Чтение онлайн

Придумал?

Ой! ой! не могу придумать.

Порите еще. (Секут.)Придумал?

Придумал, придумал!

Ну, рассказывай, что придумал?

Придумал такую штуку, что всех в свои руки заберу. Позволь только мне в работники к мужику наняться, а рассказать мне наперед дела нельзя.

Ну, ладно, только помни, что, если ты в три года краюшку не заслужишь, я в святой воде выкупаю тебя.

Через три года все мои будут.

Ну, хорошо. Через три года сам приду посмотреть.

Седьмая.

Сколько четвертей?

Верно 26 четвертей да на 27-ю седьмая мерка.

Не войдет вся, уж полно.

Разгреби хорошенько.

И то. (Уносит мерку.)

Теперь не скоро выйдет. Немножко рога расправить. (Рога расправляются.) Да разуться, а то при нем нельзя. (Вынимает ноги из сапог, видны копыта. Садится на порог).

Вот уж третий год идет. Приходит дело к расчету. Хлеба девать некуда. Только и осталось, что последнюю штуку научить. А тогда приходи сам старшой смотреть. Будет что показать. Заплатит он мне за краюшку.

Здорово!

Здорово!

Где хозяин?

Да пошел разгрести в закроме, не входит вся.

Эка благодать у хозяина твоего. И сыпать некуда. Мы и то дивимся все, какой у твоего хозяина второй год хлеб родится. Как будто ему кто сказывает. То, летось, сухой год — в болото посеял; у людей не родилось, а вы полно гумно наставили. Нынче мочливое лето — догадался же он на горах посеять. У людей попрел, а у вас обломный хлеб. И зерно-то, зерно!

Здорово, кум.

Здорово. Да вот толкую с работником твоим, как угадали вы, где посеять. Весь народ тебе завидует. Хлеба-то, хлеба что набрал. В десять лет не съешь.

Вот спасибо Потапу. (Показывает на работника.)Его счастье. Послал я его летом пахать, а он возьми да в болоте вспаши. Я его ругал. Да уговорил он меня посеять. Посеяли — и вышло к лучшему. А вот и нынче опять угадал, на горах посеял.

Да точно знает, какой год будет. Да, набрал же ты хлебца. (Молчание.)А я вот пришел к тебе осьминку ржицы попросить. Дошел весь, на лето отдам.

Что ж, возьми.

Не давай.

Будет толковать-то, бери.

Спасибо, сбегаю за мешком.

Всё не бросает старую повадку — дает. Не во всем меня слушает. Ну, дай срок, — перестанет скоро давать.

Отчего же доброму человеку не дать?

Дать-то — дашь, да назад не возьмешь. Долги давать — под гору кидать, а собирать — на гору вытягивать. Так-то старики говорят.

Не замай. Хлеба много.

Так что ж, что много?

Не то что до новины, а и на два года хватит. Куда же его?

Как куда? Да из хлеба из этого я тебе такое добро сделаю, что ты и целую жизнь радоваться будешь.

Что ж ты сделаешь?

Да питье сделаю. Такое питье, что если сил нет, силы прибавится; если есть хочется, сыт сделаешься. Если сон не берет, заснешь сейчас; если скучно, весело станет. Если заробел, смелости даст. Вот какое питье сделаю!

Врешь!

Вот то-то врешь! Так же не верил, как я тебе велел хлеб сначала в болоте, а потом на горах сеять. Теперь узнал. Так же и про питье узнаешь.

Да из чего же его делать будешь?

Да вот из самого из хлеба этого.

А не грех это будет?

Вона! Какой же тут грех? Всё на радость человеку дано.

И где ты, Потап, такого ума большого набрался? Смотрю я на тебя, человек ты не мудрененький, работящий. Вот два года живешь, ты и не разувался никак ни разу. А всё-то ты знаешь. Как ты до всего дошел?

Да бывал повсюду.

Так и силы от него, от питья-то, прибудет?

Вот увидишь, — всё от него хорошее.

Так как же делать-то будем?