Полный назад! «Горячие войны» и популизм в СМИ
Шрифт:
В 1945 году, в конце войны, мне было тринадцать с половиной лет. Тогда я понимал не сильно много, но смог понять, что такое диктатура, и что следует прыгать в ров, когда над головой свистят пули (перестреливаются фашисты с партизанами). Я разбирался, кто были «маро» из «Десятой МАЗ» [245] , которые считались хорошими ребятами, но немножко чересчур романтичными, и кто были молодчики из «Черных бригад» [246] , от которых все разбегались кто куда. Я отличал партизан-бадольянцев с голубыми повязками от партизан-гарибальдийцев, чьи повязки были красного цвета [247] .
245
«Маро» — морская пехота. МАЗ (ит. Mezzi dAssalto) — десантники. После выхода Италии из войны 8.09.1943 полковником Ю. В. Боргезе были сформированы ударные группы «Десятой флотилии МАЗ» для защиты Республики Сало. Группы воевали на стороне немцев против союзнических армий США и Англии, проводили репрессивные акции среди мирного населения. «Десятая МАЗ» памятна жестокостью, обреченностью и решительностью.
246
«Черные бригады» были созданы Муссолини после 8.09.1943 для защиты Республики Сало. «Бадольянцы» подчинялись генералу Пьетро Бадольо, возглавившему правительство страны после ареста Муссолини (25.07.1943) и действовали во второй половине 1944 г., когда север Италии был оккупирован немцами и шла партизанская война.
247
Бригады «Гарибальди», участвовавшие в итальянском Сопротивлении, были бригадами коммунистов и сражались под началом Луиджи Лонго, впоследствии — секретаря Коммунистической партии Италии.
Потом мне стало известно, что сбросили атомную бомбу на Хиросиму и что обнаружили нацистские лагеря смерти; что добровольцев Сало посадили в Кольтано [248] и вскоре выпустили, что был убит философ Джентиле, что расстреляли братьев Черви [249] , что Эзру Паунда арестовали за коллаборационизм и что, по окончании военных действий, бывшие партизаны стали превращаться в грабителей с большой дороги.
Поскольку я в общем и целом шевелил мозгами и внимательно читал газеты и журналы, я довольно быстро стал знать и о Кефалонии, и об истрианских фойбах, и о сталинских репрессиях, а позднее, читая письма приговоренных к смерти участников Сопротивления, я уяснил, что среди них были и марксисты, и католики, и монархисты, умиравшие за короля [250] . После войны марксистская историография довольно сильно педалировала роль коммунистов в борьбе за освобождение Италии. Но память Сопротивления сложилась из многих компонентов, и складывали ее не только марксисты. Только на этой памяти Сопротивления смогло воздвигнуться демократическое государство. Больше ведь не на чем было: всем подспудно известна истина, которую Ренцо Де Феличе [251] впервые высказал громко и ясно. Истина эта — что Италия, как ни крути, принимала и поощряла фашистов. После Освобождения имели место кое-какие чистки. Однако в самые краткие сроки тысячи людей, побывавшие фашистами, но лично никого не убившие, вернулись на рабочие места. В бюрократическом аппарате сохранились те же люди, которые были при фашизме, и они — то в шутку, то всерьез — иногда поборматывали, что «было лучше, когда было хуже». В 1946 году, через год после гибели фашизма, я увидел на стенах первые плакаты Итальянского социального движения [252] . В те же годы многие читали не «Унита», а «Боргезе» и «Кандидо» [253] . По государственному телевидению начали упоминать Сопротивление лишь когда президент Сарагат [254] (то есть уже в 1960-е годы) взял привычку оканчивать свои речи словами «Да здравствует Италия! Да здравствует Республика!» и казалось, он кого-то на что-то провоцирует.
248
Лагеря в Кольтано, возле Пизы, были созданы американцами для интернирования пленных всех национальностей, а в особенности — лиц, сотрудничавших с Республикой Сало.
