Чтение онлайн

Ну вот, так-то лучше. Не хватало им здесь, в толпе, еще и неадекватного слепого берсерка. Они и так в глубокой жопе, но должен же быть какой-то предел?

Мясорубка завертелась с новой силой. Мутанты все прибывали и прыбывали, казалось, там, снаружи, стоит гигантский принтер с бесконечным картриджем, подключенный к больным мозгам десятка шизофреников, которые изобретают бесконечные идеи все новых и новых монстров. Людей осталось мало, но, как ни странно, это было в чем-то даже лучше. В живых остались самые сильные, быстрые, живучие, сообразительные. Чуть впереди строя встали самые здоровые, сильные и жирные. Их задачей было сбивать в стороны "живые тараны" и не давать разбросать остальных, не столь... устойчивых. Остальные работали мясниками, закалывая добравшиеся до рукопашной тщательно обработанные кислотой туши. В чем-то стало полегче, но... Все зверски устали, несмотря на всю начинку своих нечеловечески выносливых тел. И не только физически устали, но и морально. Эмоциональные качели "мы все умрем" - "ура, спасены" - "а, нет, таки умрем", шевелящиеся под ногами, слева, сбоку, сверху огромные щупальца, поглощающие все подряд - в том числе павших товарищей - так себе аттракцион, в общем. Поневоле возникает мысль, когда наступит твоя очередь пойти на фарш в этой огромной мясорубке.

Солнце потихоньку начинало клониться к закату, напор бесконечной живой волны все не иссекал, Тиф все так же поглощал заготавливаемые остальными туши... рутина. Хочется лечь и сдохнуть, останавливает только осознание того, что тебя сразу же всосет огромный слизистый шланг и уволочет, чтобы сделать из тебя... какое-то гавно. Неприятно, знаете ли. Столько проявленного героизма, и такой бесславный конец. И ни могилки тебе, ни памятника, ни хрена. Ни одна собака даже не вспомнит.

Не так давно Павел увидел, как прожорливый шланг заглатывал останки Станислава - неудачливого основателя и вождя "крестового похода". Жалко его, классный был парень. Болтун, конечно, но кто не без греха...

Павел в очередной раз провел по лицу рукой, размазывая грязь, и поморщился. Знает же, что так только хуже, но гребаные рефлексы подводят. В мерзкой, липкой кровавой грязи абсолютно все - руки, ноги, голова, земля под ногами, люди вокруг, щупальца над головой, весь гребаный мир состоит из грязи. Одни глаза были исключением, но теперь, благодаря дурацкому рефлекторному жесту, в каждом из них по целой пригоршне. Жжется, зараза. "Эй, Сим, ты умеешь выключать рефлексы?"

Сим отозвался вялой волной раздражения. Кажется, ему было не до шуток. Бедный симбиот тоже бился как лев, и его силы были не безграничны. Еще час назад он убрал почти все обозначения "дополненной реальности", оставив только скупые кляксы для предположительных уязвимых мест. На месте жизненных показателей Павла красовался сиротливый черный крест, символизируя то, что им обоим предстоит в будущем. Вне зависимости от того, выживут они или нет.

Мерзкое грязное щупальце в очередной раз проехалось Павлу по лицу. Отплевываясь, он недовольно посмотрел наверх, туда, где из огромного пульсирующего кокона торчал Тиф. Человек - тентакля, мать его. Размахался тут...

Павел недовольно посверлил Тифа взглядом, устало представляя, как тому на голову падает сотня кило напалма. Фантазия работала плохо, и легче не становилось. Ну и не очень-то и хотелось, его уже и так жизнь наказала. Тут Павел вдруг насторожился - лицо Тифа, весь бой сохранявшее высокомерно-презрительное выражение, вдруг выдало целый букет эмоций - смятение, растерянность, удивление, злость... Ой, не к добру, ой, не к добру...

Тиф заворочался, замахал руками, его щупальца замельтешили активнее, давясь новыми жертвами. Что случилось, что он так... Уже все поняв, Павел медленно повернул голову в сторону прохода. Там был он - родной брат клешнеящера, расправившегося с амебой-охранником. Не близнец - пониже, пошире, чешуя другого колера, но это все мелочи. Как только он добредет до их строя, бой закончится. Он их просто раздавит. Сядет на них сверху и раздавит к чертям. А потом сожрет под приятным кислотным соусом. Павел прям прочувствовал, как внутри него стрелочка надежды, и так уже болтавшаяся на значении "а может все-таки...", обломала ограничитель и прокрутилась на пол-оборота вниз.

Интересно, если Тиф сожрет вообще все вокруг, в том числе тушу первого ящера, он сможет...

