Чтение онлайн

– Допустим. Но все же он на что-то надеется, раз боится со мной расстаться, – заключил Калинич.

– Нет! Нет! И еще раз – нет! И он, и его распрекрасный шеф и вдохновитель Бубрынёв великолепно понимают, что реальный шанс погреть руки на твоем открытии у них есть до тех – и только до тех пор, пока ты работаешь в их институте, прогнившем до сердцевины, который уже и не институт вовсе, а какой-то вокзальный сортир в захолустном городишке, что ли. И если ты уйдешь, они останутся при бубновых интересах. А главное, Нобелевская премия, которую они спят и видят у себя в кармане, исчезнет за горизонтом, как мираж в Аравийской пустыне. Это ты понимаешь?

– Понимаю, пожалуй, – согласился он.

– Слава Богу, что понимаешь. Так вот, если бы ваш академик узнал, что Чаплия так грубо спровоцировал твое увольнение, он бы немедленно вылетел, как пробка, вслед за тобой. А для него увольнение – это полный конец карьеры. Конец всему. Куда он пойдет? Что будет делать? Что он умеет? Что он собой представляет без Бубрынёва? И его докторский диплом впору будет только к заднице приклеить.

Аня снова взяла, было, бутылку, но Калинич накрыл свой бокал ладонью.

– Не нужно переводить такой замечательный продукт, – сказал он. – Я уже не ощущаю его прелести.

Аня заткнула бутылку и поставила в шкаф. Было уже десять вечера. Она надела цветастый передник и принялась мыть посуду. Леонид Палыч захотел чая, и Аня поставила перед ним синюю жестяную коробку с изображением курантов Биг-Бена.

– А лимончик есть еще? – спросил он, читая по-английски надпись на коробке.

– Есть, есть. Знала ведь, кого в гости ждала. В холодильнике в самом низу – выбери, какой тебе больше нравится.

Аня поставила чайник на газовую плиту и зажгла огонь.

– Прозорливая ты, Анюта, женщина. Сумела разложить все по полочкам и сразить меня наповал своей убийственной логикой. А я уж было поверил в искренность слов этого Чаплии. Мне даже жалко его стало, – сказал Калинич, обнимая Аню за плечи.

– Жалко – у пчелки в жопке! Вы, талантливые ученые, в жизненных вопросах наивны, как дети. Такие сложные, глубокие научные проблемы единым чохом решаете, а тут дальше своего носа не видите. Какая там искренность! Для этого проходимца от науки «ни церковь, ни кабак и ничто не свято»! – процитировала она Высоцкого, которого Калинич еще смолоду ставил на одну ступень с Пушкиным.

– Так что, Анечка, завтра выступаем дуэтом? – спросил Леонид Палыч, нетерпеливо заглянув в шумящий на плите чайник.

– Какой же ты нетерпеливый! Все равно раньше времени не закипит. Выступим, Леня. Выступим назло всем твоим прихлебателям. Их уже, я думаю, проинформировали. Пусть бесятся. На всякий случай будь готов к тому, что после завтрашнего выступления они начнут на тебя с какой-нибудь другой стороны давить, – заключила Аня, ставя на кухонный стол чашки с блюдцами и вазу с рассыпчатым «песочным» печеньем.

– Да что там они еще могут сделать! – пренебрежительно махнул рукой Калинич. – Хочу еще зайти в редакцию «вечорки» – поговорить с автором того интервью с Бубрынёвым. Хотелось бы напечатать опровержение.

– Могут, Леня, могут. Трудно делать только хорошее, а гадости не проблема. Кстати, о прессе. Я тут позвонила в несколько редакций местных изданий, в «вечорку» тоже – сообщила о твоем завтрашнем выступлении в доме ученых. Обещали прислать корреспондентов. Будет отлично, если придут.

XXIV

На поясе Калинича мобильник заиграл веселую мелодию. Он дал отбой будильнику и водворил телефон на место.

– Без четверти три, – сказал Леонид Палыч. – Приглашай публику, Анюта.

Ни слова не говоря, Аня вышла в коридор и через несколько секунд, широко распахнув дверь, снова вошла в зал. Тут же помещение стали заполнять слушатели. Зал был относительно невелик, но все равно почти половина мест оставалась свободной.

– Ну что, может быть, немножко подождем еще? – предложил Калинич.

– Ни в коем случае. Начнем минута в минуту. Все должны почувствовать, что имеют дело с человеком серьезным и строгим, – возразила Аня, посмотрев на циферблат часов, висевших на стене в конце зала. – Итак, я начинаю.

Она поднялась, заняла место за кафедрой и приняла выжидательную позу. Слушатели немного успокоились, но потом снова зашумели. Аня постучала по кафедре кончиком указки, и зал в конце концов затих.