249
Джованни Джентиле был убит партизанами-карателями на пороге своего дома во Флоренции 15 апреля 1944 г. Партизаны отнеслись к Джентиле как к фашисту (он подписал в 1925 г. «Манифест фашистской интеллигенции», хотя, будучи министром, он выступал против антисемитских расистских законов, введенных в Италии королевским декретом 1938 г.). Семь братьев-антифашистов Черви из семьи эмилианских крестьян были расстреляны в декабре 1943 г.
250
Кефалония — остров в Ионийском море, где итальянские и немецко-фашистские войска, бывшие союзниками, после выхода Италии из войны 8 сентября 1943 г. внезапно оказались в положении врагов. Местное командование итальянцев было против боевых действий, но из главного штаба армии поступил приказ вступить в сражение. Так в бессмысленном бою погибли 1300 итальянских солдат, 350 были захвачены в плен и расстреляны. Фойбы — глубокие овраги в Истрии, куда осенью 1943 г. и в особенности в те дни, когда в Триест вошла югославская армия (с апреля до середины июня 1945 г.) дружинники Тито сбрасывали тысячи человек, как военных так и штатских, итальянцев, хорватов, словенцев. Король Виктор-Эммануил III Савойский (1869–1947) правил Италией с 1900 по 1946 г. 9 мая 1946 г. отрекся в пользу сына Умберто IL Это не спасло итальянскую монархию, дискредитированную бегством короля 9 сентября 1943 г. из Рима в Бриндизи; поэтому в 1946 г. был назначен референдум и итальянцы выбрали в качестве типа государственного управления республику. Виктор-Эммануил III Савойский умер в эмиграции в Египте (Александрия).
251
Ренцо Де Феличе (1929–1996) — итальянский историк, в молодости — коммунистической ориентации. Вышел из партии в 1956 г. после венгерских событий. Обвинялся в ревизионизме за попытку официально описать феномен поддержки фашизма со стороны всего населения Италии и поведать в незаинтересованном, неполитизированном ключе историю фашистской диктатуры.
252
Члены «Итальянского социального движения» (MSI) — неофашисты, впоследствии принявшие имя «Национального Союза» (Alleanza Nazionale, партия Джанфранко Фини).
253
«Боргезе» — журнал, основанный Лео Лонганези (1905–1957) в 1950-х гг. Правой политической ориентации, блестящий и элегантный журнал мог гордиться такими сотрудниками, как Джузеппе Преццолини и Индро Монтанелли. «Кандидо» — журнал, основанный в декабре 1945 г. Джованни Гуарески (1908–1968), писателем-юмористом и карикатуристом, автором известной серии книг и фильмов о заклятых врагах, священнике и коммунисте — Доне Камилло и Пеппоне. Журнал был антикоммунистическим, но не стремился подольститься к новопришедшей к власти Христианско-демократической партии.
254
Джузеппе Сарагат (1898–1988) — итальянский политик, активный участник Сопротивления, основатель Социалистической Рабочей партии Италии (в 1947 г. она была образована из отколовшейся фракции компартии), вскоре принявшей имя социал-демократической партии Италии. Президент Италии (1964–1971).
Так что многие «замалчивавшиеся» имена и факты, как только что было продемонстрировано, я знал в самом зеленом возрасте и как раз потому, что их никто не думал замалчивать. Иначе как я мог знать их? Неужто в тринадцать лет один я и только я оказался, во всей Италии, допущен к важнейшим государственным секретным сведениям?
В начале 70-х годов Мариза Бонацци организовала в Реджо Эмилия выставку «Учебники для начальных школ». Затем, в 1972 году, мы с Маризой Бонацци вместе обработали материалы выставки и опубликовали в издательстве «Гуаральди» книгу под названием «Лживые листы» (I pampini bugiardi). В книге воспроизводились выдержки из учебников с нашими ироническими подписями. «От нас» были вставлены и краткие предисловия к разделам (бедные; работа; родина; расы; гражданское воспитание; история; наука; деньги и проч.). Остальное — сами тексты. На страницах нашего издания представали выдержки из школьных книг, где не только повторялись клише фашистских учебников, но использовалось и более ветхое старье даннунцианского пошиба [256] .
255
«L'egemonia della sinistra». «Репубблика», ноябрь 2000 г.
