Чтение онлайн

Шведский король Карл XII с детства держал под подушкой “Записки о Галльской войне” Юлия Цезаря. Он всегда был очень скрытен, упрям и вспыльчив. У него совершенно не было никаких дипломатических способностей, он почти не прислушивался к чужому мнению, даже близких ему людей. Он был сильный тактик, решителен, быстр, находчив в сражении, однако стратегическим и политическим мастерством не владел. Сам он считал себя гением. После 1709 года Швеция это ощутила в полной мере.

Многие историки называли его авантюристом и искателем приключений. Основным его тактическим приемом был массированный внезапный удар в одно место.

В мае 1700 года к полной неожиданности Дании, блокировавшей шведский флот и державшей армию на континенте, Карл XII посадил свою армию на корабли, “любезно” предоставленные Англией и Голландией. Шведы высадились у Копенгагена, опрокинули датские заслоны и осадили столицу Дании. Угрозой уничтожения Копенгагена Карл XII вывел Данию из войны – 8 августа в замке Травендаль датский король подписал вынужденный мир с Карлом XII. Через 10 дней Россия объявила войну Швеции – Петр Первый держал слово. 19 августа 1700 года Петр отдал приказ армии идти к Нарве. Началась Северная война, длившаяся 21 год и имевшая грандиозные последствия для России.

Датский король Фридрих IV отказался от союза с Саксонией и выплатил Швеции и Голштинии контрибуцию в 200 тысяч талеров.

8 августа был заключен датско-шведский мир, и узнавший об этом Август Сильный 15 сентября снял осаду Риги. Карл XII устремился на Августа II. Шведская армия высадилась в Пернау. Карл XII узнал, что саксонцы ушли от Риги и через Ревель двинуся к Нарве, которую осаждали войска Петра.

В марте 1700 года в Прибалтику с целью разведки Петр отправил поручика Василия Корчмина, в честь которого через три года главный остров Санкт-Петербурга стал Васильевским. Корчмин недавно вернулся из Европы инженером. Петр писал своему соратнику Ф. Головину: “Накажи ему, чтоб присмотрел города и места кругом. Также, есть ли возможно ему дело сыскать, чтобы побывал в Орешке, а буде в него нельзя, хоть возле него. А место зело нужно: порожек из Ладожского озера в море (посмотри на картах), и зело нужно ради задержания выручки. А детина, кажется, не глуп и секрет может снесть. Зело нужно, чтоб шведский посол в Москве Книпер того не видел, потому что он знает, что Корчмин учен.”

Русская армия была разделена на три дивизии – А.И. Головина в 15000 солдат, А.А. Вейде в 12000 солдат и А.И. Репнина в 11000 воинов. Армией командовал А.И. Головин, произведенный в фельдмаршалы – под началом Петра.

9 сентября к Нарве подошел отряд И. Трубецкого, подошел отряд И. Бутурлина с Петром, 70 пушек из Новгорода и Пскова, 5000-й отряд поместной конницы Б. Шереметева, отряд А.И. Головина. Дивизия А.И. Репнина не успела прийти. К середине октября у Нарвы стояли 40000 русских воинов, по дороге взявших небольшие крепости Ям и Копорье. Нарва и Иван-город были обложены широкой дугой длиной в 7 километров. Ядро армии составляли Преображенский, Семеновский и бывший Лефортов полк, оставшиеся войска являлись недавно набранными и необстрелянными рекрутами. Армия имела громадный обоз из 10000 телег с 10000 пудов пороха, 6000 пудов ядер, 11000 пудов бомб, 12000 ручных гранат.

Лафоты и колеса тяжелой артиллерии постоянно ломались. Мортиры стреляли камнями – бомбы несоответствовали калибру орудий. Саксонские инженеры, присланные Августом, вяло вели осаду. Обстрел Нарвы начался только 16 октября. У солдат нехватало продовольствия, а подвезти их мешала осенняя распутица. Наступала зима. Отсталость русской армии от требований военного искусства того времени была очевидна, и комендант Нарвы А. Горн просто расхохотался над русским предложением о капитуляции. 2000-ный нарвский гарнизон имел большие запасы продовольствия.