– Уважаемые господа, – сказала она звонким мелодичным голосом, – самодеятельный научный семинар, посвященный новооткрытым принципам перемещения материальных объектов в пространстве, объявляю открытым. Сейчас перед вами выступит кандидат технических наук, старший научный сотрудник Калинич Леонид Павлович. Это человек высокой квалификации, увлеченный своим делом, которому он посвятил всю свою трудовую жизнь. Основываясь на работах Альберта Эйнштейна, Николая Козырева и других великих умов, он сумел построить теорию единого поля, а также вывести уравнения, однозначно связывающие между собой массу, энергию, время, вакуум, информацию и единое поле!

Аудитория зашумела. Из зала послышались выкрики:

– Вот это да!

– И где ж это все опубликовано?

– Даже Эйнштейн этого не решил! Не верю! Чепуха какая-то!

– Ну и размах!

– Бред сумасшедшего! Что мы здесь делаем?

– Прошу тишины! – решительно выкрикнула Аня и снова постучала указкой. – Леонид Павлович продемонстрирует вам то, что заставит вас поверить в невероятное. И вы сами убедитесь, что перед вами не сумасшедший, не шарлатан и не дилетант, а первооткрыватель, опередивший свое время. Вы сами сможете принять участие в эксперименте и удостовериться в справедливости всех его утверждений. О широких и грандиозных перспективах, открываемых перед нами новшеством, которое собирается подарить людям Леонид Павлович, я говорить не буду. Увидев воочию его эксперимент, который сейчас вам продемонстрирует первооткрыватель, вы сами их нарисуете, причем так живописно, как я никогда не смогу это сделать. Прошу, Леонид Павлович.

С этими словами Аня протянула Калиничу указку, вынула из сумочки цифровой диктофон, положила на край кафедры и заняла заранее приготовленное председательское место напротив аудитории. Он машинально взял указку, недоуменно повертел в руках, а потом, несколько собравшись с мыслями, обратился к аудитории:

– Дорогие слушатели! Спасибо, что вы уважили меня своим присутствием и вниманием. Целью моего доклада является демонстрация установки, созданной на базе сделанного мной открытия. Мне хотелось бы, чтобы как можно больше людей, а в особенности ученых, узнало о результатах моей работы и убедилось в справедливости того, что я вам сейчас сообщу. Прежде всего, я постараюсь четко определить, чего именно я от вас хочу. Мне нужно, чтобы вы засвидетельствовали мой неоспоримый приоритет в этом деле и только после этого я смогу открыть широкой публике принципиальные основы того, что я вам сейчас продемонстрирую. Когда люди убедятся в том, что все это реальность, и признают, что никто кроме меня этим материалом пока что не владеет, я поделюсь со всеми своими секретами, чтобы они навсегда перестали быть секретами. Так вот, перед вами два полукомплекта установки, которые образуют линию надпространственной связи. Каждый полукомплект состоит из объектного бокса, функционально-исполнительного блока, изменяющего условия внутри бокса, и управляющего компьютера, который формирует команды управления исполнительным блоком. В компьютеры обоих полукомплектов загружены программы, позволяющие задать одному из них функции передающего, а другому – приемного. Если в бокс передающего полукомплекта поместить какой-либо предмет – перемещаемый материальный объект – и дать соответствующую команду исполнительному блоку, то этот предмет будет перемещен в бокс приемного полукомплекта. И тогда компьютер этого полукомплекта сообщит соответствующим сигналом о завершении сеанса приема переданного предмета, после чего его можно будет извлечь из приемного бокса. Посредством тех же программ боксы можно поменять ролями, и тогда любой материальный объект можно будет передать в обратном направлении. Передающий и приемный пункты можно разнести на какое угодно расстояние, вплоть до межгалактических масштабов, – по залу прокатилась волна ропота. – И время перемещения объекта составит при этом лишь ничтожные доли секунды! Сейчас слева от вас находится передающий полукомплект, а справа – приемный. Вот это – боксы. Рядом с ними – исполнительные блоки, а о том, что это – управляющие компьютеры, вы, разумеется, давно уже догадались.

Калинич манипулировал указкой, как мушкетер шпагой, и вслед за ее кончиком бегали глаза любопытных слушателей, завороженных одержимым докладчиком. Несколько раз сверкнули вспышки фотокамер. А Калинич увлеченно продолжал:

– Теперь мы можем взять любой предмет и передать его из левого бокса в правый. Безразлично, какой это будет предмет, лишь бы только он мог свободно поместиться в бокс. Оба бокса, как видите, идентичны. Что бы такое взять? Ну, скажем, мой мобильный телефон.

– А можно, чтобы это был мой? – спросил молодой человек с тонкими черными усиками, играя в руках новеньким мобильником.