Чтение онлайн

Посоветовался со Срачкоробом. Юхим не задумываясь предложил пройти вверх по Кальмиусу, из верховий перетащить волоком струги в Самару и спуститься по ней в Днепр.

— Только перегружать чайки (ещё ни один учёный не смог указать хоть какое-то различие между чайкой и донским стругом [8] ) никак нельзя. Уж очень воды там мало у волока.

— Значит, пойдём на трёх вместо одного. Гребцов здесь набрать можно, будем искать струги.

Пришлось заниматься и этим. Проблема оказалась нешуточной, все корабли, готовые к плаванию, были задействованы в летней кампании на нескольких фронтах. Один старый, но ещё крепкий, купили втридорога у богача Рафаила Караимова. Он, занявшись поставками соли на Русь, ни в какие походы ходить не собирался, деньги и без того текли к нему рекой. Для перевозок соли струг подходил плохо, несравненно дешевле её было транспортировать плоскодонными баржами, но торговался представитель известной казачьей фамилии заядло, как прожжённый торгаш. Учитывая, что они сами к нему явились, скрепя сердце пришлось переплачивать. Второй, очень дёшево, но в плохом состоянии, купили у атамана одного из городков, не пошедшего в поход из-за хворобы, срочно нуждавшегося в деньгах. Отвлекли рабочих с верфи, те обещали за пару дней кораблик отремонтировать.

Третий искали два дня, начали уже отчаиваться, когда, наконец, нашли. Маленькую, метров двенадцати длиной и меньше трёх метров шириной, в прекрасном состоянии чайку. Срачкороб уверенно опознал запорожское происхождение судёнышка, хотя для Аркадия оно выглядело неотличимо от донских стругов. Хозяином его был грек Никитос, рыбак из Азова — греческая община от резни в городе совсем не пострадала. Прояснять, как к нему чайка попала, он не захотел, а друзья и не пытались на этом настаивать. Без спора о размере платы не обошлось и в этом случае, но знаменитому казаку в умении торговаться рыбак был не соперник, удалось сойтись на вполне приемлемой цене.

Перед отплытием попаданец и Срачкороб весь вечер общались с Георгием Жвания, послом мингрельского льва, Левана Дадиани. Он прибыл недавно с богатыми подарками к казацкому руководству и никого не застал в новой Донской столице. Знаменитое "Все ушли на фронт" почти точно отражало ситуацию. Подавляющая часть казаков и старшины, в это время была далеко от Придонья.

Принимал посла оставленный на хозяйстве атаман Михаил Кошель. Они легко договорились о беспошлинной торговле и регулярном обмене делегациями или организации постоянных представительств в столицах друг у друга, но на заключение договора о чём-то большем у Кошеля не было полномочий. Жвания собирался продолжить путь в казацкое войско, скупая для этого лошадей.

Беседа вчетвером — Кошель, Москаль-чародей, Срачкороб и посол оказалась для всех очень интересной и продуктивной. Жвания узнал из первых уст много сведений о погроме Стамбула и новом оружии у казаков. Они выслушали сплетни из Османской империи. Оказывается, Ахмед Халебский, желая поднять свою популярность, издал фирман о запрете торговли с венецианцами и объявил их законной добычей для каждого правоверного. Купцы из республики Святого Марка, до этого продолжавшие вместе с другими франками торговать в Леванте, были вынуждены его срочно покинуть. Голландцы и англичане такому повороту дела только обрадовались — из торговли был вышиблен опасный конкурент.

— Значит, у турок скоро будет война и на юге, — довольным голосом отреагировал на известие попаданец. — Республика такого удара без ответа не оставит. Интересно, куда они пойдут? В Морею или на Кипр? — отпив глоток чачи, привезённой для угощения гостем (крепкая, зараза), продолжил: — Скорее всего, на Кипр.

— У турок ещё одна война намечается? — заинтересовался Кошель.

— Скорее всего, не одна. Но посмотрим, как дело повернётся. Будущее ведомо только Господу.

— Будет ли недовольство здесь, в Азове, если мой государь захочет присоединить к себе Имеретию?

Кошель неопределённо пожал плечами: мол, я отвечать не уполномочен, а Аркадий решился на очередную авантюру. Впрочем, зимой он её с Татарином и Хмелем обговаривал, те, в принципе, соглашались.

