смерть

Памятование смерти - драгоценнейший из всех духовных подвигов, оно отторгает человека от сует века сего, делает его мертвым миру, уничтожает все греховные страсти, очищает сердце, привлекает благодать Святаго Духа. Сатана ненавидит сей помысл и всеми силами нападает, чтоб истребить его в человеке, ибо знает, коварный, что если помысл сей пребывает в человеке, то ум его стоит уже не на этой земле обольщения и козни его к человеку не приближаются. Если бы можно было, сатана отдал бы человеку царство целого мира, только бы развлечением изгладить в уме его таковой помысл. И если б мог, то сделал бы это охотно.

Под памятью смерти разумеется не частная мысль о смерти, о ее последствиях, мысль, которая нередко тревожит всякого грешника и от которой он старается как можно скорее избавиться, не разумеется даже и несомненная уверенность в смерти как неизбежной участи всякого человека, не разумеется и самое чаяние близкой смерти, наводящее ужас на нашего телесного человека. Нет! Разумеется особенное духовное созерцание, которое можно чувствовать, но невозможно определить и выразить словами. Непрестанным помышлением о смерти человек поставляется в состояние непрестанного удивления. Это есть духовное созерцание и дивная благодать.

Как хлеб необходимее всякой пищи, так мысль о смерти нужнее другого делания. Невозможно провести день благочестно, если не почитаем его последним днем нашей жизни.

Боязнь смерти есть свойство, полученное естеством нашим вследствие преслушания, а трепет смертный есть признак не очищенных покаянием грехопадений.

Мы должны употреблять всевозможные средства не к тому, чтобы удалить от себя мысль о смерти, но чтобы удержа ее, свыкнуться с нею, т. е. всецело проникнуться ею.

Памятование смерти есть ежедневная смерть, ежедневное воздыхание.

Вот в чем сущность этого высокого подвига!

Мысль о роковой минуте смерти наводит невольный страх на грехолюбивую душу, а представление Страшного Суда по смерти приводит в трепет и душу, и тело.

Какой увидим мы страх, трепет и какую нужду, когда душа будет разлучаться с телом!…

Тогда приидет к нам сильное воинство противных сил князя тьмы, злобные миродержатели, начальства, власти, духи злобы и некоторым образом по праву овладеют душою, представляя ей все грехи, соделанные в ведении и не в ведении, от юности до конца жизни. Предстанут и обличат все дела ее.

Лицом к лицу с силами противными предстанут силы Божественные и, со своей стороны, представят благие дела ее.

Какой страх и трепет будут мучить душу, находящуюся среди этих сил, пока суд над нею не будет решен Праведным Судиею!

Эта страшная картина борьбы демонов с ангелами за исходящую из тела душу на глазах и при живейшем сознании самой души умирающего человека есть несомненная истина загробной жизни, дознанная многими опытами в христианстве лиц, которые, как обычно говорят, обмирали на некоторое время и опять возвращались к жизни.

Во время исхода души из тела ангелы будут показывать все добрые дела, посты, бдения, безмолвие, молчание, непрестанную молитву, частые поклоны и даже рогозину, истертую от поклонов, во свидетельство против демонов.

Когда приближается последний час, посылаются ангелы - изъятели душ, чтобы взять отходящую душу и представить ее Судилищу Божию.

Увидев их приближающихся, бедный человек, хотя бы бы царь, или властелин, или миродержец, весь приходит в смятение, как от землетрясения, - весь трепещет, как лист, колеблемый ветром, бьется, как птичка в руках ловца; весь оцепеневает и изумевает, видя страшные силы, видя новые для себя и великие зраки, видя грозные и суровые лица, видя чин вещей, которых не видел прежде. Все это видит тогда один поемлемый от нас и на нас уже не обращает внимания.

Только сам в себе говорит он молитвы, сколько позволяют силы. Из положения его мы заключаем, что он видит вышние силы, и друг другу говорим: «Молчите и не тревожьте более лежащего, чтоб не приводить его в смятение. Будем лучше молиться, чтобы с миром отошла душа его и он обрел Судию снисходительным».

Как среди ночи, когда род человеческий погружен в сон, внезапно бывает иногда с неба великий шум, и ужасные громы, и страшные молнии с землетрясением, и спящие приходят вдруг в ужас - так в оный час, подобно самой быстрой молнии, внезапно ужасающей всю землю, страшно вострубит с неба труба, пробудит спящих, восставит от сна усопших от века: небеса сии и «силы Небесныя подвигнутся» (Мф. 24, 29), и вся земля, как вода в море, восколеблется от лица славы Его; потому что страшный огнь предыдет пред лицем Его, очищая землю от оскверняющих ее беззаконий: ад отверзет вечные врата свои, смерть упразднится, а согнившая персть естества человеческого, услышав трубный глас, оживотворится. Тогда праведные возрадуются и преподобные возвеселятся, совершенные подвижники утешены будут за труд подвига своего, мученики, апостолы и пророки увенчаются.