Чтение онлайн

— От него или вообще? — деловито осведомилась Нина.

— От него, — призналась я.

— Господи, Машка… Ты же обещала плюнуть на него.

— Я плюну, Ниночка, обязательно плюну!

Ненавижу, когда меня жалеют, а в последнее время я, похоже, вызываю у близких одну только жалость. И с этим надо кончать! Но как? Первым делом необходимо прекратить всякие разговоры о Максе, чтобы окружающие попросту позабыли о нем. Им это будет нетрудно, они же не любят его так, как я… Затем нужно как можно больше работать и сказать себе: мне всего только сорок лет, в наше время это чепуха, а не возраст, я хороша собой, у меня все еще в жизни будет, я успею, главное — не суетиться. И не жалеть себя. Да и действительно, из-за чего? Из-за очередного мужика, оказавшегося козлом, как и все прочие? Не стоит, Маша, ей-богу, не стоит…

Я, как могла, боролась с собой, и довольно даже успешно, только иногда какое-то случайное слово, песня вдруг опять вызывали приступ боли. Как-то по дороге в издательство я включила радио и вдруг услышала песню, где была такая строчка: «Придет весна, и лед сломают реки, пускай „прощай!“, но только не навеки!» Я чуть не завыла. Сейчас я тем и занимаюсь, что прощаюсь с Максом навеки.

Но мало-помалу любая боль притупляется. Или больной умирает. Однако умирать я не собиралась.

Настало лето, жаркое, засушливое. Я с благодарностью думала о брате, который так предусмотрительно снял дачу, куда я перевезла Лизу с Белкой. Сама я дачу не люблю, я до мозга костей городской человек. Но в эту жарищу даже я иногда с удовольствием оставалась ночевать за городом. Гешу Глюка я сначала не собиралась туда везти, но, видя, как он, бедолага, мучается от духоты, все-таки отвезла, страшно боясь, что он удерет. Однако мой котишка очень быстро освоился, без конца жрал какую-то траву и не собирался никуда сбегать.

Работать на даче мне не удавалось, и я неизменно возвращалась в свою одинокую квартиру. Как-то под вечер я в полном изнеможении валялась на диване, когда раздался телефонный звонок. И кому это неймется в такую жару?

— Алло?

— Маша? — донесся женский голос, мучительно знакомый.

— Да.

— Не узнаешь?

— Нет…

— Машка, зараза!

— Галка, ты?

— Ну наконец-то! Как жизнь?

— Галка, ты где?

— Пока в Торонто! Но через два дня прилечу! Машка, дарлинг, приютишь на недельку?

— Спрашиваешь! Галка, как я рада!

— Я тоже соскучилась, ужас! Ты сможешь меня встретить?

— Еще бы, говори номер рейса!

— Что тебе привезти?

— Ничего, в Москве сейчас есть абсолютно все! Главное, приезжай. Сколько же мы не виделись? Как Матвей?

— Приеду, все расскажу! Потреплемся, как бывалоча! Ну все, Машка, до встречи!

Подумать только. Галка Белиловская, моя подруга еще со школы. Это она прислала мне блузку с Максом. Интересно, она про него спросит? Если спросит, расскажу, а если нет… Наверное, все равно расскажу, во мне еще живет эта идиотская потребность говорить о нем. А Галка конечно же самый подходящий для этого человек: поживет недельку и уедет к себе в Канаду. Черт, а ведь ее придется чем-то кормить. Сама я в такую жарищу почти ничего не ем. Для начала сделаю бадью окрошки, она ее любит, а там видно будет… Вообще-то Галка раньше была на редкость легким человеком. Думаю, такой она и осталась. Теперь я точно вспомнила: мы не виделись десять лет. Немало!

К счастью, Галкин самолет прилетал ночью, и я без проблем добралась до Шереметьева, тем более в машине есть кондиционер. Минут через пять объявили о прибытии Галкиного рейса. Я уже была сама не своя от нетерпения, так мне хотелось увидеть старую подругу. Но вот и она, тащит на поводке громадный чемоданище и внушительных размеров сумку. Глаза испуганные. Она почти не изменилась, только приобрела какой-то заграничный лоск.

— Галка! — бросилась я к ней.

— Машка! Слава богу, ты здесь! Ох, до чего ж я рада…

Мы обнялись.

— Выглядишь потрясно, Машка!

— И ты тоже не погано! — засмеялась я. — Почему тележку не взяла?

— Не нашла… Мы на такси?

— Зачем? У меня тачка…

— Да ну? Это хорошо, а то мне наговорили всяких ужасов про здешних таксистов…

Наконец мы погрузились в машину.

— Галка, ты по делам или просто так?

— Просто так… — как-то неуверенно проговорила она. — Я давно собиралась… Я у тебя побуду денька три, потом смотаюсь во Владимир к родне… Маш, а ты одна живешь?

— Как перст!

— Хорошо.

— Галка, у тебя что-то случилось?

— А что, заметно?

— В чем дело? Что-то с Матвеем?

— Да! Я, Машка, обнаружила, что у него есть баба…

— И что?

— Хреново мне от этого. А там такая жизнь… поделиться не с кем.

— Но, насколько я знаю, там с такими проблемами к психоаналитику ходят…

— Вот-вот… Ну, я и подумала, мне этот психоаналитик обойдется дороже, чем поездка в Москву, к своим… К тебе, дарлинг…

— Умница! У нас пока еще душу подругам изливают, дешево и сердито!

— Машка, мне уже легче стало, — удивленно проговорила она. — Бог ты мой, как Москва-то изменилась, какое освещение, реклама…

— Мы вот завтра с тобой погуляем, то ли ты еще запоешь. Хотя жара несусветная… Но что-нибудь придумаем. Завтра суббота, движения такого не будет, мы на машине с кондиционером поездим.

— Маш, а у тебя поесть что-нибудь найдется, — в самолете такой гадостью кормили…

— Окрошку будешь?

— Не может быть!

— Может, может…

Приняв душ и надев на себя только майки, мы уселись на кухне и принялись за окрошку.

— Ой, как вкусно… Сто лет окрошки не ела! Я думала, мы с тобой выпьем, привезла две бутылки виски, в дьюти-фри купила… Но такая жара…

— Я, Галка, виски не пью, с души воротит. Но у меня есть водка, можем выпить по рюмке за встречу, не развалимся.

— Это точно! Давай!

Мы выпили по две рюмки, а больше не хотелось. Жарко.

— Ну, Галка, что там у тебя?

И она поведала мне весьма банальную историю о том, как совершенно случайно обнаружила, что муж ей изменяет с молоденькой соседкой. Но подобные истории кажутся банальными только посторонним, для жертвы это всегда новая и невиданная трагедия. Во всяком случае, Галка воспринимала это именно так. Она обожала своего Матвея, поехала с, ним в Канаду, хотя вовсе не хотела уезжать, а он…

— А он такой же козел, как все мужики. Не огорчайся, поблядует и перестанет. Только не устраивай скандалов.

— Это я понимаю… Я даже виду не подала, что знаю.

— А он не удивился, что ты вдруг в Москву собралась?

— Обрадовался, — горестно вздохнула Галка. — На свободе погулять охота.

Мы еще долго обсуждали Матвея, Галка рассказала, как они трудно входили в новую жизнь, но теперь, казалось бы, все устроилось, дочка вышла замуж, Матвей работает в крупной фирме, производящей телеаппаратуру, а она сама преподает русскую историю в университете… И вдруг молоденькая красотка, поселившаяся неподалеку… Я всем сердцем сочувствовала ей. Неожиданно она спросила: