Чтение онлайн

– Не смей так говорить о маме! – рявкнула, мигом растеряв миролюбивые планы и с трудом удержавшись от того, чтобы не отвесить нахалу звонкую, тяжелую оплеуху – видит Бог, тот ее заслужил.

– Как хочу, так и буду говорить! Она отца нашего погубила! – продолжил орать Генерал.

– Что ты несешь? – нахмурилась, не понимая.

– Из-за ее смерти он сразу сдал, а всегда крепкий был! Сама знаешь, что он из-за нее сгинул! Сидела бы дома, не ездила к больным, и батюшка наш жив был бы! – Руфус потряс кулаками. – Уж он-то точно не допустил бы, чтобы ты поварихой заделалась. За приличного бы мужчину выдал, который бы тебя в ежовых рукавицах держал. Рожала бы ему в год по ребенку и думать не смела об ином!

– Моя мама вас с Ральфом вырастила, - голос задрожал. – Как своих сыновей любила. Ночей не спала, пока вы болели, от постелей ваших не отходила. Ты неблагодарная свинья!

– На себя посмотри, - прошипел брат. – А мать твоя мне никто, ясно?

– Чем она тебе так насолила?

– Да тебя, дуру полоумную родила, мало того, что ли? Дрянь бессовестная, позорище приличной семьи!

Через секунду мой рычащий супруг схватил Генерала за грудки и толкнул вперед, открыв им дверь. А когда тот вывалился во дворик перед таверной, врезал ему по лицу кулаком. Руфус пушечным ядром отлетел от разъяренного дракона, угодив прямиком в кусты роз, что я недавно купила в цветочной лавке у мадам Шико.

– Ой-ей-ей-ей-ей! – запричитал Ральф, бегая взад-вперед, как курица с отрубленной головой.

Привлеченные криками соседи начали заполнять улицу, с любопытством глазея на дармовое развлечение. Ведь что может быть интереснее чужих громких семейных разборок?

– Все, сестрица, - ядовито прошипел Генерал, вылезая из кустов.

Оттолкнув руку брата, он встал на ноги, смахнул с себя розовые лепестки, из-за которых стал похож на жениха, и одернул сюртук.

– Нет у тебя больше семьи, поняла? – громогласно заявил он. – Забудь о нас навсегда, нам такая сестра не нужна! Идем, Ральф!

Пафос сделанных заявлений зашкаливал. Но Арман, кружащий над нашими головами, нашел весьма действенный способ снизить накал страстей. Р-раз и зловонная капля угодила стараниями моего пернатого друга прямиком на макушку Руфуса.

– Ах ты мерзавец! – взвыл тот, когда орудие возмездия из пернатого зада потекло по искаженному гневом лицу. – Да пропадите вы все пропадом! – он вытерся платком и брезгливо отшвырнул кружевной лоскут в сторону. – Идем, Ральф, нам здесь нечего больше делать, она нам теперь никто!

Братья зашагали к карете, около которой крутилась местная ребятня.

– Как будто раньше обращались, как с сестрой, - прошептала им вслед, вспоминая, как они готовы были меня за любого спихнуть замуж, лишь бы побыстрее до наследства добраться.

– Злыдни какие, - посетовала Рози, встав рядом. – Аукнется им еще, Бог-то ведь все видит. А Арман молодчага!

– Кра, - отозвался тот, сев ей на плечо.

– Алина, прости, моя вина, - Рэйчэр сжал ладошку. – Не должен был просить тебя о…

Он не договорил – истошный женский вопль разрезал вечерний воздух.

– По-мо-гииии-тееее!

– Мадам Шико! – пораженно ахнула, увидев вбежавшую во двор женщину с белокурой крошкой на руках, которую она прижимала к груди.

Высокая брюнетка с тончайшей талией, вечно выглядящая идеально, не придраться, была совсем не похожа на себя. Высокая прическа съехала на бок, усыпая путь шпильками. Взгляд метался, как у безумной. Из прокушенной губы по подбородку текла струйка крови.

– Леди Алина, умоляю! – женщина бросилась в ноги. – Спасите доченьку! Никого больше нету на свете у меня, только малышка Ниночка!

– Я не лекарь… - пробормотала, вглядевшись в синее личико малышки, светлые волосы которой мели землю.

– Гортензия хвалила вас, - затараторила цветочница. – Ноги прошли у нее, а столько лет болели! Помогите, умоляю!

У меня нет лицензии. Я не имею права лечить. Но у малышки даже ноготочки уже синие!

– Бегом за мной! – скомандовала ей и понеслась в дом.

Мы влетели в мою комнату.

– Кладите на кровать, - велела, раскрыв мамин чемоданчик. – Что стряслось?

– Сок она пила, девочка моя, - сквозь рыдания донеслось от мадам Шико, уложившей девочку на постель. – Пчела туда залезла. Я увидела, да не успела, дура этакая, помешать ей, детка выпила тот сок с пчелой проклятой!

Укус в горло изнутри. Отек, как минимум. Девочке дышать нечем. Выругалась под нос, схватила трубку деревянную, отполированную. Приоткрыла рот крошке, велела матери, сунув в руки свечу:

– Светите!

Связок не видать. Господи, помоги!

Обмирая от ужаса, я танцевала около кровати, казалось, целую вечность – пока, наконец, трубка не проскользнула внутрь, раскрыв отекшее горлышко и дав крошке возможность дышать. Когда ее грудка приподнялась, мы вместе с матерью облегченно выдохнули и разрыдались.

– Д-дыш-шит! – цветочница сжала мою руку.

Я смогла лишь кивнуть, видя, как из-под крошечных ноготочков уходит опасная синева. А вот и губки налились розовым.

– Спасибо, Господи! – прошептала, прикрыв глаза, и поднялась.

– Чем помочь, Алина? – спросил Рэйчэр, все это время стоявший за моей спиной.

– Вот, держи, - сунула в его руки пузырек из маминого спасительного чемоданчика и тонкую стеклянную трубочку. – Набирай по чуть-чуть и рядом с трубкой горлышко поливай осторожно. Ты с одной стороны, я с другой. Это чтобы отек спал.

На это ушло время, но вскоре мы смогли убрать трубку из горла Ниночки и вынуть пчелиное жало. Длинные кукольные реснички задрожали, девочка приоткрыла глазки. Ее мама заголосила вдвое громче и… рухнула в обморок.

– Вот ведь! – дракон воззрился на бездыханное тело. – Чего теперь-то, когда самое страшное позади?

– Клади ее рядом с крошкой, - велела я, потянувшись за нюхательной солью. – Спасти жизнь несложно. А вот успокоить женщину – это задача не каждому по плечу!

Отдохнуть мне, с трудом сумевшей привести в норму мадам Шико, не дали. Лиха беда начало – говорила моя мама. И была права. Спустившись в таверну, я обнаружила пару старичков, живших через дом от нас. Похожие друг на друга, будто близнецы, они смущенно смотрели на меня.