Чтение онлайн

— Удивлен, тебя здесь видеть. Тебя не было в онлайне больше года. Как раз думал, как связаться с тобой)

— Привет) Решила заняться психотерапией и зашла на страницу Мартина. Как погода в Дубае?

— Эммм… У меня ночь, но судя по звёздам, тепло.

— Я и забыла, что у тебя +3 часа. Когда возвращаешься?

— Я только сегодня приехал) Но мне приятно знать, что ты уже хочешь, чтобы я вернулся. Думаю, что к середине июня буду дома.

— Плохо. Кстати, у тебя слишком мало фотографий.

Написала я, заново пересматривая все его восемь фотографий, последняя из которых была опубликована в начале апреля. Все его фотографии были идеального качества, что заставляло меня чувствовать себя убогой, так как у меня на странице было всего три фото и те не самого лучшего качества. Да, это были мои лучшие фотографии, на которых я была настоящей королевой красоты (на одной даже королевой подчеркнутого бюста), но они были сделаны на мобильный, так что качество оставляло желать лучшего.

— Кто бы говорил — у самой всего раз, два и обчелся.

— Раз, два, три и обчелся. Не мне учить тебя математике) И всё же. Можешь выслать мне компрометирующую фотографию, которой я смогу шантажировать тебя до конца твоих дней?

— Оу, я как раз без трусов. — Всё, готово, сделал. Лови.

Спустя пару секунд ответил Роланд и тут же отправил фотографию. Следующую минуту я давилась смехом. Это было селфи, изображающее его по грудь. Он лежал в махровом халате на белоснежной подушке и, прикрываясь рукой, словно изображая стеснение, смотрел одним глазом в объектив.

— А где же «без трусов»?)))

— Тебе лишь бы обнаженка, извращенка. Включи фантазию) Теперь фото с тебя.

В течение следующих пяти минут я сделала с полсотни селфи на веб-камеру, распустив свои густые волосы, после чего замучалась выбором.

— Эй, только не говори, что решила кинуть меня на фото.

— Просто выбираю одно из пятидесяти, которые только что сделала.

— Ты серьезно? Бери пример с меня — бросай первое, что сфоткала, пусть это даже будет судорожное лицо пингвина.

— Тебе легко говорить со своей фотогеничной внешностью — до судорожного пингвина тебе еще расти и расти.

Я еще раз посмотрела на идеальное селфи Роланда, на которое у него ушло не больше пятнадцати секунд. Его черные волосы на белоснежной подушке выглядели роскошно. Было заметно, что за прошедшие сутки он успел подстричься, укоротив длину на сантиметр… Кажется, я снова влюбилась в своего работодателя, на сей раз через его фото.

Наконец, я всё же выбрала своё «самое» красивое селфи, которое действительно было весьма неплохим.

— Ладно, лови. Но больше не получишь. Слишком много мук ради одного селфи.

— Миленько)

— Так и вижу твою растянувшуюся ухмылку)

— Знай, что если я хотя бы заподозрю намек на то, что ты общаешься со своими ухажерами, я казню вас всех одной маленькой группкой в городском сквере.

— То есть — прилюдно?

— У меня от людей секретов нет)

— Тогда, может быть, фото без трусов?)

— Уж лучше как-нибудь тет-а-тет. Может всё-таки приедешь? Я оплачу перелет.

— Начинаешь бредить) Ложись спать, завтра у тебя трудовой день.

— Ладно, давай признавайся, что скучаешь по мне, и я пойду спать.

— Пффф…

— Окей. Я первый. Я скучаю по тебе.

— И я.

— Не прокатит) И вообще так не честно. Что значит «и я»?

— Ла-а-адно. Я скучаю по тебе. Честно) Спокойной ночи.

— Спишемся завтра вечером. Целую.

Я раз сто перечитала его «целую». Наконец закрыв ноутбук, я вдруг поняла, что моё лицо залилось пунцовой краской.

