Полнолуние
Шрифт:
Эти же самые прохожие с неодобрением кидали осуждающие взгляды на мужчину, доедающего то, что ещё секунду назад полностью покрылось слюной его четвероногого друга.
Шли минуты, а странная компания, состоящая из собаки и, по всей видимости, её хозяина, продолжала радовать своим необычным поведением.
И вот, как только на другом конце моста показалась высокая человеческая фигура, пёс оторвался от асфальта и с большим вниманием стал всматриваться в приближающегося человека. Тот же неторопливо шёл к ним.
— Это он, — тихо сказал пёс, обращаясь к своему спутнику.
Успев доесть мороженное, мужчина заложил руки за спину и приподнялся на носках.
— Действительно он.
Тем временем человек, чьего прихода так долго ждали, поравнялся со странной парочкой.
Они раскланялись, а первый даже помахал шляпой. Пёс сделал то же самое, за исключением разве что того, что шляпы в его распоряжении не оказалось.
Подошедший протянул руку.
— Как же давно вас не было в этом мире, — заметил он.
— Сударь, мы очень рады вас видеть. Потому что дело не терпит отлагательств, — отозвался пёс, наблюдая, как его товарищ пожимает руку человеку.
— Я бы и вам пожал лапу, — заметив взгляд пса, сказал Виктор, — но это выглядело бы слишком необычно.
Сам Виктор не удивился той речевой форме, с которой разговаривали эти два существа. Они прибыли сюда в последний раз, когда ещё были в законе дуэли, а люди разъезжали в каретах. Конечно, гости уже успели перейти на более вольное общение; эти создания вообще быстро приспосабливались к внешней среде. Дай он им ещё час, и те успеют освоить все новые слова и современную манеру изъясняться.
— Что вы зафиксировали в верхних сферах? — не медля поинтересовался Виктор. — Это должно быть чрезвычайно важно, раз вы здесь.
— Вы ещё и не представляете себе на сколько, — сказал пёс и тут же замолчал.
Недалеко от них прошла небольшая компания, смех которой они слышали, даже когда та отошла на довольно приличное расстояние.
Пёс решил предоставить возможность рассказать всё своему товарищу, всё-таки разговаривающий человек выглядит не так странно как занимающаяся тем же собака.
— Так вот, — начал мужчина в чёрном пальто, — четыре дня назад до нас дошли отголоски тьмы. Причём в чистейшем её виде. Поначалу мы думали, что это следствие деятельности людей в этом мире, вы ведь знаете, какими они порой могут быть… Но чистое проявление, такой бывает крайне редко, например когда какое-нибудь существо из мира мрака прорвётся к вам. Мы стали прислушиваться и направили все чувства на это явление. Мы же общаемся только посредством передачи чувств. Правда, только в сферах, в этом мире приходиться прибегать к словам. Так что покорнейше прошу меня простить, если мне не будет удаваться говорить, как подобает.
Пёс кашлянул, давая понять говорившему, чтобы тот поскорее переходил к сути.
— Самая большая беда заключается в том, что все наши опасения подтвердились. В вашем мире действует кто-то, кто непостижимо опасен для света. Это существо воплощает в себе чистейшую тьму, мы также определили, что оно изначально не было таковым. А это ещё хуже. Значит оно подвержено вашим, человеческим страстям, пусть и ледяным.
Виктор ничего не сказал в ответ. Его лицо тут же помрачнело.
— И оно очень древнее. Даже нам сложно представить себе его силу. И в этой тьме мы чувствуем целенаправленность, ни одно из её проявлений не хаотично. Я бы даже рискнул сказать, всё происходящее продумано до мельчайших деталей.
— Там? — прерывая своё молчание, спросил Виктор. — Значит это опредёлённое место, это не происходит в разных точках земли? Где-то в нашем мире без какого-либо противостояния со стороны ордена действует тьма? А мы даже не подозревали!
— А… — пёс больше не мог молчать, — в одном вопросе вы немного заблуждаетесь. Там всё же есть один из ваших представителей.
Виктор не скрывая граничащего с недоверием удивления, перевёл взгляд на пса.
— Я не хочу сказать, что я вам не верю, но будь в том месте кто-то из наших, он бы тут же сообщил ордену о происходящем, а не корчил бы из себя героя-самоубийцу в одиночестве.
Второй мужчина хотел что-то спросить насчёт этого речевого оборота, но Виктор не дал тому заговорить:
— В наших рядах нет тех, кто бы вёл себя таким глупейшим образом. "Нет, один такой точно есть", — подумалось Виктору, но он не стал задерживаться на этой мысли. — Где это происходит?
Мужчина в пальто подошёл к Виктору и что-то прошептал ему на ухо.
— В замке оборотней? — повторил Виктор. — Вы знаете кто сейчас в замке?
— Мы не можем знать этого, мы же не часть вашего мира, — напомнил пёс. — Мы обладаем лишь способностью улавливать чувства или проявления света и тьмы. Обычно мы не вмешиваемся, но тут нельзя оставаться в стороне. — Пёс обречённо покачал головой. — Это словно большая туча, которая навсегда лишит мир света. Но так не должно быть. Мы никогда не оспаривали право на существование одной из двух форм ваших абсолютов, но так же мы не поддерживаем и такие попытки тьмы к эгоизму.
Обдумывая полученную информацию, Виктор опёрся рукой о чёрные перила моста. Запах холодной воды щекотал ноздри.
— Раз вы способны улавливать чужие чувства, скажите, что сейчас происходит с тем, кто в замке? — спросил Виктор.
Пёс и его спутник переглянулись.
— Это было бы… — первый из них задумался, вспоминая одно интересное слово, которое недавно прочёл на обложке газеты, — некорректно. — Наконец вспомнил он.
— Некорректно? Это сейчас не имеет значения. Я один из мастеров и должен знать…
— И, тем не менее, — возразил пёс. — Мы не придерживаемся привычки разглашать другим чувства кого-либо.
— Я полагаю…
— Вы уж простите нас, но в этом мы останемся непреклонными.
— Хорошо, скажите мне хотя бы, этот человек испытывает страх?
— Как бы вам сказать, — размеренно протянул пёс, — это не страх, это злость и беспокойство, тревога. Не за себя, за другого человека. Думаю, сказано уже достаточно, мы не имеем права погружаться так глубоко в глубины, мы не можем вести себя столь неподобающим образом.
— Больше никаких подробностей? — и Виктор отошёл от перил.
— Да, это всё.
— Наш орден очень благодарен вам за предупреждение.
— Оно слишком сильно и долго сдерживало свою силу, наращивая её с веками. Что ж, прощайте, не думаю, что мы с вами увидимся за период вашей жизни, — мужчина в пальто вновь приподнял шляпу, сопровождая этот жест тем же вежливым поклоном
Пёс не замедлил поклониться. И оба существа пошли вниз по мосту, а затем свернули в пустующий парк.
Виктор проводил их обеспокоенным взглядом. Он поспешил добраться до резиденции ордена. Уже через двадцать минут Виктор был на месте. С виду это было аккуратное высокое здание, ничего особенного, за исключением двух округлых грифонов у самого входа.