Нарва и Иван-город были соединены мостом. Чтобы взять крепость, необходимо было захватить Иван-город и разрушить мост, чтобы гарнизон Нарвы не мог отступить в Иван-город.

16 октября авангард шведской армии столкнулся с конницей Б. Шереметева, который отступил ближе к Нарве, не определив численность шведских войск. Через месяц конница Б. Шереметева вошла в расположение русского лагеря. Петру донесли, что шведская армия находится в одном переходе от русского лагеря, однако Петр не знал, что это сам Карл XII.

18 ноября Петр уехал из армии в Новгород. Историки говорят о двух объяснениях – Петр был абсолютно уверен в победе, и Петр был абсолютно уверен в разгроме – и не захотел рисковать. Личная смелость Петра была хорошо известна, просто в случае его плена и гибели все реформы и преобразования в России были бы остановлены и царь не захотел рисковать.

В Журнале Петра Великого осталась запись: “Против 18 числа государь пошел от армии в Новгород для того, чтобы идущие остальные полки побудить к скорейшему приходу под Нарву, а особливо, чтобы иметь свидание с королем польским. По отступлении того от Риги ради совета об общих намерениях, и для того и генерала-фельдмаршала Головина, который был первым министром у политических дел, изволил взять с собою, а команда над войском поручена герцогу Де Круа, и генерал-комиссару князю Якову Долгорукову.”

Осадные укрепления русских вокруг Нарвы были построены с учетом удара с запада и с тыла – ко встрече со шведской армией подготовились. К поражению русских привели не внезапность появления и боевое мастерство шведов, а слабая подготовка русских солдат, которых сутки не кормили перед сражением, грубые просчеты и упущения генералитета армии – как русского, так и иностранного. К. Медем писал: “Русское войско смотрело тогда на иностранцев вообще с подозрением. Оно не могло пытать ни малейшей доверенности к начальникам, только что прибывшим из-за моря и не знающим ни одного слова по-русски. Генералы наши, еще не привыкшие к строгой дисциплине и, завидуя власти герцога Де Кроа, со своей стороны не только не старались внушить войскам доверенности к главному начальству, но еще содействовали сами весьма много к большему ее ослаблению.

Там, где нет доверенности к распоряжениям начальства, там вместе с надеждой на успех теряется и нравственная сила, и сверх того, редко исполняются с точностью приказания. Каждый подчиненный, не доверяя благоразумию своего начальника, полагает, что он в состоянии понимать дело лучше других и следовательно может исправить предписанное. Без нравственной силы войск и без строгого исполнения распоряжения начальства, успех в действиях и тогда даже невозможен, когда войско доведено до возможного совершенства. Тем более невозможно было ожидать его от тогдашней русской армии, которая состояла из рекрутов и в первый раз вступила в дело по правилам европейской тактики, совершенно для нее чуждой.”

19 ноября 1709 года 10000 шведских солдат при 40 орудиях с королем Карлом XII во главе встали против русских войск – 21 батальон пехоты и 47 эскадронов кавалерии были готовы к атаке.

Карл XII лично провел рекогносцировку и решил направить свой удар на фланги русской армии – наиболее сильно был укреплен центр, а король хотел прижать русских к Нарве и сбросить в реку Нарову, через который был сделан только один мост. Карл XII не обратил внимания, что именно там стояли преображенцы и семеновцы. Шведы атаковали по всему фронту. Историк В. Панов писал о Нарвском сражении:

“В 13 часов 19 ноября шведы бросилсь в атаку двумя колоннами: одна колонна Веллинга пошла правее высоты Германсберг и ее укреплений, другая, Реншильда – левее этой высоты. Огонь шведской артиллерии начал громить высоту.

Погода благоприятствовала шведам: сильный ветер с густым снегом бил в глаза русским, которые успели стать в ружье, но валы были заметны только редкой цепью стрелков.

Через полчаса после первого выстрела шведы ворвались в укрепления. Войска Трубецкого были опрокинуты атакой. Почти вся артиллерия была тотчас захвачена неприятелем. Ошеломленные солдаты с криком “Немцы нам изменили!” бросились к палатке главнокомандующего Де-Кроа. Де-Кроа и все командиры – иностранцы поспешили сдаться шведам.