256
Националистические воинственные перепевы творчества и публичных эскапад Габриэле Д'Аннунцио (1863–1938) — литератора-декадента, общественного деятеля, участника войн, реваншиста, идеолога итальянской агрессии в течение всей Первой мировой и перед Второй мировой войнами.
Приведу только два примера. Курсив мой. Портрет Назарио Сауро [257] , выстроенный по канонам муссолиниевской скульптурности:.
Мощное тело полнится свежей живою кровью, крупная сильная голова, решительный взгляд: ему передался бессмертный дух, витающий над нашими долами, над нашими горами, над нашими итальянскими морями. Духом этим сильна Италия, наша Родина, краше всех других на сеете родин.
Второй пример — это абзац о военном параде 2 июня, в день государственного праздника Итальянской республики:
257
Назарио Сауро (1880–1916) — геройский итальянский подводник, казнен австрийцами во время Первой мировой войны.
…течет стальной поток, развеваются знамена, сияет оружие, идут воины боевыми порядками… Колоссальные танки и бронетранспортеры, годные для продвижения войск даже через облако ядерного взрыва… Артиллерийские орудия… Легкие и подвижные наступательные машины…
Без всякого сомнения, тексты, внушающие невинным детям, что наши танки, будто стальные кони, дружно мчат сквозь легкие облака ядерного взрыва, — это недобросовестные тексты. Книга, составленная нами, получила неплохой резонанс и внесла посильный вклад, наряду с другими выступлениями (в предисловии я цитировал тематический номер журнала «Рендиконти»), в обновление — на общенациональном уровне — текстов школьных учебных пособий. Ни один министерский работник не высказался на эту тему, не была создана никакая комиссия, не была назначена никакая проверка. Как бывает в области культуры, изменение ситуации совершилось самопроизвольно благодаря свободной критике.
Думаю, это и есть норма для цивилизованной страны. Не стану отзываться об учебниках, вызвавших филиппику Стораче [258] , потому что я их не читал. Вполне готов признать априори, что некоторые места в этих учебниках спорны. В свободной стране спорные мнения оспариваются. Оспариваются — не цензурируются. А если суждено вспыхнуть дискуссии, то пускай она вспыхивает сама. Естественно, критикующему пристало быть достаточно заслуженным в культурном и в моральном смысле, чтоб его критика звучала авторитетно. Но подобные регалии зарабатываются на поле боя.
258
Франческо Стораче (р. 1959) — депутат от правой группы MSI-DN (наследницы распущенной по суду Национально-фашистской партии, впоследствии MSI-DN приняли имя «Национальный Союз»), В ноябре 2000 г. предложил переписать учебники истории для средней школы, устранив сведения о героических эпизодах антифашистского Сопротивления.
Не скажу вам ничего нового, напоминая, что школьники должны осваивать свои учебники, и хорошие и плохие, под руководством преподавателя и с сильной поправкой на информацию, поступающую (особенно в нынешнюю эпоху) по другим каналам. У нас в лицее философию учили по Ламанна, серьезному, но неподъемному, пронизанному идеализмом. Джакомо Марино, преподаватель философии, человек религиозный, великолепный лектор (он объяснял нам даже Фрейда, рекомендуя в качестве литературы по Фрейду цикл «Врачевание и психика», «Die Heilung durch den Geist» Стефана Цвейга [259] ) не любил Ламанна и прочел нам совершенно другой, оригинальный курс истории философии.
259
В эту трилогию австрийского писателя Стефана Цвейга (1881–1942) вошли художественные биографии австрийских ученых и врачей Ф. Месмера, 3. Фрейда и американской врачевательницы, основательницы «христианской науки» Мэри Бейкер Эдди.
Потом я стал философом, специалистом, но многое в моей науке я помню со времени лицея именно в том виде, в каком это мне излагал профессор Марино.
Однажды я спросил у Марино, какой журнал по вопросам культуры он может мне рекомендовать дополнительно к уже известному мне «Фьера Леттерария» (в те времена имевшему сугубо религиозное направление, хотя рассказывалось в нем о чем угодно). Он посоветовал мне еще один серьезный и не менее религиозный журнал, «Гуманитас». Эту рекомендацию я хотел бы рассмотреть сейчас в свете пресловутого вопроса о «культурном засилии левых».
Сегодня юноша, который, как водится, не много знает об Италии прошлых лет, читая газеты и слушая политиков (если уж он читает и слушает), вынесет только одно впечатление: что со времен окончания войны и вплоть до «Чистых рук» [260] Италией рулили исключительно левые интеллигенты, которые, владея всеми рычагами власти, установили повсюду свою культурную гегемонию, грустные результаты чего мы наблюдаем и по сей день. Я хотел бы возразить этим юношам, что со времен окончания войны нашей страной управляла христианско-демократическая партия, крепко державшая контроль над министерством образования, и что существовали солидные религиозные издательства («Морчеллиана», «СЕИ», «Студиум», «Аве»), а также что имелось специальное христианско-демократическое издательство «Чинкве Луне». «Риццоли» было прибежищем консерватизма, и не было ничего левого в таких издательствах, как «Мондадори», «Бомпиани», «Гардзанти». Школьные учебники издавались в «Ле Монье», «Принчипато», «Валларди» — весьма далеких от коммунистов. Марксизм не подходил и близко к таким популярным еженедельникам, как «Доменика дель Коррьере», «Оджи», «Темпо». Не существовало больших газет левой ориентации, не считая «Униты», но «Униту» покупали только те, кто голосовал за коммунистов. Проще всего сказать так без учета издательства компартии («Универсале дель Кангуро»), единственным по-настоящему левым издательством было «Эйнауди». Да и то, когда они в 1948 году опубликовали первую книгу по советскому диалектическому материализму, это была книга автора-иезуита. «Фельтринелли» [261] родилось на свет позже. Главными хитами «Фельтринелли» были «Леопард» Джузеппе Томази ди Лампедузы и «Доктор Живаго» Бориса Пастернака; ни ту, ни другую вещь не назовешь ослепительными проявлениями марксизма.
260
«Чистые руки» — судебные расследования по делам о коррупции, начавшиеся в Милане в феврале 1992 г. и распространившиеся по всей Италии. Волной расследований, обнаруживших множественные случаи незаконного финансирования политической деятельности, накрыло ведущие итальянские политические партии, в первую очередь — социалистическую.
261
«Фельтринелли» — издательство, основанное в Милане в 1954 г. интеллектуалом-террористом Джанджакомо Фельтринелли, вывезшим из СССР рукопись «Доктора Живаго» (итал. публ.: 1957), в 1972 г. подорвавшимся на собственной мине.
Так что речь идет не о марксизме, а скорее о «левой мысли». Когда походя говорят о «левой мысли», имеют в виду мысль светскую, либеральную, деятельную, можно даже сказать — крочеанскую [262] . Вообще же в университетах власть и места на конкурсах делились между двумя главными группами: группой католиков и группой некатоликов. Группа некатоликов вмещала в себя всех, в том числе и немногих имевшихся профессоров марксистской складки.
Как же смогла установиться гегемония левых в культуре? Ведь она в конце концов постепенно установилась? И почему правящие христианские демократы не заняли оборону и не вознесли Диего Фаббри превыше Бертольта Брехта [263] ?
262
«Крочеанское» мышление для Эко означает «неотрешенное», живо связанное с реальностью.
263
Диего Фаббри (1911–1980) — итальянский писатель-католик, сочинявший драмы на религиозные темы. Вертолет Брехт (1898–1956) — немецкий поэт и драматург, в молодости анархо-индивидуалист, разрабатывавший теорию театра «эпохи науки и социалистической революции».
Объяснение не в том, что, как кое-кто утверждает ныне, правящая партия проявила широкую и безмятежную терпимость. Это частично справедливо, однако в 50-е годы, я помню, некоторым коллегам отказывались оформлять трудовую книжку на телевидении, говоря в лицо, что коммунистов не берут. Перечитаем прессу того времени и увидим, какие бушевали споры, сколько было нетерпимых и резких выпадов — ныне такое непредставимо. Однако справедлив и общий вывод. Да, действительно — правящая партия заняла твердую позицию: отдайте нам контроль над экономикой, над министерствами и ведомствами, а в культурную деятельность мы, так и быть, не будем совать свой нос.