Чтение онлайн

Но, если ваша совесть шевелится, и вы слышите недовольство собою, крик, исходящий из неумолимого прошлого, внимайте себе: есть еще время действовать и спасать заблудших ближних наших: Божественное слово говорит вам: «Братья! Если кто из вас уклонится от истины, и обратит кто его, пусть тот знает, что обратившей грешника от ложного пути спасет душу от смерти и покроет множество грехов». (Прот. Г. Дьяченко).

I. Св. Каллистрат, память коего празднуется ныне, имел дедом своим некоего воина, по имени Неокор, который служил при Понтийском Пилате и был свидетелем страдания и смерти Спасителя. Неокор видел чудеса, сопровождавшие смерть и воскресение Спасителя, уверовал в Него и был крещен апостолами. Возвратившись в родной город Карфаген, Неокор рассказывал всем о Христе, как очевидец, и утвердил в семье своей веру Христову. Подражая деду и отцу своему, Каллистрат учил вере Христовой своих сотоварищей воинов и передавал им то, что унаследовал от отца и деда. Но такая деятельность не могла укрыться от язычников, тем более, что она сопровождалась благочестивою жизнью. На св. Каллистрата было донесено, что он проводит ночи в молитве, при которой с любовью воспоминает имя Христа Спасителя, за Которого он с радостью всегда был готов пострадать. Он был призван к допросу, на котором, непоколебимо исповедав себя христианином, пострадал вместе с 49 другими воинами. Каллистрата предали жестоким мучениям, и он был посечен мечем на мелкие части. Это было в царствование Диоклетиана.

II. Братия-христиане! Поревнуем благочестивой жизни св. мученика Каллистрата.

а) По примеру св. мученика Каллистрата, который любил проводить ночи в молитве, обращенной к Господу нашему Иисусу Христу, что и было причиною его мученических страданий и смерти, и мы отдадим часть ночи, даже хоть несколько минут ночного сна на молитву. Среди окружающей тишины и безмолвия, когда ничто нас не развлекает, когда суета дня оставляет нас на несколько часов в покое, когда так легко заглянуть вглубь своей души, станем по пробуждении хоть на несколько минут на молитву и вознесем свои благодарственные, хвалебные, просительные и покаянные молитвы к нашему небесному Отцу, Который, как Дух вездесущий и всеведущий, с высоты Своего престола милостиво услышит молитву рабов Своих, к Нему обращающихся с верой, надеждою и любовью.

«Не для того дана ночь, – учит златословесный учитель вселенской церкви свт. Иоанн Златоуст, – чтобы мы всю ее проводили во сне и бездействии. Свидетели тому ремесленники, погонщики мулов, торговцы, Церковь Божия, восстающая среди ночи. Восстань и ты, посмотри на хор звезд, на глубокую тишину, на великое безмолвие, и удивляйся делам Господа твоего. Тогда душа твоя бывает чище, легче и бодрее, бывает особенно способна воспарять и возвышаться; самый мрак и совершенное безмолвие много располагают к умилению. Если взглянешь на небо, испещренное звездами, как бы бесчисленным множеством глаз, то получишь совершенное удовольствие, помыслив тотчас о Создателе. Если представишь, что те, которые в течение дня шумят, смеются, играют, проводят время на зрелищах, обижают, лихоимствуют, досаждают, делают бесчисленное множество зол, теперь нисколько не отличаются от мертвых, то познаешь все ничтожество человеческого самолюбия. Сон пришел и показал природу, как она есть; он есть образ смерти, он есть образ кончины. Если взглянешь на улицу, не услышишь ни одного голоса; если посмотришь в доме, увидишь всех лежащими как бы во гробе. Все это может возбудить душу и привести на мысль кончину мира».

«Тогда не беспокоит тщеславие; ибо как это возможно, когда все спят и не видят? Тогда не нападает леность и беспечность; ибо как это возможно, когда столь многое возбуждает душу? После таких бдений бывают и сон приятный и видения чудные».

«Но, скажешь, – продолжает тот же св. отец церкви, – я утомился в продолжении дня, и не могу. – Это отговорка и предлог. Поверь мне, не столько огонь истребляет ржавчину металла, сколько ночная молитва – ржавчину грехов наших. Устыдимся, если не кого другого, то хотя ночных стражей. Они, повинуясь человеческому закону, обходят во время стужи, громко крича и проходя по улицам, часто под дождем и оцепенев от холода, для тебя, для твоей безопасности и для сбережения твоего имущества. Тот о твоем имуществе оказывает такое попечение; а ты не оказываешь даже о душе своей. И притом я не заставлю тебя ходить, подобно ему, под открытым небом, ни громко кричать и надрываться; но, находясь в том же самом жилище, в той же самой спальне, преклони колена, обратись с молитвой ко Господу».

