Чтение онлайн

Сразу после суда над младшим Морозовым Никита привез Юлию сюда. Они немного погуляли в парке и, выйдя на смотровую площадку, остановились, чтобы полюбоваться панорамой древнего города. Глеб все же довел дело до конца, подключив все возможные и невозможные связи, вычислил, где скрывается Владимир, и вывел на него оперативную группу. Доказательной базы оказалось вполне достаточно, чтобы привлечь его к ответственности. Теперь, когда суд был позади, Никита окончательно воспрянул духом. Но главным для него стало согласие Юлии на брак. Сейчас ему больше всего хотелось помчаться куда-нибудь, отыскать для нее какое-то невероятное подвенечное платье, договориться о венчании, но Юлия попросила не торопиться. Не потому, что могла передумать, нет, просто ей вдруг захотелось растянуть это неведомое прежде состояние ожидания праздника. Впервые в жизни она осознала, что значит быть невестой. Окруженная вниманием и заботой Никиты, она ощутила, что иногда можно позволить себе быть слабой, чуть капризной и бесконечно любимой.

Андрюшка за прошедшее время настолько спелся с Никитой, что теперь целыми днями пропадал у него дома. Плескался в небольшом бассейне, вечерами просиживал у камина с будущим отчимом, ведя с ним задушевные беседы. Расспрашивал о местах, где пришлось побывать Никите. Только тот почти ничего не рассказывал о войнах, в которых участвовал. Старательно избегал не только расспросов, но и намеков. Зато мог сколько угодно говорить о лесе. Андрюшка с удовольствием ездил с Никитой по делянкам, посещал лесопилки, с интересом наблюдал, как огромные стволы елей превращаются в идеально ровные, остро пахнущие смолой доски. Сейчас мальчик остался дома под присмотром Виктора. Ему объяснили, что у Никиты и мамы неотложные дела.

Никита, решив воспользоваться относительной свободой, уговорил Юлию не спешить домой. Действительно, почему бы им не посвятить этот день себе? Тем более что, когда он усаживал Юлию в машину, она вдруг уверенно сказала:

– Я согласна!

– Что? – переспросил Никита.

– Я согласна выйти за тебя замуж. Конечно, если ты не передумал! – как-то совершенно буднично повторила Юлия, и, если бы не запылавшие внезапно щеки и напряженно сузившиеся от ожидания ответа глаза, можно было бы подумать, что секунду назад они обсуждали, покупать или не покупать сегодня картошку.

Никита вздрогнул от неожиданности и бесконечно долгое мгновение смотрел на Юлию, а после…

Он целовал ее прямо в машине, на виду у прохожих, не обращая ни на кого внимания, не замечая, что на них смотрят с усмешкой. Никита словно сбросил добрых три десятка лет и превратился в восторженного, безумно влюбленного юношу, впервые ощутившего сладость первого долгожданного поцелуя. Они не могли оторваться друг от друга, и даже нетерпеливые гудки автомобилей, которым они перекрыли выезд из паркинга, не смогли прервать их поцелуй.

Смешно, но они целовались на светофорах в ожидании зеленого света, на стоянке в парке, у величественного памятника с пушками и никак не могли остановиться. Долгое, мучительное ожидание вдруг прервалось, и страсти, бушующие в Никите, как, впрочем, и в Юлии, вырвались на свободу, захватили их, закружили в стремительном водовороте и теперь не выпускали из цепких объятий.

Пряча лицо на груди Никиты, Юля не могла прийти в себя. Наконец-то она обрела то, ради чего стоит жить, – любовь!