Следующие полчаса я просто лежала на кровати и, смотря в потолок, глупо улыбалась самой себе. Зайдя снова на свою страницу через мобильный, я обнаружила, что Роланда уже нет в онлайне, и осталась довольна тем, что не задержала его на подольше, тем самым предоставив ему возможность нормально выспаться после перелета. Обратив внимание на количество его друзей и количество подписчиков, я улыбнулась — двести десять друзей и пять тысяч восемьсот девяносто три подписчика. У меня подписчиков всего было двадцать два и те неизвестного происхождения, а у Роланда даже известный рэпер с диджеем висели в подписке (и это только в первой десятке — остальные пять с лишним тысяч было лень просматривать). Я начала листать список его друзей: министр культуры, «звёздный» фотограф, пару поп-певиц и тройка певцов, актёр, известный искусствовед Британии, лучший повар Европы, «звёздный» спортивный тренер, Мартин, Рик с Тэмми и я. Среди его друзей была я. Семьдесят процентов известного всем бомонда, двадцать процентов неизвестного широкому кругу бомонда и десять процентов обычных людей, в число которых мне повезло попасть. Моя улыбка, навеянная бабочками в животе, постепенно начала спадать. Интересно, как долго я смогу продержаться в друзьях Роланда Бернарда Олдриджа, прежде чем попаду в его персональный черный список?

Глава 70. Май

Все, за исключением Эмилии и Сэм, влили в себя по несколько бокалов клюквенного пунша и к концу вечера были на сильном веселе. Мэрилин вызвала такси и я долго сомневалась по поводу того, стоит ли отпускать Софи с её веселой «подружкой», но блондинка заверила, что с Софи ей поможет Джонатан. Вечер прошел на ура. Еще никогда в нашем доме так весело не прощались с гостями. Мэрилин вообще словно стала младшей сестрой обоих моих родители, у которых порозовели щеки от лишней порции «секретной» настойки. Когда же все ушли, и я уже собиралась подняться к себе наверх, отец задержал меня у подножья лестницы, серьезно нахмурив свои густые брови.

— Дочь моя, до меня дошел слушок, что ты курила травку.

Я прикусила губу — Роланд! Он знал, что его мать проболтается моей семье.

— Еще раз узнаю, что ты балуешься подобным — использую против тебя чудодейственную силу ремня.

— Ты никогда не воспитывал нас подобным образом.

— И до сих пор об этом жалею, — обняв подошедшую к нему маму, серьезным тоном признался отец.

*

Вторая половина мая в этом году отличилась своими солнечными днями и теплыми вечерами. Именно вторая половина месяца стала для меня совершенно новой страницей в истории моей серой жизни и не только из-за внезапно возникших отношений с Роландом. Мэрилин так сильно сдружилась с моей мамой, что стала ежедневно у нас «зависать». На почве маминых курсов визажистов и отличного вкуса Мэрилин, эти две женщины буквально нашли новую цель своего существования — привести меня в порядок. Каждое утро я вставала в шесть часов, чтобы отправиться на пробежку, покрутить хулахуп, поприседать в стойке Плие со старыми гантелями Дэниела и позавтракать чем-нибудь «невероятно полезным», после чего влить в себя омерзительный протеиновый коктейль из сельдерея с яйцом (я предпочитала не смотреть на то, как его готовит Мэрилин, вкладывая в блендер едва ли не всё, что было указано в ведьмовской книге рецептов с душещипательным названием «Приобретение секс-формы»). Иногда мне казалось, будто я пью сопли тролля из крыльев летучих мышей и передних лягушачьих лапок. Однажды меня даже чуть не стошнило, после чего Мэрилин начала добавлять щепотку корицы в этот безжалостный коктейль Молотова, словно миниатюрная щепотка пряности была способна заглушить то зловоние, которую издавало это месиво.

Мэрилин так сильно втянула во всё это дело маму, что со второй половины мая она тоже начала с нами бегать! У папы глаза на лоб полезли, когда он увидел маму в обтягивающих леггинсах — прежде она никогда не занималась спортом (благо у нее не было проблем с фигурой). Дэвид стал нашим официальным тренером, который буквально ушатывал нас в хлам. К концу тренировок с ним я составляла список из трех частей своего тела, которые разрывались от боли, и всякий раз в него попадала задница, грудь и пресс, только ежеутренне они менялись местами.