«Для чего Сам Христос на горе пробыл в молитве всю ночь? – спрашивает тот же великий учитель церкви (Лк. 16, 12). Не для того ли, чтобы подать нам Собою пример? Тогда растения восстановляют свои силы, т. е. во время ночи; тогда особенно и душа еще более их принимает в себя росу. Что днем попаляется солнцем, то освежается ночью. Ночные слезы лучше всякой росы нисходят и на пожелания и на всякое пламенное разжение, и не попускают потерпеть ничего вредного. Если она не будет питаться этою росою, то будет сожигаться во время дня». (См. 26 беседу Иоанна Златоуста на Деяния св. апостолов).

б) Второй урок благочестивой жизни св. мученика Каллистрата состоит в том, что мы должны по примеру его любить Господа до готовности положить жизнь свою за св. имя Его. Бог, источник всякой истины, всякой красоты и всякого добра, есть вместе с тем наш всеблагий Отец, непрестанно изливающий на нас Свои милости, конца и числа которым нет.

Даже и простое чувство благодарности, которого не лишен ни один человек, подскажет ему, что он должен любить Бога больше всего на свете. Пусть только на минуту его мысль отрешится от земных интересов и сделает самое краткое обозрение тех дивных дел любви и милосердия Божия к человеку, какими он осыпан с минуты своего рождения и до самой своей смерти на земле и какими будет наслаждаться, если заслужит, в продолжение всей бесконечной вечности за гробом. Но при виде дивных и бесчисленных благодеяний Божиих, явленных сначала в творении человека и возведении его на высочайшую грань бытия и жизни, отделяющую мир чувственный от мира духовного, а затем в искуплении его от страшных бедствий греха смертью Господа нашего Иисуса Христа, смертью не иного кого, но Самого Сына Божия, мысль наша цепенеет от благоговейного изумления пред величием любви Божией к человеку и растворяется в слезах благодарного сердца. «Благодарю Тебя, Господа моего, благодателя прещедрого, яко сотворил мя еси по образу Своему и по подобию и от небытия в бытие привел мя еси, славою и честию венчал еси» (Пс. 8, 6), – можем только сказать словами св. Димитрия Ростовского, сердце которого постоянно горело пламенем божественной любви: «Не сотворил мя еси зверем, ни скотом, ни иным коим животным, но человеком, разумною тварию: бессмертием и самовластием душу мою почтил еси. Аще бо и разлучаемся временно плотию, но на лучшее переселение преходим, душею же бессмертне пребываем во веки, не на тысячу лет, не на две или три тысячи, но во веки вечные, концы не имущие».

III. Молитвами св. мученика Каллистрата да утвердит нас Господь в святой и пламенной любви к Себе и да превратит наше каменное сердце в плотяное, любящее Бога, почитающее Его и благодарящее Его. (Прот. Г. Дьяченко).

I. Преп. Савватий, ныне воспоминаемый церковью, жил в княжение великого князя Василия Васильевича Темного. Сначала он подвизался в Кирилло-Белозерском монастыре, где отличался строгим послушанием настоятелю, примерной жизнью и любовью ко всей братии. Потом, ища полного уединения, он сначала удалился в монастырь на острове Ладожского озера Валааме, а потом, в 1429 году, перешел на необитаемый остров Соловецкий в Белом море. Прибрежные жители дивились решимости Савватия: «как этот старец, – говорили они, – может жить на холодном, почти бесплодном острове?», другие смеялись над ним. Сопутствовать Савватию решился только один подвижник Герман. Оба устроили себе хижины на острове на расстоянии двенадцати верст от берега и поселились там. Жизнь их была очень тяжкая, полная лишений; с трудом поддавалась обработке каменистая почва острова; зима и осень были очень суровы, стужа и ветер едва переносимы. Шесть лет прожил Савватий на Соловецком острове, терпя всевозможные труды и лишения. Однажды Герман отправился к устью реки Онаги, и Савватий остался один на острове. В это время было ему извещение от Бога о скорой кончине, и он поспешил на твердую землю, чтобы найти священника и приобщиться св. Таин. На лодке переплыл он море и в десяти верстах от устья реки Выги встретил игумена Нафанаила, жившего там при небольшой часовне. Нафанаил приобщил его св. Таин, и Савватий мирно скончался 27 сентября 1435 года. Он был похоронен близ часовни Нафанаила. Через 30 лет по кончине преп. Савватия мощи его были открыты нетленными и были перенесены в Соловецкую обитель.