— Решать будет совет атаманов. Но, думаю, мы возражать не будем. Есть у нас счёт к правящей там династии. Для оправдания своих действий перед турками можете сообщить, что имеретинский царь просил царя московского принять его царство в подданство.

— Действительно просил?

— Да, действительно.

— А если моего государя спросят: откуда он это знает?

— Он может ответить: от имеретинского католикоса. Тот козла на имеретинском троне терпеть не может, думаю, вы с ним легко договоритесь.

Аркадий с лёгкой душой сдавал одного из грузинских правителей, так как у казаков к этой династии были счёты. Немногим более пятнадцати лет назад имеретинский царь выдал османам на казнь казаков из посольства в Персию. А вся прорусскость Теймураза была поиском нового хозяина. Увидев, что турки слабеют, тот срочно стал искать другого покровителя. Леван Дадиани был с точки зрения попаданца куда более договороспособной личностью.

"Да и возникновение нового очага напряжённости на востоке турецкой империи, чёрт его знает, как она будет называться через пару лет, нам определённо на руку. Авось, часть сил тем придётся отвлечь и туда".

— А в отношении Кахетии и Картли?

— Ну и аппетиты у вашего господина. Не советую категорически! Там хозяева персы, вам за эти земли с огромной армией придётся воевать. А её уже много лет османы осилить не могут, вас персы раздавят походя. Я бы даже не рекомендовал пытаться наладить с ними отношения. Не стоит привлекать лишний раз их внимание. Пусть продолжают воевать с турками, вам спокойнее будет.

— Дадите ли вы нам для борьбы с османами оружие, порох, свинец, лошадей?

— Давать точно ничего не будем. Самим всего не хватает. Однако через год-другой, наверное, сможем продать вам по разумной цене пушки. Возможно… не уверен, ружья и сабли. Запасы пороха рекомендую создавать уже сейчас, если захватите Имеретию, к гадалке не ходи, защищать её придётся. Обязательно найдётся кто-то нехороший, попытается отнять.

В общем, можно отметить, что встреча с дипломатом прошла в тёплой, дружеской обстановке и дала положительные плоды. В смысле — все трое казаков получили от посла подарки — грузинские кинжалы хорошей стали в серебряных с цветными каменьями ножнах. Кошель отдарился доброй австрийской работы пистолем с узорочьем по стволу, Срачкороб саблей, Аркадий жёлтым шёлковым халатом в драконах (маловат ему трофей был).

Ох, и нелёгкая это работа, тащиться на вёслах по маловодной реке. Да на протекающем, хоть тресни, струге. Отремонтированная наспех развалина уже в море дала течь, пусть и незначительную, но груз-то был совершенно несовместим с водой! Уже на вторые сутки пути Аркадий приказал перегрузить в протекающий кораблик все припасы кроме пороха, а ракеты разместить по остальным. Да и грести, выкладываясь по полной программе под пекущим летним солнцем — очень сомнительное удовольствие. Особенно если вынужден дышать ртом, так как нос сам заткнул из-за невыносимой вони соседей. Нет, грязнулями казаки не стали, обмывались каждый день, но пахли как перестоявшая на солнце бочка плохо просолённой селёдки.

"Да уж, воистину "Аромат — специфический", хоть вешайся или топись от него. Конечно, очень хорошо, что у казаков нет вшей и блох, да и комары к ним меньше цепляются, но дышать с ними рядом затруднительно. Ёпрст!!! Сколько раз собирался начать производство подобного же средства на основе спирта, знают характерники соответствующие травки. В прошлом году вроде бы эта вонища не так доставала. Ну что ж, будем получать наказание за лень".

В самых верховьях Кальмиуса, где с вёсел пришлось уже перейти на шесты, приложились-таки об дно реки килем самого крупного, от Караимова, струга. Задержались больше чем на сутки. Образовавшаяся протечка хоть и была незначительной, однако и её необходимо было ликвидировать. Пришлось вытащить корабль на берег, его разгрузить и, перевернув вверх дном, осмолить повреждённое место. В итоге путешествие из Дона в Днепр заняло как бы не больше времени, чем путь из Азова до Стамбула.