– Крыса!
– внезапно заорал Тиф. Крик был настолько громким и внезапным (и пиздец страшным), что Павел от неожиданности заехал себе по зубам остатками щитонаруча и пропустил болезненный укус от какой-то мелкой тварины.

– Я тебе сейчас бошку нахрен оторву!
– продолжал надрываться Тиф.
– И в жопу вставлю! Мудак тупой!

Щупальца злобно взметнулись и попытались ухватить кого-то стоящего слева, в той части строя, которая раньше успешно скрывалась у Тифа за спиной. Тот подвергаться столь кардинальным изменениям справедливо не захотел, и рванул вперед, прикрывшись парочкой невезучих мутантов. Павел с изумлением узнал в прыгуне старого знакомого, которому был обязан появлением Сима... и множеством разных неприятных вещей. Крыс выглядел, как все, не очень - грязный, помятый, левый глаз пересекает глубокий разрез. Тем не менее, на его скорости усталость не сказалась.

Тиф, увидев, что не успевает перехватить юркую цель, перешел на главный калибр. Мощный кислотный залп с запасом накрыл Крыса и все возможные пути бегства. Увы, с недостаточным запасом - Крыс рванул с места как конь, вырываясь из-под кислотного душа и уходя в сторону, под прикрытие деревьев.

Тиф сгоряча поплевал ему вслед, само собой не достал и вернулся к прошлому занятию - наращиванию массы и подготовке к финальной схватке.

"Что это было?" - удивленно подумал Павел.
– "Дичь какая-то, нашел время разборки устраивать".

Хотя, может быть, он и прав. Другой возможности может уже и не оказаться. Что, интересно, не поделили эти два заслуженных человеконечеловека? Сперли друг у друга вкусный имплант? Будет забавно, если своей выходкой Тиф спас Крыса, и тому единственному удастся сбежать. Хотя, учитывая, сколько голодных ртов уже разбежались по местным джунглям, бегуну не позавидуешь.

К этому времени приближающегося ящера увидели уже все. Не осталась незамеченной и нервная суета Тифа, что тоже добавило мандража. Люди встряхнулись, вышли из режима "усталых мясорубок" и завертели головами по сторонам в поисках решения. Решения не находилось - лишь такие же усталые, избитые, измотанные, еле стоящие на ногах человеки вокруг. Ящер потихоньку приближался, аккуратно пробираясь по слишком узкому для его бронированной толстой туши ущелью.

Сзади разгорелся яростный спор. Кто-то предлагал идти на прорыв, его называли идиотом и недоумком - вполне, кстати, справедливо. Какое, к чертям, бегство? Достаточно выйти за пределы образованного Тифом укрепления, и их просто сомнут и задавят. Кто-то предложил сгоряча тащить с тобой и Тифа, но никто даже не посмеялся. Гигантское скопище плоти весило, наверное, десятки тонн, его только что вертолетом поднимать - если бы он здесь был. Сам Тиф в обсуждении не учавствовал, он вообще ни с кем не разговаривал с момента своего появления. Он лишь напряженно смотерл вперед, закусив губу, и все быстрее и быстрее пульсировали щупальца. Часть из них принялись обрастать плотной чешуей и костяными пластинками, превращаясь в огромные пики. Интересно, почему он не вырастил такие с самого начала? Не мог? Или это из-за побочных эффектов от такого... бурного развития?

Побочных эффектов хватало, разбухающие щупальца то и дело рвались, обдавая всех фонтанами мерзкой мутной жидкости - хорошо, что все и так грязные, как свиньи, а то было бы неприятно. Ха-ха.

Координация многочисленных конечностей тоже нарушилась, раньше они напоминали клубок стремительных змей, сейчас же... нда. Щупальца путались, мешали друг другу, сцеплялись, срастались и затем отрывались друг от друга, оставляя глубокие раны. Ой, что-то тяжко у Тифа идет... Слишком уж он увлекся размером в ущерб качеству. Оставалось надеяться, что он знает, что делает.

И да, кстати, все это... это... оно же временное, так? И потом он сможет все отменить? Или так и будет ходить с приросшими к заднице... То есть ползать. Хотя какое там "потом"...

Ящер, пробирающийся через проход, неловко повернулся и застрял, упершись в несколько выступающих из монолитной стены камней. Недовольно заревел, рванулся, со склонов осыпался целый водопад мелких осколков, но освободиться не получилось.

Воспользовавшись моментом, Тиф вытянул вверх свою самую толстую "плевательницу" и попытался навесом забросить ящеру на голову кислотный подарочек. Чуток не добросил - кислота с шипением растеклась по камням метрах в десяти от беснующегося зверя.