II. Из рассказанного вкратце жития преп. Савватия мы видим, братия, как дорожили святые Божественной трапезой Тела и Крови Христовых, особенно когда предчувствовали близость своей кончины. С глубокой грустью приходится отметить то равнодушие и холодность, с которыми ныне относятся к этому святейшему таинству многие чада Церкви.

а) Тайная Вечеря и здесь та же, как в Сионской горнице; Тот же Господь и ныне учреждает ее; вы слышите собственное слово Его чрез уста священнодействующего: пийте от нея вси; вскоре после этого священные врата отверзаются, является служитель таинства, чтобы пригласить нас к исполнению повеления Христова: пийте от нея вси; он зовет нас: со страхом Божиим и верою приступите. Но вы приступаете ли вси? Долготерпеливе Господи! – часто ни один. – Не смущайтесь много; не укоряя говорю это; знаю, что в вас это не дерзость самочиния, но недостаток дерзновения в вере; что вы поступаете по обычаю, от предков принятому, веками распространенному; но будьте беспристрастны: сличите ваш обычай с Заповедью Христовою: не можете не признать, что обычай мог бы точнее следовать Заповеди; что можно было бы вам деятельнее исполнять слово Христово. В начальные века христианства хождение в воскресные и праздничные дни в церковь и приобщение Святых Таин составляло для верных одну почти нераздельную обязанность; так что есть церковные правила, которые осуждают ходящего в церковь и исходящего вон без святого причащения (Апостольское правило 9. Антиохийского собора правило 2). Вот обычай, очевидно более совершенный, нежели нынешний! Что же касается до тех, которые ниже один раз в год не приступают к трапезе Господней или совсем чуждаются ее: суд их написан в Евангелии: аще не снесте Плоти Сына Человеческого, ни пиете Крове Его, живота не имате в себе (Ин. 6, 53).

б) Не промолчим того, что говорят обыкновенно в свое оправдание редко приступающие к Святым Тайнам: мы недостойны; мы не готовы. Мысль эта иногда подлинно происходит от смирения; и тогда она, конечно, не повредит союзу этих душ со Христом, подобно как этому не повредило смиренное чуждение Петрово: изыди от мене, яко муж грешен есмь, Господи (Лк. 5, 8). Но надлежит осматриваться, чтобы под благовидным покровом имени смирения не притаилась наша холодность к вере и нерадение о исправлении жизни. Ты не готов: не ленись, приготовься. Ты недостоин: недостоин и ни один человек общения со Всесвятым, потому что ни один не безгрешен; но как всякому другому, так и тебе предоставлено веровать, каяться, исправляться, быть прощену и уповать на благодать Спасителя грешников и Взыскателя погибших. Если ты беспечно оставляешь себя недостойным общения со Христом на земле: не подвергаешь ли ты себя явной опасности остаться недостойным общения с Ним на небеси? Но если ты страшишься своего недостоинства и хочешь от него избавиться: то избавишься ли, удаляя себя от Христа, от Его благодати, от Его силы, от Его жизни? Не лучше ли, посильно исправляя свое недостоинство, прибегать ко Христу в таинстве, чтобы принимать от Него помощь и силу к более совершенному исправлению и преуспеянию в благоугождении Богу?

III. Христиане! Щедро Господь отверзает для нас храм Свой, уготовляет Свою трапезу, призывает к Своей вечери. Надобно стыдиться неблагодарного на милостивое приглашение отзыва: имей мя отречена (Лк. 14, 18). Надобно страшиться приговора: званнии не быша достойни (Мф. 22, 8). Да возбуждаем себя, чтобы как можно чаще приступать к трапезе Господней, со внимательным очищением себя от всякие скверны плоти и духа, со страхом своего недостоинства, но с верой в благодать, с сердечным алканием и жаждою любви к сладчайшему Иисусу, Которого Плоть и Кровь есть истинный хлеб жизни и единственная чаша спасения. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Филарета, митрополита Московского, т. IV, изд. 1882 г.).